Подменная невеста клана Волковых - Айлин

— Ярослав показал,— переведя взгляд на довольного жениха.

— В смысле? — растерялась Яна.— Может, рассказал?

— Нет. Показал. В самом прямом смысле,— несколько невежливо ответила я, а потом, усмехнувшись, сказала:— Я тебе потом перезвоню, поболтаем о своём, о девичьем.

Яна покладисто что-то буркнула и положила трубку, а я вопросительно посмотрела на Волкова.

— Похищение людей имперское преступление, которое, естественно, не может остаться без наказания.— заметил он, впрочем, крайне довольный собой.

— Вот только далеко не все преступления раскрываются с такой скоростью,— заметила я.— Она Алису хотела похитить или всё-таки меня?

— Ее люди вас перепутали, как и люди старой грымзы. Просто тётка не считала тебя подходящей кандидатурой на роль княгини, а младшая Ситникова, как оказалось, слегка помешана на мне. Это притом, — неожиданно искренне возмутился Ярослав, — что мы с ней даже лично не знакомы. Не пересекались нигде даже.

Мне оставалось только пожать плечами: "не сотвори себе кумира" библейская заповедь, которую девушки нарушают едва ли не чаще всего. Младшая Ситникова могла просто увидеть портрет Ярослава в сети или в журнале. А уж придумать себе романтическую или трагическую историю может любая девушка буквально на раз-два, просто в большинстве своём все прекрасно осознают, что это фантазия.

— И что теперь с ней будет?

— Это решит суд, — ответил Ярослав. — Доказательств её вины более чем достаточно. Если признают вменяемой, то от пятнадцати до двадцати пяти лет, в зависимости от того, насколько хороший адвокат у нее будет. Исполнителям примерно столько же, по совокупности. За ними числится не только похищение.

— Вы довольны? — спросил Ярослав, посмотрев на меня.

— Более чем, — я улыбнулась. Может, месть и не свершится моими руками, как хотелось бы, но суровое и правовое наказание тоже хорошо.

— Что ж, — во взгляде Ярослава появились чертенята,— У меня есть к вам одна небольшая просьба.

По спине побежали мурашки, что-то подсказывало - мне это не понравится.

Глава 18

Машем и улыбаемся, улыбаемся и машем. Точнее, конечно, салютуем бокалом вина и ведём разговоры на ничего не значащие темы, стараясь не ослепнуть от блеска хрустальных бокалов на подносах официантов, сошедших с обложек модных журналов, и бриллиантов на прекрасных дамах, а еще стараемся не обращать внимания на то, что от постоянной “протокольной“ улыбки уже сводит скулы. Нет, свои плюсы в приеме, разумеется, были. Например, вкусная еда: канапе с клубникой и сыром с белой плесенью были вне конкуренции, как и креветки в каком-то сложном масле. Атмосфера, которую задавали оркестр и весьма сложный декор из натуральных цветов. Многие молодые барышни не отказали себе в удовольствии обзавестись парой эффектных фотографий, сделанных профессиональным фотографом.

На мой субъективный взгляд, со своей ролью невесты сиятельного князя я пока справлялась неплохо. По крайней мере, ни хозяева, ни гости приема не заподозрили, что больше всего мне сейчас хотелось оказаться где-нибудь в библиотеке, подальше от шума и толп гостей. “Небольшая” просьба Ярослава заключалась в том, чтобы я сопровождала его на приём, который давал дружественный клан. Граф Шелестов, известный на всю империю гурман, открывал новый ресторан, уже сотый, что являлось событием в кулинарном мире. Чисто в теории, гипотетически я могла отказаться, но не стала. Во-первых, гала-ужин от известного ресторатора, аристократа и, как поговаривают, неплохого шеф-повара - это не то, что стоит пропускать, если ты любишь вкусно покушать. А во-вторых - в конце концов, мои обязанности, как будущей княгини, состояли в том числе и в поддержании социальных связей. Но прежде чем что-то поддерживать, это самое что-то надо наладить. Этим я сейчас и занималась, и не сказать, чтобы совсем безуспешно. Например, пообщавшись с баронессой Осиной, получила приглашение принять участие в заседании книжного клуба в ближайший четверг. Согласилась исключительно из меркантильных соображений. Небольшой и молодой клан Осиных специализировался на индивидуальной подгонке усилителей, за что был обласкан и трепетно любим всеми боевыми кланами, чем и пользовался, перебирая заказчиков, как рачительная хозяйка овощи на рынке. Иван к ним на консультацию аж на следующий год записан, и это еще очень оперативно, ибо боевиков много, а “подгонщиков” мало. Пару раз за вечер мне даже казалось, что зря я пренебрегала всеми этими светскими встречами. А потом я вспоминала, как я на этот прием собиралась. Это было долго. Очень долго. Притом что подготовку к приёму почти полностью взял на себя Ярослав, мне просто надо было встретиться с командой визажистов и побыть бездушной куклой, с которой играют в "одевалки". Поднимите руку, опустите руку, посмотрите на меня и т.д. Крайне раздражающая процедура, которая вместе с тем развивает некоторую созерцательность и поражает результатом: в зеркале я себя узнала не сразу.

Прием, организованный графом Шелестовым, проходил в панорамном ресторане, ему же принадлежащем. И если бы лет сто назад условный глава дома, получив приглашение на прием в ресторане, рассматривал подобное приглашение по остаточному принципу, привести жену или дочь на подобный прием было бы моветоном, то сейчас “выездной” вариант считался вполне допустимым, приличным, и лишь немногим уступал приёму, организованному в собственном поместье или доме, а иногда по стоимости и превосходил "домашний" прием.

— Иной бриллиант не сравнится своей редкостью с вашим появлением в свете!

Я обернулась и отсалютовала бокалом шампанского Анне Ильиничне Шелестовой. Как хозяйка приема, она следила, чтобы гости не скучали и не чувствовали себя неуютно, так что, увидев, что я осталась одна, - Ярослава утащили в курительную, - она поспешила подойти ко мне.

— Окончание учебы отнимало все мое свободное время, — выдала я дежурное оправдание, которое сегодня озвучила уже не один раз. Как будущая княгиня Волкова, я была одним из редких "экспонатов" сегодняшнего вечера, в некоторой степени затмевая даже хозяев, которые, впрочем, мне на это не пеняли. С одной стороны, такое внимание льстило, но и безумно утомляло с другой стороны. Я искренне не понимала, как некоторые светские львицы умудряются порхать с одного приема на другой, высыпаться и вести какую-то иную жизнь, кроме светской.

Анна Ильинична понимающе покивала, а мне захотелось провалиться сквозь землю, вспоминая, чем и как эта самая учеба закончилась, поэтому когда графиня Шелестова перевела разговор на другую тему, я была просто счастлива. Посвятив ещё некоторое время беседе с хозяйкой, я решила найти тихий уголок, чтобы немного привести в порядок свои мысли, находящиеся в раздрае, а точнее, просто отдохнуть от огромного