Коварная соперница - Сильвия Торп

Тайтус замолчал. Адриан тоже молчал, затем он положил руки на плечи слуги и крепко сжал их.

— Пошел к черту, Тайтус. Ты прекрасно знаешь, что я никогда тебя не выдам! Ты решил мои самые сложные проблемы, и, хотя я не одобряю средства, которыми ты воспользовался, теперь уже ничего не изменить… а потому давай больше не будем говорить об этом. Теперь осталось только удовлетворить любопытство мистера Тедберна.

Это оказалось легче, чем он смел надеяться. Когда Тедберн приехал в гостиницу, он привез с собой письмо Стивена, отосланное Келсби от имени капитана Галанта. Протягивая его Адриану, он мрачно сказал:

— Мы нашли его в кармане Келсби. Это многое объясняет, как мне кажется. Признание, о котором там упоминается, было украдено, когда Энкрофт ограбил его карету, и сегодня ночью Келсби надеялся вернуть его обратно.

Адриан прочел письмо и вернул его Тедберну.

— Если так, — медленно проговорил он, — то почему Энкрофт убил Келсби?

— Потому что письмо было всего лишь приманкой, чтобы завлечь Келсби в ловушку. Галант не собирался возвращать ему признание Эдмунда Вестлейка: мы не нашли у него этой бумаги. Нет сомнения, она где-то среди его вещей. Констебль обыскивает сейчас его комнату.

Это сообщение было менее приятным, и Адриан непринужденно заметил:

— Не исключено, что он мог спрятать документ и в другом месте.

— Возможно. Вероятно, со временем мы это выясним. Давайте вернемся к мотивам, лежащим в основе действий Энкрофта сегодня вечером. — Ясно, что мистер Тедберн уже выстроил некую теорию и был невероятно горд этим обстоятельством.

Адриан вежливо поклонился и проявил уважительный интерес к его доводам.

— По моему мнению, — начал мистер Тедберн, — Энкрофт решил сыграть в ту же игру, что и Келсби, и вынудить мисс Вестлейк выйти за него замуж, дабы подтвердить невиновность ее отца. Из исповеди Маркуса Вестлейка мы знаем, что именно таково было намерение Келсби. Но для этого Энкрофт должен был заставить Келсби замолчать, так как он был единственным человеком, который знал, что бумага была украдена капитаном Талантом. Келсби, мне кажется, начал подозревать, кто был капитаном Талантом, и, естественно, сомневался в его честности. Для этого он и взял с собой на эту встречу мисс Вестлейк, чтобы использовать ее как заложницу.

Тедберн откинулся в кресле и самодовольно взглянул на капитана, который, как ему казалось, с уважением смотрит ему в рот. Он и не догадывался, какая бурная радость скрывается за этим выражением.

— Уверен, что вы правы, — согласился с ним Адриан. — Все факты подтверждают вашу теорию. Хочу также заметить, что я рассказал мисс Вестлейк об исповеди дяди, и мое предположение оказалось верным — она не желает преследовать его, если он действительно подался в бега.

— Он сбежал, — лаконично подтвердил мистер Тедберн. — Вестлейк и его жена спешно покинули поместье сегодня днем.

Их разговор был прерван приходом констебля, который положил перед мировым судьей гору бумаг и сказал:

— Здесь все, что нам удалось найти, сэр. Может, среди них есть и та, что вам нужна.

Тедберн быстро просмотрел бумаги, и у него вырвалось довольное восклицание. Вытащив одну из бумаг, он протянул ее Адриану — это была исповедь Эдмунда Вестлейка.

— Кажется, это позволит закрыть дело, — с удовольствием проговорил он. — Но предстоит сделать еще многое. И я должен заняться этим немедленно! Более подробно обсудим это дело в другое время, капитан!

Он отклонил предложение Адриана выпить бокал вина и, переполненный собственной значительностью, поспешил уйти. Оставшись один, капитан Клер некоторое время пребывал в задумчивости. Новое появление исповеди озадачило его, но, поразмыслив, он понял: хотя это кажется невероятным, но среди общей сумятицы Кристина догадалась: необходимо, чтобы бумагу нашли в вещах предполагаемого капитана Галанта, и спрятала ее в комнате Энкрофта до приезда мистера Тедберна и констебля.

Она призналась в этом на следующее утро и очень удивилась, когда Адриан посчитал ее действия чем-то замечательным. Ее тревожило другое.

— Адриан, не могли бы вы кое-что для меня сделать? — волнуясь, спросила она.

— Все, что угодно, дорогая.

— Не могли бы вы отвезти меня в «Кумб Ройал» сегодня утром? Я бы хотела приехать туда тихо, только с вами.

Поэтому вскоре они уже выехали из гостиницы и без происшествий доехали до ворот «Кумб Ройал».

Тут они остановились, и Кристина несколько минут молчала, не отрывая взора от старого дома, поднимавшегося из цветущих садов на фоне мягкой зелени поросших лесами холмов. Когда, наконец, она повернулась к Адриану, он увидел, что ее глаза полны слез.

— Отец так часто описывал мне его, — тихо проговорила она, — но даже он не смог передать всей его прелести.

Они спустились с холма и спешились у дома, в который их ввели слуги, слишком хорошо вышколенные, чтобы выказывать удивление, которое они почувствовали, увидев, что капитан Клер сопровождает новую хозяйку «Кумб Ройал». Инстинктивно понимая, что Кристина пожелает сейчас увидеть только одну вещь, он повел ее в комнату, бывшую будуаром Элен.

Там все было так, как ее оставили бывшие обитатели: перед письменным столом лежало опрокинутое кресло, под портретом Годфри Вестлейка завяли цветы. Кристина, хромая, пересекла комнату, встала перед картиной и долго стояла, поглощенная ее созерцанием.

— Я была верна ему, — проговорила, наконец, Кристина. — Скоро все узнают, какую жертву он принес и как глубоко был обманут.

Адриан не ответил, и она обернулась к нему. Он стоял у стола и, как загипнотизированный, смотрел на какую-то бумагу. Кристина торопливо подошла, прочитала первые строки, и ужас охватил ее.

«Джорджу Тедберну, мировому судье,

В Меритон-Холл в графстве Уилтшир.

Сэр,

смею утверждать, что разбойник, известный под именем капитана Галанта, является на самом деле капитаном Адрианом Клером, который в настоящее время находится…»

Кристина смяла письмо в руке и в ужасе взглянула на Адриана:

— Мог это кто-то видеть, как вы думаете?

Он покачал головой. Он был бледен, на лбу выступили капли пота.

— Нет, не думаю. Если бы кто-то из слуг заходил сюда, то комната была бы приведена в порядок и письмо уже взяли бы, но если бы…

Он не закончил предложения — оба, даже не произнося этого вслух, понимали, как близки они были к разоблачению. Кристина крепко прижалась к нему, как будто ей угрожала опасность.

Адриан взял письмо, которое Кристина все еще сжимала в руке, и ему послышался ленивый, издевательский смех Элен, который, казалось, зазвучал с этой смятой страницы. «…Разбойник, известный под именем капитана Галанта…» Он увидел это написанным черным по белому, и внезапно романтичная дерзкая аура поблекла и вся суровая и неприкрытая правда его жизни в течение последних трех месяцев предстала перед ним во всей своей неприглядности. Он вступил на поприще благородного разбойника, считая это веселым приключением, он старался не запачкать своих рук, и все же кто он на самом деле, как не простой вор?