Нежить - Ричард Байерс

Боевой маг сжал его плечо.

— Я этого не забуду.

Маларк улыбнулся.

— Рад был помочь. — В свое время Аот убил множество врагов. Это было правильно — освободить его, чтобы он продолжил сеять смерть и в итоге встретил конец, более подходящий для воина.

Глава 5

29 миртула—2 киторна, год Голубого Пламени

Как и большинству орков, Неске Хортор не было знакомо так называемое чувство «жалости». Но не требовалось особо напрягать мозги, чтобы понять — измученным страхом пленникам нелегко даются ежедневные переходы, учитывая врезавшиеся в их спины веревки и скудную кормежку. Неудивительно, что то один, то другой из них время от времени падали мертвыми, сдаваясь перед истощением, лихорадкой или просто отчаяньем.

Но сегодня с утра умер ребенок, и Неске сразу же приказала сделать привал, чтобы приготовить тело. Конечно, с её стороны это было неправильно. Её долг состоял в том, чтобы доставить труп Ксингаксу. Но он никогда об этом не узнает, если ему об этом не сообщат, а Казиск язык распускать не станет. Они достаточно долго работали в паре и успели прийти к взаимопониманию.

Вытащив вертел из костра, она осмотрела нанизанные на него куски ароматного поджаристого мяса и предложила угощение некроманту, который сидел рядом с ней в своей разметавшейся алой мантии.

— Попробуй. Хорошее.

Как она и ожидала, узкое, высокомерное лицо волшебника скривилось.

— Нет, спасибо.

Она рассмеялась.

— Я же собственными глазами видела, какие отвратительные вещи ты порой проделываешь с гниющими трупами. Но стоит предложить тебе свежее мясо, и твой желудок переворачивается лишь потому, что оно принадлежало существу твоей расы. Если бы ты хоть немного в этом разбирался, то понял бы, что более питательной пищи не найти.

— По твоим словам выходит, что ты и орков ешь?

— При любой удобной возможности, — она откусила сверху шмат сочного мяса с вертела. Оно оказалось слишком горячим и обожгло ей нёбо, но она все равно жадно его проглотила. — Знаешь, это загадка.

— Что?

— Те, с кем мы воюем — наши настоящие враги — находятся на юге. И все же наши повелители приказали нам мотаться туда–обратно через границу с Теском, чтобы грабить тамошние деревни и брать крестьян в плен.

— То, о чем ты говоришь — парадокс, а не загадка.

Она закатила глаза. Он обожал её поправлять.

— Да какая разница. Это же глупо.

— Не совсем. Ксингакс превратит наших пленников в могучее оружие, и в результате в наши легионы поступит приток свежих сил.

— Возможно, — Неске сняла с палки ещё один кусок детского мяса. — Но, когда Сзасс Тэм станет королем, вспомнит ли кто–нибудь, что наша работа тоже была важна и мы неплохо с ней справились? Или все награды достанутся тем воинам, которые возьмут Безантур штурмом и отрубят головы Неврону и Дмитре Фласс?

— Насколько я знаю, — произнес Казиск, — наши товарищи–легионеры в восторге от подобных перспектив. А нам с тобой лучше оставаться здесь, на севере. Если я никогда не увижу ни одного солдата совета…

Его речь прервал звук трубящего рога. Часовой на западном краю лагеря бил тревогу.

Тренированные рефлексы заставили Неске схватить лежавший неподалеку небольшой круглый щит и вскочить на ноги. Но, хотя её тело и знало, что надо делать, сама она оказалась в замешательстве. Если бы их атаковали тогда, когда они пересекали границы Теска или даже во время путешествия по Сюртэю и Элтаббару, в этом не было бы ничего удивительного. Но охотники за рабами уже поднялись по Первому Откосу и добрались до Верхнего Тэя — места, где должны были оказаться в безопасности.

— Посмотрите наверх! — крикнул кто–то. Неске послушно задрала голову и увидела проносящиеся по небу крылатые тени.

— Наездники на грифонах, — произнес Казиск. Поднявшись, он вскинул свое оружие над головой. Этот блестящий белый посох, как утверждал волшебник, был вырезан из кости драконьей ноги. Маг принялся зачитывать слова заклинания, и, хотя Неске не понимала, что они значат, их звучание все равно вызвало у неё инстинктивное отвращение. Воздух наполнился вонью падали.

Но больше не произошло ничего. Заклинание не сработало.

Выругавшись, Кхазик начал все заново. Но, когда он прочел первые четыре строфы, в середину его лба вонзилась стрела. Маг опрокинулся навзничь.

Неске решила, что в этой битве больше будет толку от лука и колчана, а не от сабли со щитом, и повернулась туда, где осталось её остальное снаряжение. Но внезапно мир каким–то образом сместился, и она обнаружила себя лежащей на животе. При попытке встать на ноги её спину пронзила боль, и тогда она поняла, что стрела нашла и её.

Наездники умели метко стрелять даже со спин проносящихся по небу грифонов, и первый залп изрядно проредил число находящихся на земле врагов. Но затем орки начали отстреливаться.

Барерис был уверен, что победа в этом состязании останется за его отрядом. Но, возможно, до этого оркам удастся убить одного–двух грифонов, и, когда сбитые животные рухнут на землю, это неминуемо повлечет за собой гибель их хозяев. Лучше как можно скорее одержать победу и избежать этого.

— Вниз! — приказал он громко, чтобы каждый легионер смог его услышать. Бард слегка похлопал Убийство по основанию покрытой перьями шеи, и грифон устремился к земле.

Рядом с головой Барериса пронеслась стрела. Затем Убийство обрушился на одного из орков, пронзив его когтями и ломая ему кости инерцией удара. Из–за внезапной остановки Барериса тряхнуло, но конструкция креплений его седла была специально предназначена для того, чтобы смягчать подобные толчки, а за десять лет воздушных боев он научился сохранять равновесие.

Высоко вскинув топор над головой, на него набросился другой орк. Убийство повернул голову и атаковал его. Клюв грифона сомкнулся на теле воина, прокусив доспех из проваренной кожи и разодрав его грудную клетку до того, как он успел нанести удар. Барерис огляделся, но в пределах его досягаемости врагов не оказалось.

На самом деле численный перевес был за южанами. В бою орки не могли потягаться с грифонами, и звери быстро расправлялись со своими противниками, раздирая их в клочья.

Но это не означало, что все было под контролем. Хотя некоторые пленники, внезапно оказавшись посреди разгоревшейся схватки, пытались где–нибудь спрятаться, остальные поспешно устремились во тьму.

Барерис пнул Убийство в бока, и грифон, расправив крылья, взмыл в воздух. Облетев нескольких убегающих тескиан, бард опустился на землю, преграждая им путь. Пленники застыли на месте.