Рай рядом - Лидия Яковлевна Лавровская

Кусая губы, Яна стала собирать на поднос пустую посуду. Потом спохватилась:

– Ну, конечно же, поздравляю тебя, Сашечка, с грядущим бракосочетанием, с малышом! А как там брат-близнец, что сигналит? Говорят, жена у него просто красотка!

– Да красотка чуть не посадила недавно Михаила! Застал ее в кафе с одним там, чуть не убил обоих!

Яна застывает с подносом в руках, молча смотрит на Сашку. Неужели он в курсе, что… Ох, как Андрей взбесился однажды из-за малолетки Матвея! Чья мамаша потом всем растрезвонила, будто ее дитя чуть ли не изувечили! Яна вспоминает «чудный сон», белое платье… Очень похожее было у нее на свадьбе! Да ясно, это знак, чтобы они с Андреем снова как-то… Ну что вот они все ссорятся? И почему он, чучело такое, не звонит?! А Сашка, кажется, снова шуточки шутит…

– Признайся, ты эти ужастики только что сочинил!

– Само собой! Да знаю я твоего Андрея, нормальный парень. Нет, что ли?

Апельсин-вашингтон

Во дворе у бабушки Андрея растет уникум – высокий раскидистый апельсин, ему под восемьдесят, даже больше, чем ей! Но дивные золотые плоды в российских субтропиках толком не вызревают, кислые-прекислые. Бабушка эту кислинку добавляет в свои варенья-соленья, ко всему съедобному она относится с пиететом. Говорит, научилась у своей матери, которая после революции еле пережила страшный голод в Поволжье.

– Их было, Андрюша, семеро детишек от семи до семнадцати лет, раньше такие ведь были семьи! Так самые младшие в церкви после причастия норовили несколько раз встать в очередь за ложечкой кагора и просвиркой. А батюшка шипит, гонит их… Потом церковь закрыли, и просвирка бедным ребятам только снилась! Рассказываю все это Тимошке, если он капризничает за столом. Но вообще-то, вы вот жалуетесь, а у меня он прекрасно кушает! Как когда-то твоя мама у моей мамы…

Бабушки… С бабушкой, у бабушки все иначе, все хорошо и правильно! Андрей так ясно это понял после одной реплики Елизаветы II в английском документальном фильме. Королева в лесопарке своего поместья грустно уронила: «Везде этот плющ! Его совершенно не было при жизни бабушки…»

Но, продолжая цитрусовую тему, стоит вспомнить, как однажды рядом с университетом продавали прямо с грузовика абхазские апельсины. Кажется, первый раз в году, и Андрей не удержался, спросил:

– «Вашингтон»?

Есть такой сорт, удивительно сочный, сладкий и без косточек, Яна его обожала. Хмурый, непонятного рода-племени дядька буркнул в ответ:

– Че парень, того? Апельсин! Апельсин это! Абхазский! Какой еще Вашингтон?

Вот гады-перекупщики! Дремучие, колючие, как наши кавказские леса-заросли! Ни черта не знают… Но продавался действительно «Вашингтон», и Андрей накупил апельсинов на все деньги. Плюнул на глазеющих (возможно!) студентов и коллег и потащил бугристые пакеты к своему старичку-жигуленку. А в обед заехал на работу к Яне, угостил всех и посмешил утренней сценкой с апельсиновым торгашом.

Жена повела Андрея в их любимый уголок на последнем, пятнадцатом этаже, на веранду кафешки-кофейни, где всегда водились свежие пирожные. У подножия башни гостиницы «смеялось», как заметил классик, уходило за горизонт море, буйствовала субтропическая зелень. И они с Яной тоже много смеялись и целовались. Андрей вспомнил еще одну хохму:

– Слышишь, Ян, про Вашингтон не знаю, но в Нью-Йорке из-за пиццы ежегодно портят семь миллионов служебных документов! Как-то ухитрились подсчитать…

– Скажи лучше, как-то ухитрились сожрать эту пиццу на рабочем месте – совсем не боятся начальства, что ли?

– Ты боишься, да?! Выписываешь, наверно, клиентам всякие бумажки, строишь им глазки и лопаешь, признавайся, например… например, любимое мороженое! И даже не подсчитываешь, сколько бумажек и одежек успеваешь ежегодно закапать!

– О, какая фантасмагорическая картинка… Если бы! Даже твои апельсины не могу за стойкой как следует, от души почавкать…

– Ага, видел, слышал, как вы спокойненько себе чавкаете!..

После работы Андрей заехал к бабушке, привез и ей пакет апельсинов. Угощаясь вкусненьким бабушкиным компотом с «кислинкой» от дворового гиганта-долгожителя, опять рассказал утренний правдивый анекдот про вашингтон-апельсин. Евгения Артемьевна и похмурилась, и посмеялась:

– Ну, кто в Абхазии растил эти апельсины, название сорта, наверно, знают. Это все перекупщики наглые! Лишь бы денежки получить, а во фруктах разбираются, как… как свинья в апельсинах!

Судьбоносная губа

Особо не предаваясь воспоминаниям, – некогда! – Яна все же порой мысленно возвращалась к своему восьмому классу, когда жизнь вдруг вырулила на ужасно увлекательную дорожку. (Легкие разочарования-кочки не считаются!)

Дело было так: ее школьная учительница английского случайно оказалась на концерте, где Яна пела. Да, занималась в студии оперного вокала на радость родителям. Пела романсы – самой сейчас не верится! Собственно, это был творческий вечер известной в городе певицы, в котором та захотела представить некоторых своих учеников. Яну – после откровенных обидных колебаний. («Совершенно не одобряю твое увлечение бардовским репертуаром – явно в ущерб классическому!»)

На следующий день молодая англичанка Марина Игоревна, прежде Яну почти не замечавшая, после урока подозвала ее и объявила:

– Прическу лучше бы сменить, Яночка! Ты же хорошенькая девочка, но с таким крутым лбом надо бороться: не открывать, не прилизывать все назад в старушечий пучок, а сделать стрижку каре, например! Волосы у тебя вьются, будет хорошо. Бровям нужно придать форму, как следует подщипать. Фигурка у тебя неплохая… А, вот еще что, я вчера заметила: ты все время то кусаешь, то поджимаешь нижнюю губу – нельзя!

– Да что вы говорите?!

Но красотка-англичанка будто не заметила Янину злость, чирикала себе с улыбочкой – зоркая пичужка, углядевшая вроде бы съедобный сухарик:

– Вот, вот, и сейчас стоишь, поджав губы. Вид у таких девушек неприятный, ехидный какой-то, а надо, чтобы был… женственный! (Она, скорей всего, хотела сказать «сексапильный», ну и сказала бы. Яна про все такое давным-давно теоретически знала, но парней в упор не замечала, как и они ее.) В общем, помни: наоборот, оттопыривай, выпячивай губку, вот так! Произведет прекрасное впечатление, особенно на сильный пол! Wonderful, absolutely wonderful! А иначе, знаешь ли…

– Вам понравился концерт? – помнится, все-таки спросила Яна.

– Тебя вот я абсолютно не слышала – аккомпаниаторша чересчур громко стучала по клавишам, по-моему! – милосердно щебетнула напоследок Марина Игоревна (да нет, каркнула, каркнула, пророчица-наставница!). И с того дня иногда на уроке, взглянув на Яну, чуть-чуть надувала ярко накрашенные губки и улыбалась.

Все ее указания, надо сказать, Яна выполнила споро и успешно. А вот с английским у нее по-прежнему, как почти у всех в классе, был полный аут. С вокалом и правда тоже что-то не так… Да и с губой не всегда получалось! Яна даже повесила над кроватью