Белое озеро: Охота на лис (СИ) - Волкова Дарья

— Я сама могу спуститься, — пробормотала Лиза.

Он аккуратно подхватил ее на руки.

— Я тебя умоляю — молчи.

Лис замер на борту, словно не решаясь двинуться с места, передать кому-то свою ношу.

В озеро шагнул Янар.

— Ты куда?! — звонко крикнула Нюра. — Еще один чокнутый!

— Нормально все, я в резиновых сапогах.

Впрочем, вода захлестнула выше сапог, но Янар не обратил внимания, протянул руки. И старший брат аккуратно и бережно передал свою ношу младшему брату.

Янар медленно опустил Лизу на берег. Рядом спрыгнул Лис. Нюра присвистнула, глядя на живот Лизы.

— Что, избы не горят, кони не скачут, так хоть так, да, Лизок?

Лиза хотела усмехнуться, но в этот момент ее скрутила первая настоящая схватка. Словно, пока они плыли по озеру, все внутри нее затаилось, замедлилось, замерло, а теперь, на твердой земле…

— Так все, грузитесь в машину! — тут же скомандовала Нюра.

— Я с вами!

— Куда ты с нами, — остудил брата Лис. — Мокрый вон весь. Марш домой, к матери. Нюр, и ты тоже… пожалуйста… присмотри за ними обоими.

Янар сердито засопел. А голос подал Акинфа.

— Лис, поехали на моей машине. Она посвежее, понадежнее, подвеска помягче. Не растрясем. Давай, я за рулем, а ты так… на подхвате… если что.

Лис без паузы кивнул.

— Поехали на твоей.

Асфальт местами оставлял желать лучшего, но Акинфа гнал машину так быстро, как было возможно. Лис с Лисой сидели сзади. Напряжение чуть спало, но не отпустило. Как оно могло отпустить, если он видел, как капля пота скатилась по ее виску, как Лиса ее оттерла, как облизнулась нервно, как сжимаются ее пальцы.

Похоже, времени у них осталось не так уж и много. Ну, еще чуть-чуть потерпи, родная. Меньше часа дороги уже осталось. Машину тряхнуло на выбоине, и Лиза застонала.

— Простите! — крикнул Акинфа, перекрывая звук мотора. — Черте что, а не дорога здесь!

Лис сжал пальцы Лисы. Она всхлипнула, а когда он обнял ее, уткнулась носом ему в плечо. Давай, моя хорошая. Чуть-чуть осталось. Давай дотянем как-нибудь. Вдвоем.

Джип Акинфы лихо притормозил прямо возле дверей. Лис понятия не имел, где тут роддом, и, уже тем более, где у него приемное отделение. А Акинфа знал. Впрочем, в этой же больнице Нюра работала, может, поэтому.

Лис открыл дверь, хотел взять Лису на руки, но тут она взбунтовалась.

— Я сама!

Так они и вошли в приемный покой — втроем: впереди Лис с Лисой, сзади Акинфа.

— Мы рожаем! — проорал Лис. Помещение показалось ему пустым, а потом из-за столика в углу поднялась грузная женщина в белом халате.

— Ты-то тут при чем, красавчик, — проворчала она, откладывая вязание. А потом подошла к ним, поглядела внимательно на Лису, хмыкнула. — И вправду, похоже.

— Сделайте что-нибудь! — Лис мог только орать. Почему она стоит и ничего не делает?!

Женщина его проигнорировала, обращалась к Лисе.

— Давно?

— С самого утра.

— Воды отошли?

— Да.

— Схватки регулярные?

— Да.

— Ладно, посиди пока.

Лис вообще не понимал, что происходит. После всей этой сумасшедшей гонки теперь все резко замедлилось и стало так обыденно. Будто ничего такого вообще не происходит. Они устроились на стульях у стены, Лиса положила голову ему на плечо, а он тихонько гладил ее по спине.

Вскоре в холле появилась женщина-врач, тоже вся в белом. Она показалась Лису очень похожей на мать — гладкие черные волосы на прямой пробор, черные глаза с тяжелыми веками, круглое лицо. Она тоже явно из теленгитов или другой местной народности. И Лису это показалось хорошим знаком. Таким необходимым. А дальше все, наконец, стало происходить снова быстро, и он и глазом не моргнул, как Лису вели.

И после этого силы вдруг кончились, и Лис рухнул на металлический стул у стены. Акинфа встал рядом.

— Лис, я это… Метнусь пока. Дела кое-какие надо поделать.

— Давай, — Лис с трудом держал глаза открытыми.

— Если что — звони.

— Хорошо.

Он сидел, прижавшись затылком к стене, в полной тишине и неподвижности. И только одна мысль осталась в голове: «Все».

Все, они сделали это. Теперь, когда Лис передал Лису врачам, он уверился, что все будет в порядке. Не может быть по-другому.

Рядом с ним скрипнуло металлическое сиденье, и Лис открыл глаза. Рядом с ним сидела та женщина в белом халате.

— Кого ждешь-то?

— В смысле?

— Кто родиться должен, спрашиваю — сын или дочка?

Лис нахмурился. Он впервые об этом задумался. До этого такая мысль даже не приходила ему в голову. Ребенок. Просто ребенок, которого надо было спасти. Как и его мать.

Лис тряхнул головой.

— Не знаю.

— Как — не знаешь? Сейчас все сразу знают — по УЗИ.

Да как объяснить этой женщине, что ни о каком УЗИ речи быть не могло. Как вот это все вообще объяснить стороннему человеку? Это же со стороны на какой-то триллер похоже.

— А мы не знаем.

— Бывает такое, — после паузы согласилась женщина. — Бывает так, что не видно. Ну, так я тебе скажу сейчас, кто у тебя родится.

— Как это?

— А вот так, — женщина подняла вверх свое вязание. — Видишь, пинетки вяжу. Если довязать успею, пока твоя не родит — значит, ваши.

— И что?

— Вижу, совсем тебе мозги отшибло, — медсестра еще раз встряхнула вязание. — Цвет видишь, нет?

Лис перевел взгляд на голубые пинетки.

— Вижу.

— Ну вот.

Какое-то время они сидели молча, только еле слышно звякали спицы. А потом Лис встал.

— Пройдусь я, мать. А то душно что-то.

— Пройдись, пройдись. Ждать, что ли, будешь?

— Буду.

— Ну, давай. Я кликну, если что. Доктор сказала, что все на мази там. Быстро, стало быть, родится.

У Лиса от этих слов почему-то по спине пробежала волна какой-то непонятной дрожи.

— А врач хороший?

— У нас других нет. Иди-иди, прогуляйся, сердешный.

На территории больничного комплекса был разбит сквер. Куда-то сюда Лис пару раз привозил мать, пока не понял, что в районной больнице ей не помогут. Теперь Лис не узнавала эти места и просто бездумно бродил среди еще голых деревьев. Поздняя весна в этом году, ох, какая поздняя.

Такая же, наверное, была и тогда, двадцать семь лет назад. Но сегодня все сложилось иначе.

Сырой апрельский воздух прорезал громкий звук клаксона, и Лис вздрогнул. Он почему-то сразу решил, что это имеет отношение к нему, и поспешил в обход здания роддома.

Так оно и оказалось. У приемного отделения его ждал Акинфа.

— Держи.

Лис взял в руки объемистый пакет.

— Что это?

— Приданое малышне. Сомневаюсь, что у Лизаветы что-то с собой есть для ребенка. Не в казенном же Лисенышу щеголять.

Лис сунул нос в пакет, вытащил оттуда крошечные, будто на куклу, голубые штанишки, потом еще одни, потом синюю рубашонку. Все было либо голубого, либо синего цвета.

— А с чего ты взял, что мальчик родится?

— А кто ж еще-то? Тебе только сына можно. Ты же девку не убережешь. Вон одну — и то не уберег. А Янара нормально воспитал.

Лис набрал в грудь воздуха, чтобы что-то возразить — и не нашел слов.

Дверь в приемное отделение хлопнула оглушительно громко. Они с Акинфой обернулись одновременно. От входа им махала медсестра.

— Держи, — подбежавшему Лису вложили в руки голубые пинетки. — Твои.

— В смысле?..

— Так и не вернулся в светлый разум? В смысле, поздравляю, папаша, у вас сын.

Лис замер. Будто в лед превратился или в камень. И словно со стороны слышал вопросы Акинфы:

— Как все прошло? Наша справилась, как положено?

— На десяточку справилась. Парнишка крупный, видать, весь в отца, мать-то мелкая. Но пацана родила как надо.

Лис тяжело вздохнул. Посмотрел на медсестру, потом на Акинфу. А потом, так и не выпуская из пальцев голубые пинетки, задрал руки вверх, запрокинул к небу лицо и проорал: