Ублюдок - Павел Барчук

ты прикрыла Воронцова? Знала, что даже в случае проверки, твои слова окажутся правдой? Мы сцепились с этим козлом и в тебе сработал механизм, связанный с Силой?

– Да. Так всегда происходит. Это не зависит от меня. Поэтому Ольденбургские никогда не учились в Академии. Здесь запрещена Сила, а мы её не всегда контролируем.

– Почему все изменилось? – Мне реально было очень интересно. Многовато совпадений.

– Не знаю. Так решила семья, значит, были причины. Мы не вникаем в мотивы старших. Они приказывают, наша обязанность – исполнять. Теперь жду твоего рассказа.

Фрейлина с огромным интересом уставилась на меня. Я в ответ – на нее.

– Ну! – Катрин раздражённо постучала пальцами по кафедре. Она по-прежнему стояла, облокотившись о нее спиной, только руку положила сверху, на столешницу.

– Что именно хочешь услышать? – Нет, ну приблизительно я понимал, конечно, смысл её вопроса. Просто тянул время, соображая, как на него ответить.

– Воронцов должен был расплавить тебе мозги. Он идиот, это несомненно. Позволил эмоциям взять верх над чувством самосохранения. Его бы, конечно, не казнили, но просто так, без наказания подобный случай не оставили бы тоже. Я хорошо чувствую направление Силы. Роман ударил тебя ментально. Причем, не слабо так ударил. Если утрировать, твой мозг лежал на наковальне, а Воронцов лупил по нему здоровенной кувалдой. И что?

Фрейлина снова уставилась на меня.

– Что? – Не знаю, какого ответа она ждала. Я решил сделать самое лучшее в ситуации, когда нет вообще никакого. Задал ей ее ее же вопрос.

– Ничего! Ты даже не дёрнулся. Вообще. Даже не моргнул. В чем фокус? Морозовы изобрели какое-то новое оружие борьбы с ментальными ударами? Если это так, то твой род озолотится ещё больше. Хотя, вам уже и некуда. И без того самая богатая семья империи. После Романовых, конечно.

Твою ж мать… И вот что ответить? Я сам не имею ни малейшего понятия, почему на меня вообще ни хрена не действует. Сначала Юсупова со своим этим флёром. Теперь Воронцов. Теоретически, могу лишь предположить, что дело в самом те́ле. Не просто так богиня выбрала дурака. Ещё, если честно, терзают меня смутные сомнения за ее подарок. Тот, который она в меня засунула. Тоже ведь не красоты ради. Плюс, тот момент, что благодаря, опять же, богине, я не чувствую боли. Но это лишь догадки. Если говорить конкретно, ответить фрейлине я могу одно. Хрен его знает. Правда, такой ответ ее вряд ли устроит.

– Слушай…Ты права. Морозовы придумали новое оружие. Но я не имею права о нем говорить. Понимаешь?

Все. Другого варианта у меня не было. Этот хотя бы выглядит правдоподобно.

– Понимаю. – Фрейлина согласилась. – Конечно, понимаю. Все, что касается семьи, остается в семье. Достаточно того, что ты просто признал факт существования способа, который превращает Воронцовых в слабаков. Раз есть возможность отбить удар, значит, есть возможность закрыть от них мысли. Отличная новость. Никогда их не любила.

– Почему? Чем тебе не угодил Роман Константинович и его семейка?

Я с интересом слушал фрейлину. Полезная девочка. Много знает, много говорит.

– Честно? – Катрин усмехнулась, – Высокомерный козел, твой Роман Константинович.

Ну, это я понимаю. Поддерживаю всей душой. Козлина, каких поискать. Чувства фрейлины мне вполне близки. Вот только…Все бы ничего, но Ольденбургская на одну секунду, на крохотное мгновение отвела взгляд в сторону. Кто-то другой не заметил бы, а я обратил внимание. Моргнула и все. Какая ерунда. Казалось бы… Но нет.

Распознавать ложь я умею. Тут, правда, не стопроцентное вранье, скорее недоговоренность. Не до конца Катрин откровенна. Скрывает что-то. К Воронцову у нее личная неприязнь. Именно личная.

– Ладно … Идём. Сейчас лекция начнется. – Фрейлина направилась к выходу из аудитории.

– Эй! Ты же говорила, ничего страшного? – Я окликнул ее, когда она уже взялась за ручку двери.

– Пошутила. Теория магии. Там нужно быть по-любому. Особенно тебе. Вы, Морозовы, конечно, сильны в иллюзиях и зарабатывании денег, но со стихиями, с ментальностью, у вас не заладилось. Да и мне не помешает. Тем более лекцию будет читать сам Рихард Матеуш.

Ольденбургская не оглянулась, не посмотрела мне в лицо, что было бы естественно. Только слегка повернула голову, бросив взгляд через плечо, когда отвечала. А значит, я прав. Скрывает девочка что-то очень интересное. Ну, ок. Посмотрим.

Я сполз с парты и пошел за фрейлиной.

– Рихард Матеуш… Кто это такой, вообще?!

Конечно, мои слова остались без ответа. Да я и не ждал. Так, сам с собой трындел. Просто Катрин произнесла незнакомое имя с пафосом и фанатичным придыханием. Типа, охренеть можно, САМ Матеуш. А я в душе не имею понятия, кто он есть.

Болгарин, что ли? Или Румын.

В любом случае, мой первоначальный план отправиться на полигон и доораться до психованой богини, явно летит к черту. Придется подождать с вопросами.

Нужную аудиторию разыскал быстро. Много ума не потребовалось. Просто шел следом за Ольденбургской. Когда оказался внутри, почти все места были заняты. Сама-то Катрин быстренько скользнула к первому ряду и устроилась неподалеку от парочки Юсупова–Воронцов. Для фрейлины Ее Императорского Высочества местечко нашлось моментально. Эти же двое сидели, как пара трепетных голубей, склонив головы друг к другу и о чем-то переговариваясь.Роман Константинович держал Принцессу за руку, слегка поглаживая пальцами ее кожу.

Ну, пусть потрогает напоследок… Скоро его лишат этого удовольствия, лапать Княжну. При моем появлении, и Юсупова, и Воронцов резко замолчали, уставившись в четыре глаза. Видимо, тот момент, что попытка Романа Константиновича расплавить мне мозги не увенчалась успехом, произвела на них неизгладимое впечатление.

– Никита! – С последнего ряда поднялся Багратиони и помахал рукой.

Он, оказывается, позаботился о новом товарище, то есть обо мне, и “забил” местечко. Я с большим удовольствием пристроился рядом с ним.

Вообще, конечно, радовало, что этот мир, несмотря на всякие волшебные и мистические особенности, развивался технически. У каждого курсанта имелся планшет, куда можно было записывать лекции. Причем, не только текстом, но и звуковыми сообщениями. А могло быть все гораздо печальнее. Окажись я, например, в средневековом государстве. Сидел бы, как дурак, строчил гусиными перьями по пергаменту.

Чтоб не напрягаться, включил запись и приготовился слушать препода, который появился в аудитории почти сразу после меня. Не знаю, что в нем особенного. Его рога были меньше моих. Значит, обычная нечисть. Надо, кстати, сходить куда-нибудь, где имеется подробная информация о классификации демонического