Седьмые Врата - Маргарет Уэйс

Мейрит шагала не спеша, ее рука покоилась на рукоятке меча. Она также готовила кое-что, но, по всей видимости, не имела никакого желания делиться своими задумками. Альфред стал – в который раз – одним из врагов.

Эта мысль сделала его несчастным, но он не мог винить ее. Он также не смел довериться ей; он помнил знак Ксара на ее лбу.

Зло повторяется снова… Без конца. Без конца.

Подчиняясь команде Балтазара, сартаны оставили дорогу прежде, чем достигли города, переместившись в темные тени, созданные зловещим светом пылающего Огненного Моря. Сартаны подгоняли детей и тех, кто был слишком слаб, внутрь оставленных зданий. Воин помоложе пошел со своим предводителем взглянуть из укрытия, которое давало им преимущество, – на верфь и патринское судно.

Клейтус был один; ни один другой лазар не трудился с ним, чему Альфред поначалу не нашел объяснения. Так получилось, что этот лазар, вероятно, не доверял никому. Клейтус мог ревниво охранять тайны, которые узнал от Ксара. Нырнув в тень, сартаны наблюдали, как лазар медленно, терпеливо распутывает сложную рунную структуру патринов.

– Хорошо, что мы успели вовремя, – прошептал Балтазар перед тем, как отойти, чтобы отдать приказания своим людям.

Альфред был слишком измучен и взволнован, чтобы ответить. Мейрит также нечего было добавить. Она смотрела, пораженная и ошеломленная, на свое судно. Почти две трети защитных рун были разрушены, а их волшебная мощь – уничтожена. Возможно, она не верила сартанам. Теперь же она знала, что они говорили правду.

– Вы предполагаете, что это Ксар показал Клейтусу? – По правде говоря, Альфред хотел выяснить это у Эпло, но Мейрит, видимо, решила, что он обращается к ней.

Ее глаза вспыхнули.

– Мой Повелитель никогда не разрешил бы лазару изучать рунную магию! Кроме того, какой цели это бы послужило?

Альфреда обожгло ее гневом.

– Вы должны признать, что это – удобный способ избавить самих себя от лазаров… И удержать нас взаперти здесь, на Абаррахе.

Мейрит тряхнула головой, отказываясь думать об этом. Она подняла руку ко лбу, протирая руну, начерченную там Ксаром. Поймав взгляд Альфреда, наблюдающего за ней, она отдернула руку, крепко обхватила пальцами рукоятку меча.

– Что ты задумал? – спросила она холодно. – Ты собираешься превратиться в дракона?

– Нет. – Альфред говорил неохотно, ему не хотелось думать о том, что он собирался сделать, и что он сделать был обязан. – Потребуется вся моя энергия, чтобы исполнить заклинание, которое освободит эту измученную душу. – Его грустный взгляд остановился на лазаре. – Я не могу сделать это сам и дракон, наверное, тоже…

Он мягко добавил, проверив сначала, что никого, в особенности Балтазара, нет поблизости:

– Мейрит, я не собираюсь допустить, чтобы сартаны захватили судно.

Она взвешивала его слова молча, глубокомысленно, оценивающе. Наконец она коротко и резко кивнула.

– Как ты собираешься остановить их?

– Мейрит… – Альфред облизнул сухие губы. – А если мне придется уничтожить судно?

Она стала задумчива, но пока не возражала.

– Мы оказались бы заперты на Абаррахе. И у нас уже не было бы выхода отсюда, – сказал он ей, желая быть уверенным, что она все поняла.

– Он есть, – ответила Мейрит. – Седьмые Врата.

Глава 19. НЕКРОПОЛИС. АБАРРАХ

– Мой Повелитель! – в библиотеку Ксара вошел патрин. – Какая-то группа людей, похожих на сартанов, только что прибыла в Гавань Спасения. Разведчики полагают, что они попытаются захватить судно.

Ксар, конечно, уже знал об этом. Он был с Мэйрит мысленно, слыша ее ушами и наблюдая ее глазами, хотя она не догадывалась, что он использует ее с этой целью. Он не никому ни одним намеком не показал своей осведомленности, однако посмотрел с интересом на патрина, который принес известие.

– Действительно, сартаны – свои люди на Абаррахе. Я слышал об этом краем уха еще до того, как мы прибыли сюда. Но лазары стремились убедить меня, что все сартаны давно мертвы.

– Но некоторые остались, Повелитель. Они оборванные, и выглядят голодными и несчастными.

– Сколько их всего?

– Возможно пятьдесят или около того, мой Повелитель. Считая детей.

– Дети… – Ксар был раздосадован. Мэйрит не упоминала о детях. Он не принимал их в расчет.

«Однако, – напомнил он себе холодно, – они – сартанские дети».

– Чем занимается Клейтус?

– Старается уничтожить рунную магию, защищающую судно, Повелитель. Он, кажется, весьма забывчив.

Ксар сделал нетерпеливый жест.

– Да, конечно, он такой. Другая его половина жаждет свежей крови.

– Какие будут приказы, мой Повелитель?

Действительно, какие? Ксар думал об этом с тех пор, как подслушал шепот Мейрит, беседующей с Альфредом и узнал их планы. Альфред собирался попытаться разлучить тело и душу лазара. Ксар в глубине души уважал магическую мощь Змеиного Мага – в гораздо большей степени, чем Альфред ценил себя сам. Он легко мог положить конец вымученному существованию лазаров.

Ксар не заботился о жребии, который выпал лазарам. Если они все обратятся в прах, если они исчезнут, Абаррах достанется ему. Он будет счастлив избавиться от них. Когда Клейтус развоплотится, Альфред свободно вернется на свой корабль. Правда, он сказал Мэйрит, что собирается уничтожить его. Но Ксар не доверял сартану.

Повелитель Нексуса принял решение. Он поднялся на ноги.

– Я приду, – сказал он. – Сообщите всем нашим людям на Наковальне. Пусть мое судно ждет меня там, готовое к немедленному отплытию. Мы должны быть готовыми тронуться в путь в любой момент… И плыть очень быстро.

За пределами Новых Провинций, раскинувшись поперек Гавани Спасения, зубчатые скалы образовали мыс, известный благодаря черному цвету и отличительной форме как Наковальня. Наковальня охраняла устье залива, она возникла в давнюю геологическую эру, когда сотрясение заставило вершину скалы треснуть и рухнуть в море, создав открытое пространство в утесе, что позволило реке магмы подобно огненному водопаду стекать вниз.

Это явление создало залив, который был назван Огненный Омут. Лава, питаемая непрерывно Огненным Морем и окруженная со всех сторон стенами скал, сформировала медленнотекущий, вялый поток – огненный водоворот.

Повсюду вокруг текла вязкая магма, на пылающей поверхности покачивались куски черной скалы. Человек, стоящий на Наковальне, мог бы подолгу следить за обломками скал, неотвратимо несущимися к гибели. Он мог видеть вход в Огненный Омут, наблюдать за вращающимися поверхностями, дрейфующими ближе и ближе к сердцу Пламени – его источнику, и исчезающими, затянутыми вниз в ненасытную огненную пасть.