Ублюдок - Павел Барчук

со своей княжеской тушки, но к этому я тоже был готов. Поэтому, ясен хер, ничего у Романа Константиновича не вышло.

– Я тебя урою…– Прошипел он. На губах аж пена выступила. Вон оно, как кроет пацана.

– Правда? Сейчас по-моему ситуация выглядит совсем иначе.

Не долго думая, с чувством, тряхнул Воронцова. Ну, а то что его башка опять стукнулась о пол, это – совпадение. Лежачих не бьют, говорят? Возможно. Если это честный, достойный противник. Если гнида, как Роман Константинович, так нормально, сойдёт и лежачего.

– Я тебе сказал, ты, надеюсь, услышал. Разница между нами в том, что ты без своей гребаной Силы ни черта не можешь. А я на нее вообще не рассчитываю. – Вот тут не лукавил ни разу.

Ясен хрен не рассчитываю. У меня же ее нет. Всякие странности в виде оленей и бегающих волосяных паучков не беру в расчет. Это просто хрень какая-то.

Воронцов снова бузуспешно дёрнулся, а потом вдруг поднял одну руку, и ухватил меня за запястье. Его зрачки очень неожиданно расплылось на всю радужку. Реально. Просто в секунду у пацана глаза стали черными. Полностью. Отвратительное зрелище.

Не знаю, что он хотел добиться своими действиями, но я лично не ощутил вообще ни хрена. Щекотно только стало в том месте, где касались его пальцы.

– Роман, прекрати! Ты сошел с ума?!

Растолкав толпу малолетних князьков рядом с нами оказалась Принцесса. Вот уж неожиданность. Странно, не заметил ее сразу. Может, пряталась за чьей-то спиной?

Александра схватила Княжича за руку, и дернула ее отрывая от моего запястья. Причем, самой Юсуповой этот процесс явно был неприятен. Даже болезненный, наверное, он для нее. Так точнее. Княжна поморщилась, втянув воздух сквозь сцепленные зубы.

– Отпусти его!

Я не понял, кому из нас предназначался этот приказ. Но послушался его Воронцов. Зрачок Романа Константиновича в одну секунду сократился до крошечной точки, а потом принял нормальный размер. Что за хрень, блин? Я такое видел, когда люди под какой-то дрянью. В обычном состоянии – нет. Правда, эти Рогатые, условно говоря, не люди.

Тем не менее, сейчас Воронцов был…как бы это сказать…немного напуган. Не поведением Принцессы. Нет. Тут что-то другое. Он смотрел со страхом именно на меня. Так понимаю, у нас снова произошло нечто особое, а я, как всегда, вообще не понял, что.

– Если тебя застукают, то накажут. Не делай так больше. Он…– Княжна перевела взгляд на меня. Посмотрела с таким выражением, будто перед ней мерзкая тварь, – Он не сто́ит того.

– Что опять, господа, у вас тут происходит?

Вот почему-то появлению Аракчеевой я вообще был не удивлен. Наталья Алексеевна прошла мимо курсантов, которые при ее появлении моментально рассосались в стороны, а потом остановилась рядом с нашей компанией. Вид, конечно, отличный. На полу лежит Воронцов, я практически сижу на нем сверху, рядом на коленях стоит Юсупова и держит Романа Константиновича за руку, как верная подруга и спутница.

Роман Константинович, кстати, при звуках голоса графини, как-то взбледнул. Не рад он Наталье Алексеевне. Прям совсем не рад.

– Господа, это все трогательно, но давайте не забывать, где находитесь. Академия вам, не место для романтических историй. А вы, Роман Константинович, смиритесь, наконец. Княжна Юсупова со дня на день станет официальной невестой. Не вашей! Запомните это. Не понятно, почему я сейчас наследнику рода объясняю очевидные вещи об интересах семьи. Прекратите веселить всю Академию вашими по́тугами задеть Морозова. Это действительно выглядит смешно. По-детски. Вы на что рассчитываете? Что он откажется от Александры Юрьевны? Тогда уж разыщите Патриарха их рода и попробуйте выместить свою злость на нем. Или это исключительно желание почесать свое эго? Оно у Вас такое огромное, что его непременно надо чесать. Да?

Аракчеева отчитывала Воронцова, как пацана. Хотя, для нее он пацан и есть. Если уж Седой называет ее старой сукой, то явно по возрасту она нам годится даже не в бабки.

– А вы, Никита Саввович, слезьте с него, в конце концов. Неприлично даже. Валяетесь в коридоре, в пыли, как дворовые кобели, которые не поделили…

Наталья Алексеевна скептически окинула взглядом Принцессу. Однако, решила, что называть ее сучкой, даже в переносном смысле, как-то слишком.

– Слушайте, я вообще никого не делю́. Зачем мне это? Девок, что ли, мало.

– М-м-м-м-м… – Графиня усмехнулась. – Хотите подать жалобу на Романа Константиновича за нападение? Раз Вы не были инициатором, значит, он напал первым.

– Нет, конечно. Не было нападения. Он шел, споткнулся, я хотел помочь встать. А тут Сашенька. Помните, у нас любовь? Налетела. Возникло недопонимание. Бывает. Просто Вы слишком рано появились. Мы бы уже все выяснили и разошлись в разные стороны. – Я не собирался жаловаться или стучать. Этого ещё не хватало. Сам разберусь.

– А…Ну, да…Ну, да… Эта особа тоже, наверное, хотела помочь встать. Вам обоим. – Голос Аракчеевой сочился даже сарказмом. Ядом.

– Не могу ответить на Ваш вопрос. Но как только останемся с Сашенькой вдвоем, обязательно спрошу. Потом поделюсь с Вами. – Я отпустил ворот рубахи Романа Константиновича, убрал колено с его княжеской груди и встал на ноги.

– Позвольте откланяться? – Хрен его знает, откуда в моей голове всплыла именно эта фраза.

– Позволяю. – Наталья Николаевна, склонив голову к одному плечу, смотрела на меня все с тем же интересом.

На самом деле, чувствую себя рядом с ней экзотической обезьяной.

Однако, как только сделал пару шагов в сторону, собираясь растворится среди толпы курсантов, меня окликнули.

– Стоять! – Вдруг приказала Аракчеева. Очевидно, этот приказ предназначался именно мне. Остальные уходить не торопились.

Я оглянулся назад. Принцесса уже помогла Воронцову подняться и теперь отряхивала его форму. Похоже, они правда были близки, а наша внезапная предполагаемая свадьба все испортила двум влюбленным сердцам. Вон, какая забота.

Услышав новую интонацию в голосе графини, Юсупова зависла с поднятой рукой. Она как раз собиралась одернуть рубаху своего Ромео. Сука…Даже имя совпало… Ромка-гаденыш тоже занервничал, стал ещё бледнее.

– Я чувствую остаточные эманации Силы… – Аракчеева водила носом, как собака, которая учла добычу. Серьезно. Прям нюхала воздух, слегка подняв голову. Выглядело ее поведение странно.

Сила...Так вот в чем дело…Этот придурок поддался злости и попытался что-то сделать со мной. Поэтому у него зрачки в глазах скакали, как сумасшедшие. А я думал, пацан сидит на чем-то. По той же причине и Принцесса вмешалась. Поняла, ее