О возвращении забыть - Сергей Коротков

  - Сделаем уродов, как пить дать сделаем!

  - Ого! Ладушки, десантура, давай обмозгуем всё подробно! - капитан допил глоток коньяка, разлил снова всем троим, но Александр прикрыл ладонью свой бокал:

  - Мне ещё сёдня пострелять, побегать! Поэтому я пас. И так в сон тянет. Значит так, господа штабные...

  Спустя полчаса Александр уединился в своей каюте, принял душ, отмылся, отчистился, щетину удалил и завалился спать. Ему край-конец нужно было покемарить, сбросить груз сонливости и набраться бодрости для дальнейшей работёнки. Коснувшись подушки, он уже спал.

  Капитан отдал соответствующие ценные указания, и теплоход медленно направился на 8 миль на северо-запад, или, как выражаются морячки, на норд-вест столько-то румбов, а точнее, всего полтора. Солнце стояло в зените, но на этих широтах в октябре, да еще в обед, на открытом месте, как-то было жарковато. Индийский океан почти бесшумно слал небольшие футовые волны на запад, поэтому лайнеру в помощь явился этот ветерок, слегка подгоняя громаду белоснежного железа в воды Сомали. Пассажиры и часть команды корабля, убаюканные после недавнего стресса алкоголем, таблетками и жарой, почти все дрыхали по каютам. Уверенные в безопасности, получившие свои ценности обратно и умиротворенные, они спокойно спали и даже видели сны. После того как всех 470 пассажиров убедили в необходимости ремонта и смены маршрута, рабочая вахта команды действительно занялась починкой и чисткой судна, а также подготовкой двух катеров для военного рейда. Проверяли движки, комплектовали питьевой водой, средствами связи и оказания первой медицинской помощи, настраивали оружие, хотя Александр сказал, что сам потом ещё проведет досмотр.

  Остальные плавсредства крепили цепью на буксир позади теплохода по всем правилам морских технологий.

  Когда стало темнеть, Александра разбудили, как он и просил. Слегка перекусив, он натянул свою неизменную тельняшку, лёгкие тёмные штаны с офицерским ремнём, трофейный жилет-разгрузку, кеды и направился в оружейку. Заранее он попросил старпома по списку пассажиров определить и созвать в конференц-зал мужчин в возрасте от 20 до 50 лет, имеющих за плечами навыки армейской службы или другой военной подготовки. Что и было исполнено.

  Сам навестил по пути СИЗО теплохода и переговорил с арестованными. Те дремали, но кого это волновало?

  Александр выбрал из четверых пиратов самого молодого, по имени Помпей, которому оказалось всего 14 лет. Смешного и удивительного ничего в этом не было, потому как известно, что во враждующих и воинственных племенах и кланах развивающихся стран Африки мальчики с 10 лет держат оружие (и не только его держат).

  Пацан отличался от остальных более кротким нравом, коричневой, а не чёрной кожей, большими ушами-лопухами и лысой головой. Мелкие чёрные волосы-закорючки как гроздь червячков покрывали его дынеобразную башку. Короткие штанишки, майка, драные кроссовки.

  "Скольких же успел убить этот юный беспредельщик-пират с детским наивным взглядом и мозолью на пальце от спускового крючка автомата?" - мелькнуло в голове прапорщика.

  Он отвёл юного бандита в сторону, закрыв камеру и оставив её на охранника-матроса. Вынул пистолет и жестом показал пирату идти наверх, на палубу. Пацан, озираясь, сгорбившись и спотыкаясь, поплелся вперёд, конвоир в тельняшке за ним.

  На верхней палубе с левого борта никто не мешал, подошли к ограждению. Сколько хватало взора, кругом расстилалось море, отдавая сине-зелёной краской с мелкими ватами-барашками. Вдалеке из-за сумерек вообще трудно было что-то различить. В синем чистом небе мигали огни самолёта, унося пассажиров в другие страны и настроения.

  Темнело.

  Александр прислонил парня к ограждению, за которым плескалось море, развернул лицом к себе.

  Минуту он молча и сосредоточенно смотрел в молодое лицо, которое, в свою очередь, гипсовой чёрной маской уставилось на пистолет в руке мужчины.

  - Жить хочется? - вдруг прервал тишину прапорщик.

  Негр вздрогнул. Он не знал русских слов, но смысл фразы понял. Будто на особом подсознательном уровне.

  И кивнул в ответ.

  - Хорошо! Это хорошо, что понимаешь меня и ситуацию, - Александр жестом головы и взглядом показал на бездну за бортом дрейфующего лайнера:

  - Туда не хочешь?

  - Ноу, - юный пират замотал головой, испуганно пялясь на оружие и кулак, сжимающий его.

  - Ну тогда слушай сюда, Джек Воробей! Слушай и запоминай! - отчётливо и медленно проговорил каждое слово Александр, легонько поигрывая пистолетом, но придавая беседе серьёзный тон.

  Следующие десять минут он посвятил изложению своей идеи обескураженному ссутулившемуся парню, вспоминая все знакомые английские слова, используя жесты и мимику. Ходят шутки, что и обезьяну при желании можно за год научить говорить! Африканцы ближе к приматам и похожи на них больше всех, но за эти десять минут негр вник в сказанное как с добрым утром.

  Он понял, что требует от него этот русский. В нём чувствовалась природная сила, настойчивость и уверенность в своих способностях и победе. А ещё холодная жёсткость! Парень, ещё недавно сам лишавший жизни людей, осознал трагичность и безвыходность ситуации, испытывая дикий страх и неимоверную тягу к жизни. Так сильно жить в этом сраном мире ему ещё никогда не хотелось. Показалось, что странный русский действительно сдержит обещание оставить его, Помпея, в живых после выполнения всего того, о чём поведал. А уши-лопухи юного пирата услышали нечто такое, чему удивились бы не только враги, но и сподвижники. Если, конечно, ещё не знали об этом!

  Помпей закивал. Закивал отчаянно, резво и напряженно, боясь, что русский в тельняшке вдруг передумает и сбросит его, африканского мальчика, с простреленным животом в темень моря, к акулам (пули в живот Помпей почему то страшился больше всего!).

  Вскоре его отвели в каюту, закрыли и вспомнили о пленнике только час спустя, непосредственно перед выходом на операцию.

  ...Из четверых добровольцев-рекрутов Александр отобрал всех. Потому как копаться особо не было времени и настроения, а в помощниках он нуждался позарез. Он молча обвёл взглядом-рентгеном строй.

  Пожилой мужичок в чёрной майке и серой ветровке служил в мохнатых 70-х по контракту на границе Таджикистана и Афганистана. Ушёл по ранению ноги, точнее её ампутации, после подрыва на мине. С тех пор на протезе, но физически развитое крепкое тело и военная подготовка в прошлом внушили уверенность, и старого погранца зачислили в летучий отряд Александра.

  - Как звать-величать, отец?

  - Егор Петрович я, - ответил из шеренги пожилой погранец.

  - Отлично, батя! Принят, - Александр перевёл взгляд на следующего, - кто, откуда, что умеешь, чем хорош?

  Парень лет двадцати, компьютерный любитель шутеров и игр от первого лица, по имени Стас, имеющий подходящий и говорящий о многом ник в интернет-сети - Ubivez. Никакой военной и физической подготовки, но он утверждал, что стрелять может отменно и в оружии разбирается неплохо. Благодаря компу. Виртуально.

  Александр вздохнул, пожимая юную руку, при этом понимая, что парень морально не готов к смертям, грохоту боя и перемату команд, к крови. Но очень надеялся, что Ubivez действительно сможет хотя бы перезарядить автомат и попасть в цель с сотни шагов.

  Очередным рекрутом стал парень лет двадцати пяти, Витёк. Два года армейки на Урале. Сапёрный батальон. Потом родная деревня под Пермью, безработица, разруха и неудачная любовь. Жалкое существование довело деревенского механизатора до отчаяния. Продал старый дом с огородом от покойных родителей, мотоцикл "Ява" и на все деньги махнул в турне. Поглядеть мир, богатую жизнь, а потом... Потом хоть гори всё синим пламенем. Может, в контрактники в Чечню или грузчиком на московские вокзалы, но только не обратно, в пермскую глубинку.

  - Стрелять-то помнишь как? - спросил прапорщик, глядя в карие глаза деревенского молодца.

  - А то! Помню калаш, знаю карабин СКС, ну и с минно-взрывным делом знаком, - живо отозвался Виктор, сжимая кулаки, покрытые рыжими волосами и родинками.

  - Принят. Дальше.

  Четвёртым добровольцем оказался матрос с теплохода, недавно оттрубивший три года в ВМС, в Севастополе. Звали его Василий, годков столько же, как и предыдущему бойцу. На теплоход попал по блату, а в обязанности входило обслуживание и содержание шлюпок и спасательных средств. По долгу работы разбирался в морских делах, в плавсредствах и помощи на воде. Стрелять умел - в школе, училище и на флоте побеждал в соревнованиях по пулевой стрельбе.

  Короче, годился.

  "Мда-а! Наличие отделения спецназа или на худой конец мотострелковой части не помешало бы, но за неимением лучшего и на безрыбье..."