Подменная невеста клана Волковых - Айлин

станут тебе лучшими друзьями...— А потом вонзят мне нож в спину — фыркнула я.— Опционально, — задумалась Элионора Шаукатовна. — Могут и мне. И вот чтобы не допускать таких казусов, в идеале у тебя должна быть своя отдельная от клана служба разведки и информирования. Твоя личная охрана... Я резко полезла в рюкзак за карандашом, который, как назло, не находился.

— Подождите минутку, — взмолилась я. — Запишу.

— Умная девочка, — похвалила меня женщина, а затем вся последующая наша беседа превратилась в "Краткий курс выживания начинающий княгини".

В какой-то момент я не выдержала и уточнила:

— Это нормально, что подобный ликбез мне читаете вы?

Элеонора Шаукатовна легонько похлопала меня по руке и ответила:

— Разумеется. В конце концов, от кого ты можешь получить больше всего информации, как не от того, кто строил против тебя козни. Всему остальному тебя Елизавета научит, в конце концов, — это её обязанность наставлять молодых княгинь. Просто на мой субъективный взгляд, ей недостает некоторой гибкости и разноплановости мышления. Уж больно Лизонька прямая, как заточенный меч, но меч — это не то оружие, которое должна держать девушка. И не смотри на меня так, мы с Лизонькой друг друга не любим ещё с тех пор, как в детском саду Ванечку поделить не смогли.

В этот момент мне очень захотелось сказать: - мир его праху, и еще я запихала подальше появившуюся было мысль узнать поподробнее о взаимоотношениях двух дам.

— А это правда, что вы пытались свергнуть главу клана? — не удержалась я от попытки сунуть свой нос в историю еще не моего клана.

— Конечно,— не стала отпираться Элеонора Шаукатовна.— Можно сказать — это национальная забава в кланах первой десятки: "свергни своего главу". И вообще, кто в молодости не был революционером, и кто в старости не стал консерватором… Я очень надеюсь, что ты быстро разберёшься с тем, кто там решил похитить Алису. — мне показалось, госпожа Волкова давала понять, что нашу беседу пора заканчивать. — Я очень не люблю долго оставаться на водах. Там скучно, совершенно нечего делать, только вязать шарфики да обсуждать внуков — все это, знаешь ли, приводит к старости. А без ответов “добрый мальчик” Ярослав, не позволит мне вернуться.

В общем, с Элеонорой Шаукатовной мы расстались практически подругами, как бы странно это ни прозвучало.

Уже когда мы прощались возле дверей кафе, с крыши соседнего здания упало тело.

— Кровавенько,— растерянно буркнула я, поддерживая побледневшую женщину, и бросила охраннику:

— Петр, вызывай Cкорую.

***

Оставив госпожу Волкову на попечение врачей, я отправилась навестить Алису, которую всё-таки оставили в больнице для наблюдения. Для деятельной девушки такое принудительное заточение было почти невыносимым. А ещё в нашей с ней переписке Алиса возмущалась тем, что проспала всё приключение. Мне на это оставалось только закатывать глаза и надеяться, что больше у неё таких приключений в жизни не будет. Сейчас за ней присматривали как специально нанятые сиделки, так и спешно вызванные в столицу родители. Последнее стало для неё серьёзным ударом. Как я поняла, она очень надеялась, что окончательно вырвалась из-под их опеки. Поздоровавшись с мамой Алисы, чистящей неугомонной дочери яблоко, и недолго поболтав с самой девушкой, я собиралась было уходить, но буквально в дверях столкнулась с Ярославом. Неловко. Особенно с учётом того, что на сообщения я ещё так и не ответила, хотя с момента "приключения", как выразилась бы Алиса, прошло уже три дня. Демонстративно уходить было неприлично, поэтому я задержалась, дождавшись того момента, когда Ярослав, пообщавшись с Алисой и её родителями, тоже покинет больницу.

— Мне кажется, вы меня избегаете?— зашел он с "козырей", самого больного для меня вопроса.

— Не то чтобы избегаю, — замялась было я, но потом продолжила:— Скорее всячески оттягиваю момент встречи, так как чувствую себя весьма виноватой. — признание далось неожиданно легко вкупе с осознанием того, что так можно прояснить возникшее недоразумение. — Как старшая, я должна была позаботиться о том, чтобы Алиса была в безопасности.

— Похвальное чувство ответственности, — понимающе кивнул Ярослав. — Но в данном случае на вас не лежит никакой вины. Алиса именно вам обязана своим безопасным возвращением.

— Уже что-то известно о людях, которые ее похитили? — задала я не дающий мне спокойно спать вопрос, с одной стороны надеясь, что Ярослав действительно что-то знает, с другой — пресекая себе возможность удариться в самообвинительный монолог.

Но Волков только хитро улыбнулся и проигнорировал мой вопрос.

— Мира Александровна, — я насторожилась. Когда к тебе обращаются с подобной интонацией, обычно ничего хорошего это не сулит.— Не соблаговолите ли вы сопроводить меня?

— Почту за честь, — ответила я и осторожно положила руку на подставленный локоть Ярослава.

Неожиданно местом нашего рандеву стал не какой-нибудь ресторан или маленькое кафе, а вполне себе жилой район, в котором располагались особняки людей состоятельных и влиятельных, но не являвшихся в то же время членами какого-нибудь клана. Я с некоторым недоумением посмотрела на жениха, который сейчас походил на кота, укравшего со стола хозяйки цельного осетра.

— Подождите ещё немного, — уловил мое нетерпение Волков. — Предстоящее шоу вы оцените по достоинству.

Я вздохнула. Не понимаю, что за игры в таинственность, но раз ему так хочется, будем послушно ждать. Впрочем, буквально через минуту я, не выдержав раздирающего на части любопытства, полезла в сеть выяснять, чей же это дом. Оказалось, некоего купца первой гильдии Вениамина Ситникова.

Снова с некоторым удивлением покосилось на Ярослава. Однако в этот момент к дому начали подъезжать машины полиции, и одновременно с этим раздался телефонный звонок. Вызывающим абонентом значилась Яна. Некоторые подозрения, до этого весьма туманные и расплывчатые, принимали всё более чёткую форму.

— Я вычислила, кто тебе второго ухажёра нанял,— восторженно запищала в трубку Яна.— Ульяна Ситникова, младшая дочь купца первой гильдии, она и похитителей тоже наняла!

Я почти равнодушно слушала Яну, глядя, как полиция выводит из дома заплаканную девушку в белом платье. Вокруг суетились домашние. Женщина в возрасте, судя по всему, мать, бледная в тон стене дома, заламывала руки, в то время как мужчина, в самом расцвете лет, о чём-то разговаривал с полицией и, судя по всему, пересказывал полученные ответы в трубку телефона в левой руке.

— А я уже знаю,— прервала я восторженный поток слов от Яны

— Да как так-то?— растерялась подруга.— Я сама