Вечный экзамен - Александр Гомельский

Заключительная стадия контратаки характерна для всех: высокорослые пытаются обогнать дриблера, чтобы завершить атаку из–под щита. Если это не удается, то дриблер атакует с удобной дистанции (обычно средней) или отдает мяч для броска тому, кто бежит рядом. И все бежавшие устремляются на подбор отскочившего мяча. Заметьте: они не останавливаются, а с ходу устремляются к щиту. Этим достигается преимущество, потому что с ходу можно выше прыгнуть.

Мы много говорим о технической подготовке игроков, о доведении ими коронных приемов до виртуозности. Однако делаем в этом направлении крайне мало. И виноваты тут прежде всего сами игроки. Они должны ежедневно скрупулезно работать над простейшими приемами: ведением, ловлей, передачами мяча, остановками, поворотами, заслонами, защитной стойкой и, конечно, над бросками. Баскетболисты США даже на разминке перед громадной толпой зрителей не стесняются выполнять эти простейшие элементы. Многие же наши игроки вообще не тренируются индивидуально.

Пас — главный элемент баскетбола — не доведен у наших молодых до совершенства. А без владения этим приемом в совершенстве никто не может считать себя мастером высокого класса. Мы видели, как Б. Уолтон, сильнейший профессиональный центровой Америки, не только организует контратаку, давая быстро и точно первую передачу. Уолтон, кроме того, отлично распасовывает мяч в позиционной игре, его голевые передачи своевременны и выверены до сантиметра.

Броски американских баскетболистов, как профессионалов, так и студентов, совершенны по технике исполнения и поразительны по точности. Когда я спросил известного тренера США В. Халла, какими приемами он доводит броски своих подопечных до такого совершенства, тренер показал на мяч, на баскетбольное кольцо и сказал: «Вот это я им даю. А отработать бросок уже их дело. Будут плохо бросать, не попадут ни в нашу команду, ни в профессионалы».

Каждый день, минимум час, американские баскетболисты посвящают броскам с различных дистанций при сопротивлении соперника. Нашим молодым одного часа, конечно, мало. Но и этого часа в день они не отдают баскетболу. Здесь есть над чем задуматься и самим игрокам, претендующим на место в сборной команде, и, конечно, их тренерам.

Какие задачи мы ставили, выезжая за океан? Прежде всего проверить молодежь в играх с сильными соперниками. И должен сказать, молодые игроки вселили в нас, тренеров, оптимизм. У них целый ряд пробелов в техническом образовании, опыта недостает и атлетизма, тактической грамотности. Но, на мой взгляд, достоинств у них больше, чем недостатков.

Мне хочется привести некоторые цифры, показывающие соотношение сил советских и американских баскетболистов в ходе нашего турне‑77.

За счет лучшей защиты американцы имели солидное преимущество в бросках по кольцу. За все матчи они атаковали 1025 раз (43 процента попаданий). У нас было 763 атаки (50,5 процента).

Цифры, отражающие борьбу под щитом, примерно равны: соперники сделали 543 подбора под щитами, мы — 544. В бросках со штрафных у нас 72 процента попаданий, у соперников — 69.

Я умышленно останавливался на наших недостатках, пробелах в технике, тактике и атлетизме, для того чтобы яснее было видно, над чем нам предстоит работать в ближайшие годы. Однако пять побед в труднейших условиях: на чужих полях, с американскими судьями, придерживающимися профессиональных правил, при огромной поддержке соперников зрителями подтверждают, что курс, взятый на создание мощной группы центровых, их форсированная подготовка — путь единственно правильный.

Впрочем, надежда осуществится только в том случае, если все молодые игроки будут трудиться и дома с таким же энтузиазмом, как в сборной СССР. Я уже сказал, что молодые баскетболисты должны ощутить вкус победы, научиться бороться в каждом матче, чувствовать свою личную ответственность за судьбу каждой игры.

Матчи в Америке проходили очень жестко, тяжело, на высоком спортивном накале. Поэтому поездки в такие страны, как США, где давние баскетбольные традиции, позволяют не только определить мастерство игрока, но и как бы «обкатать» его, познать его характер, увидеть, на что способен он в матчах со сложным, сильным соперником.

КТО ТЫ, ТРЕНЕР?

Мне хочется рассказать здесь об увлекательной, но всегда нелегкой, сложной судьбе тренера, о тех, кто, на мой взгляд, может и должен стать тренером. Ведь тренер — это, по моему убеждению, человек, который, не щадя прежде всего самого себя, свои нервы, отстаивая до конца свои принципы, всю свою жизнь находится в поиске многотрудных путей к совершенствованию, к победе. Мне хочется вспомнить и о тренерах–коллегах, единомышленниках, о тех, кого хорошо знаю по совместной работе в сборной СССР, ЦСКА, рижском Спортивном клубе Армии.

Хотя любовь к спорту да и его роль в жизни людей ныне предельно возросли, роль тренера, его обязанности, заботы остаются пока еще для многих загадкой. По представлению многих людей, тренер — это человек, который руководит тренировкой. Кстати, в большинстве наших словарей именно так и разъясняется слово «тренер».

Вот что говорится в словарях о тренерах. Энциклопедический: «Тренер — это руководитель тренировки, воспитывающий, подготавливающий спортсменов к соревнованиям и установлению рекордов»; словарь Даля: «Тот, кто руководит чьей–либо тренировкой, спортсмен — специалист по тренировке»; словарь иностранных слов: «Специалист в каком–либо виде спорта, руководящий тренировкой спортсменов». Примерно то же определение понятия «тренер» и в словаре русского языка, составленном проф. С. Ожеговым («специалист по тренировке кого–либо»), и в толковом словаре русского языка под редакцией проф. Д. Ушакова («человек, профессионально занимающийся тренировкой кого–нибудь: спортсмена, приучаемого животного»).

Как видим, по представлению языковедов, тренер — это человек, который занимается только тренировкой. Я не хочу вступать в споры с уважаемыми составителями словарей, но думаю, что они имели в виду лишь внешнюю и далеко не единственную сторону деятельности тренера. Но вот как–то в газете «Советский спорт» выступил один из наших маститых преподавателей, заведующий кафедрой Института физкультуры. И, к моему удивлению, он тоже считал, что сегодня тренер — это всего лишь тот, кто проводит тренировки и опекает какую–либо команду или спортсменов на соревнованиях. И только! Не хочу обижать преподавателя с большим стажем, но как же он далек от жизни, если считает, что работа тренера заканчивается после тренировки. Если бы это было так, то тренер просто не был бы тренером. В этом одна из самых больших трудностей нашей интересной работы. Тренер всегда тренер — днем и ночью, дома и в гостях, в метро и в машине. Он всегда в творческом поиске, в придумывании новых технических упражнений, тактических построений, в тревогах и заботах о команде, о каждом игроке.