Из рук врага (СИ) - Сергей Плотников

…собственно, возникшая «дискоммуникация» и заставила меня спустить раньше срока корабль со стапелей, где мы его растили-готовили, и показать еще две новинки: возможность удаленного контроля, и… кое-что, без чего передача сигналов на «технологические» объекты вроде кораблей и ракет была бесполезной.

— …короче, дистанционное управление сделали. Работает в прямой видимости, если между объектом контроля и контроллером ничего, кроме воздуха, нет. Что открывает широкие возможности по применению нашего наступательного вооружения… и контроля переданной сторонним лицам флоры, продуцирующим соответствующие так сказать «вещества» — Ага, есть контакт! Вот теперь Мика и Мора смотрят вполне благожелательно. А теперь — нужно закрепить эффект «я очень много работал и почти сошел с ума, но вот ради этого». — Собственно, потому я и показываю его только сейчас: экспериментальные опытные парусники у нас уже раз двадцать получали повреждения конструкции и даже тонули из-за проблем с материалом, но на тех скоростях это было почти безопасно для экипажа… а теперь — смотрите!

Судно, пока я заговаривал зубы все еще друзьям — и единочаятелям, все-таки, успело выйти из-за ветровой тени образованной «манграми» «достроенной» бухты и паруса поймали почти попутный, довольно свежий ветер. И… что бы достичь нужного эффекта, мне даже пришлось изобретать «цистерны» — в нужный момент вода под избыточным давлением могла выплескиваться не только по ходу и в стороны, но и вниз от поплавков очень непривычно выглядящего для этого мира низко сидящего на воде тримарана. Момент я рассчитал правильно — впрочем, простейшая «аналоговая логика», собранная Лимой из растительных волокон сама синхронизировала процессы на судне-гибридном растении, и никакого «подвига» с моей стороны тут не было. Как говорится — ничего личного, только физика. (с)…правда, знали об этом только я и супруга. А для остальных «подпрыгнувший» из воды корабль… завис над водой, упираясь в воду тонкими ребрами-килями! По крайне мере — так казалось со стороны. Утратив большую часть гидродинамического сопротивления, экспериментальное плавсредство ускорилось так, что буквально пролетело мимо катера.

— Лима, ход до полного.

— Полный вперед! — Моя жена «выкрутила газ», и парусник… стал удалятся от нас немного медленнее. Черт! Катер… черт, катер — отставал! Да-а, на «модельках» в одну-шестнадцатую все выглядело совсем не так… масштабно. Черт.

— Алессо, зимнего демона тебе в… это что такое вообще?! Что за магия?!

— Господа… — Я кое-как справился с выражением лица и сейчас говорил так, как будто демонстрация и была задумана именно так. — …позвольте представить вам первое в этом Мире судно на подводных крыльях! Наш будущий сверхскоростной «курьер» и главный «ассиметричный» козырь против мощи Империи на морях — все, как мы хотели.[30]

…левое «подводное крыло», на которое шла из-за ветра максимальная нагрузка, треснуло и отломилось через десять минут — перевернув опытовое судно и отломив поплавок ударом об воду. Но это было уже не важно. Ключевая развилка Судьбы была пройдена и направления было задано — «процесс пошел».

Интерлюдия 5

Если бы капитана Бута еще год назад спросили бы: знает ли он, что такое — счастье? — он бы точно просто рассмеялся в лицо такому идиоту. Счастье, ха! Живой и здоровый из рейда вернулся, и между беспамятством алкогольного угара и первыми пятью кружками рома (кружками из нарронарской таверны, разумеется — каждая в добрый арковский литр) — вот счастье, хрупкий момент, как бродячий натурфилософ втирал… кажется, они его тогда случайно где-то зарезали… После того, как остатки команды джонки тогда-еще-«Щепки» массово завербовали в республиканцы, со «счастьем» вообще стало как-то туговато: как ни странно, граждане в лице Стерха и Охотника действительно держали обещания крепко — поправили здоровье так поправили, по крайне мере напиваться стало заметно сложнее. Некоторых из команды, дорвавшихся до рома в «сером» портовом районе в Королевстве, после двух лет в море и полугодовых «каникул» на берегу острова-республики, выворачивало от алкоголя как зеленых безусых юнцов! Один идиот даже заявился перед Гууракой (его тогда побаивались меньше Рокса, из-за характера) и нагло заявил, что «не нужно ему такое здоровье»… стражники потом притащили труп в изрезанной морской форме к причалу — к тем, кто стоял у «белого» причала, отношение у меднолобых было особое. У отрепья с черных пирсов, разумеется, тоже… тогда-то Бут и понял, что «отбегался» — даже в рванине приди сюда, временное возвышение ему забудут: между портами Королевства слухи переносятся как по волшебству. Если простого матроса может и не узнают, то шкиперов все-таки не так уж много…

…так что предложение остепенится и завести «нормальный дом» на острове Арк, практически невозможное для моряка было встречено экипажем «Воли» «на ура». Хотя бы потому, что после «посольских» подношений остаток фруктов и овощей из трюмов скупили буквально за неделю — такого здесь не пробовали никогда но распробовали на приемах моментально! А по виду и не скажешь, что те же «зеленые ананасы» на вкус слаще сахара и чуть пьянят, не ударяя в голову… впрочем, коллеги-капитаны да и сам шкипер тоже обычно тащил и «чистый» груз — тот же чай. А ведь было еще что-то, компактное и дорогое, и явно не дурь (скорее всего камушки) — по крайне мере, дать взятку губернатору города и коменданту порта чем-то в небольшом мешке и получить внесение флага в Морской Реестр Королевства, чего даже среди «островных баронов» добились только пятеро (чем гордились неимоверно!) дурью еще никто не смог.

Бут возвращался в Арк в смешанных чувствах — строить дом и семью ему не особо хотелось. Моряк — он вольным должен быть! Бабу, правда, он себе подобрал, даже двух (а вдруг одна помрет или поменяться с морячками Баронов на что придется?), с домом проблем не было — как уж арковцы строили жилища, он не знал, но последние два месяца на острове моряки-кандидаты в граждан жили чуть ли не в хоромах. Правда, с роскошью внутри были напряги — сами по себе большие помещения это еще не все… Нет, кое-что он прикупил — джонка два месяца забивала трюмы разной нужной для островитян всячиной, среди которых были весьма странные вещи — но это было как прощание. Ему пообещали новый корабль, способный пройти против течения и ветров после возвращения — путь через Острова Баронов он, возможно, проходил в последний раз… и в этот раз сполна «насладился» отношением этих уб… «уважаемых людей» и их прихлебателей. Светлобортая джонка привлекала внимание, а экипаж внезапно воспротивился идее снять униформу и спустить флаг. Шкипера «Щепки» (и саму джонку) тут, правда, помнили, и даже обошлись практически «по понятиям» — но торчание по две недели-месяцу в каждом «порту»-лагуне и «принудительные траты» «на нужды развития баронства, ну, вы понимаете, уважаемые, типа?» Нет, опять же бароны честно (по их мнению) «расплачивались»… «товаром» — особенно теперь сильно «нужным», с учетом того, что возвращалась джонка на остров. И попробуй не возьми… впрочем, потом все равно все пошло прахом, в очередной раз доказывая, что судьба моряка или солдата в удаче да кураже, а не в стяжательстве. Не иначе как своенравная Удача, богиня-покровительница, наконец отомстила за смену имени корабля. А, может, и отметила храбрецов — кто ее знает? В богах собственной религии бывший нарронарский контрабандист разбирался весьма слабо — как-то не до того было всегда…

…Урода-китобоя, из-за которого джонка Бута вынуждена была тащится к остров-вулкану в тот, первый раз, удалось достать без проблем — как сама Судьба вывела сквозь легкую дымку над постепенно холодеющим к осени и высоким жным широтам морем к дрейфующему судну-промысловику. Забойщики, правда, заметили «Волю» вовремя, и забегали как крысы, выбирая плавучие якоря и поднимая паруса. И даже успели бы вовремя — если бы не длинноствольные имперские пушки с «Морского Охотника». Стерх и канониры так удачно положили ядра, что саловозка начала тонуть после второго же выстрела — не очень быстро, но уверенно: видать «умник»- торговец скинул часть балласта выпилил водонепроницаемые переборки (для большей вместимости трюма), отличавшие джонки от судов других государств — то-то посудина его была шибко ходкой в прошлую встречу. Жадность — она еще и не так мозги мутит, бывает. Оставалось выловить не тонущие бочки с жиром, и, может, кое-кого из людей, когда сквозь дымку проступил силуэт еще одного корабля. Огромного, словно легендарный морской дракон, и с корпусом, обшитым крашенным металлом! Имперский супер-крейсер: в первый раз Бут увидел на воде нечто настолько огромное! Настало время «Воле» удирать, подставив корму попутному ветру и распустив все паруса, молясь всем богам, что бы дожить до ночи или нырнуть в слишком узкий для морского гиганта пролив среди недалеких уже островов южного архипелага: любой маневр от ветра давал врагам огромное преимущество из-за более высоких мачт (и площади парусов) и куда как более совершенного чем на джонке парусного вооружения. Стерх, прочтя сигнал из поднятых цветастых флагов имперским военным кодом на фок-мачте преследователя помрачнел еще сильнее — «перевел», что их заранее записали в «военные преступники империи»: может, потому по судну Арка не стреляли даже тогда, когда расстояние уже позволяло — противник явно нацелился перекрыть ветер беглецам и взять на абордаж. Развернутое на корме еще недавно казавшееся верхом совершенства военной мысли морское орудие с «Тюленя» не оставило на металле корпуса имперца, сыпанувшего искрами на месте удара ядром, даже видимой вмятины. Зато прилетевшие с огромного расстояния пули быстро убедили расчет артиллеристов укрыться за надстройкой: штурвал уже давно был зафиксирован в одном, нужном положении. А потом из негустой вроде как дымки слева проявился скалистый и поросший соснами берег — и крейсер-гигант с ходу налетел на рифы. Но даже в такой ситуации, скребя по камням стремительно набирающим воду корпусом, моряки самого большого государства материка Азур доказали, что умеют выполнить боевую задачу любой ценой: прилетевший одиночный пушечный снаряд одного из двух курсовых орудий крейсера разворотил корму джонки лишь чуть-чуть выше ватерлинии, лишая управления. Итог оказался закономерен…