Кореллианская трилогия-3: Полет над бездной - Роджер Аллен

Месяц или, самое большее, два? Постоянная смена планет, разная продолжительность дня и разные временные зоны — все это не позволяло определить время достаточно точно. Он знал лишь одно: то было в далеком, далеком прошлом.

Поздоровавшись с зятем и сестрой, Скайвокер поклонился молодой женщине:

— Привет, Мара. Рад вас видеть.

— Я тоже рада вас видеть, Люк, — отозвалась Мара. В ее обычно строгом голосе Хэну послышались мягкие нотки.

— Хотелось бы, чтобы встреча состоялась в более благоприятной обстановке, чем эта, — заметил Люк. — Я видел обращение Тракена. Что я могу сказать? Конечно, я сожалею о случившемся. Но мы вырвем их у него, Лея. Это я обещаю.

— Знаю, что вырвем, Люк, — отозвалась его сестра. — Но все равно спасибо.

— Послушайте, дамы и господа, — вмешалась Мара. — Не хочу никого обидеть, но имейте в виду, что охраны возле корабля нет, ее как ветром сдуло. Уверена, если постараться, то мы сумеем снять силовое поле, окружающее «Нефритовый огонь». Раз появилась такая возможность, то не стоит ли ею воспользоваться и удрать отсюда?

Люк покачал головой. Потом сказал:

— Конечно, силовое поле мы отключим непременно. Но, думаю, есть смысл в том, чтобы вы остались пока здесь. Если мои расчеты верны, то нам понадобится помощь тех лиц, которые вас здесь удерживали. Так что самое лучшее — это не дергаться и оставаться здесь, где они могут нас найти.

— С какой это стати? — удивился Хэн Соло. — Что стряслось?

— Много чего стряслось, — ответил Люк. — Главным образом, не слишком приятного. Хотя, возможно, если постараться, то и в куче навоза можно найти жемчужное зерно. Ведь селониане большие мастера по части землеройных работ.

Тяжело вздохнув, Хэн пристально посмотрел на зятя.

— Ну, давай, рассказывай, старичок, чего ты там надумал. А мы своими мыслишками поделимся.

— Кьюнайн! Кьюнайн! Выходи на связь! Ты нас слушаешь? Ты где?

— Слушаю, как не слушать! — откликнулся Кьюнайн. — Я там, куда вы меня запихали. Торчу вверх копытами в контейнере. Где мне еще быть? — Дройду, видно, надоело изображать из себя революционера-подпольщика, оттого он стал весьма раздражительным.

— Весьма интересный риторический вопрос, — заметил Эбрихим, говоря шепотом. — Не будем вдаваться а подробности. Скажу одно: не смог бы ты прийти к нам?

— С удовольствием, — отозвался дройд. — С удовольствием и даже большим я бы выбрался из этого карцера. Но я к вам приду, если сообщите, где вас искать.

— Мы совсем рядом, неподалеку от корабля.

— Прекрасно. Но прежде всего выясним некоторые вопросы. Согласно моей встроенной системе наблюдения, какое-то время назад прекращена блокада каналов связи. Вот уже два часа я слежу за передачами Сал-Соло. Хочу поставить вам на вид. Почему вы не воспользовались представившейся возможностью? Почему вы так долго ждали, чтобы связаться со мной?

— Мы ждали, когда легионеры заснут. Последний из них лег на боковую около часа назад. Сейчас они все спят сном праведников, хотя это далеко не праведники, забравшись в десантный корабль.

— Почему же они не выставили часового? — удивился дройд. — Какая непростительная оплошность с их стороны.

Эбрихим засмеялся шутке робота.

— Мы находимся на дне цилиндра с гладкими вертикальными стенками высотой в несколько километров и заключены в загон, образованный силовым полем. А из двух кораблей, которые здесь имеются, один вышел из строя, а второй полон солдат противника. Думаю, они сочли, что в подобной ситуации им нечего беспокоиться.

— А что, если это ловушка? — предположил Кьюнайн. — Может быть, они хотят, чтобы у вас создалось чувство мнимой безопасности.

— Чувство мнимой безопасности свойственно им, а не нам. Они не знают, что у нас есть ПУ и не подозревают о твоем существовании.

— А где вы достали ПУ? — подозрительно спросил дройд. — Я даже не знал, что оно у вас есть. Откуда мне знать, что вы Эбрихим? А вдруг вы — агент легионеров, прикидывающийся Эбрихимом? Вдруг это ловушка с целью выманить меня из моего укрытия?

Кьюнайн услышал тяжелый вздох дролла.

— Кьюнайн, по-моему, у тебя появился параноидальный синдром.

— У вас тоже появился бы такой синдром, если бы ваши главные цепи закоротил мальчик-маньяк и вы едва успели перепроверить свои контуры, прежде чем вас на целый день засунули в темную дыру. Все это время я находился вверх тормашками, не зная, что произойдет со мной в следующую минуту. Чего только мне в голову не лезло.

— Понятно, — отозвался Эбрихим, с трудом сдерживая свое раздражение. — Весьма прискорбно. Постараюсь успокоить тебя и рассеять твои подозрения. Мы не сообщили тебе о том, что у нас есть ПУ, так как не было времени. Я сам узнал о том, что Чубакка спрятал у себя переговорное устройство, лишь спустя много времени после того, как нас сняли с корабля. Что же касается моей личности, то я действительно Эбрихим. В квитанции стоит сумма в тысячу двести пятьдесят дролловских крон, которую я заплатил за тебя. Но в последнюю минуту мне удалось уговорить твоих прежних владельцев сделать скидку в сотню крон. Об этой детали я совсем забыл. Когда я ненароком сообщил налоговой службе завышенную сумму, ты напомнил мне о действительной цене и угрожал заложить меня налоговой полиции, если я не исправлю цифру. Я серьезно подумывал о том, чтобы продать тебя. Ведь из-за тебя мне пришлось заплатить лишние восемь крон в качестве дополнительного налога. Я не раз сожалел, что не отделался тогда от тебя. Тебя удовлетворит такое объяснение?

— Пожалуй, да, — проронил Кьюнайн не без сомнения в голосе.

— Вот и прекрасно. А теперь перестань изображать из себя жертву параноидального психоза и двигай на своих шарнирах как можно быстрее И незаметнее. Конец связи!

«Ни к чему так раздражаться, — сказал Кьюнайн, обращаясь к. самому себе, поскольку Эбрихим выключил передатчик. — Не вижу ничего параноидального в стремлении обеспечить свою безопасность. — Помолчав немного, Кьюнайн добавил: — В то же время есть какая-то аномалия в тем, что дройд разговаривает сам с собой. Возможно, Мастер Эбрихим был прав, когда засомневался з моей вменяемости. Эх, жисть-жестянка!»

Кьюнайн плавно запустил свои репульсоры, в результате чего с контрабандного контейнера снялась крышка. Приподняв крышку сантиметров на тридцать, он уменьшил подачу энергии на левый репульсор. В результате крышка наклонилась в ту же сторону и упала с громким стуком на палубу. Шум этот был совсем некстати, но что поделаешь.

Выдвинув пару манипуляторов, Кьюнайн выпрямился во весь рост. Сделав разворот на шарнирах, он очутился вверх головой и вниз ногами. Затем снова включил репульсоры, предварительно убрав руки в гнезда. Какое это было удовольствие — выбраться из той дыры, да еще стоять в нормальном, а не перевернутом положении.

Обогнув кольцевой коридор «Сокола», Кьюнайн добрался до сходни. Она была опущена, так что ему не пришлось терять время на то, чтобы опускать ее. К тому же он не произвел лишнего шума. И все-таки дройд насторожился: может быть, это не халатность, допущенная легионерами, а ловушка?

Но если это так, то он уже успел выдать себя. Так что терять ему нечего. Спустившись по сходне, дройд очутился в просторном помещении репульсорной камеры.

В ней было темно, лишь тусклый свет звезд падал сверху. Кьюнайн включил инфракрасный детектор, и вся камера оказалась освещенной, как днем. Отойдя метров на тридцать от космоплана, он остановился. Включив верхнюю сферу, он совершил оборот на 360 градусов, изучая внутренность камеры. Эбрихим оказался прав: найти узников не составило никакого труда. Шесть тел, излучающих тепловые лучи, представляли собой бросающуюся в глаза цель. Двигаться к ним у дройда не было особого желания. Правда, он и сам неплохая мишень для любого, кто вооружен прибором инфракрасного видения. Покончив с осмотром, Кьюнайн отошел подальше от десантного корабля. Достаточно и того, что он направил в его сторону сенсорное устройство.

Кьюнайн в один миг очутился около полусферы, созданной силовым полем. Приблизясь на метр к ее периметру, он произнес:

— Я здесь. Что вам нужно от меня?

В инфракрасных лучах было трудно разглядеть выражение лица Эбрихима, но, надо полагать, оно было не самым любезным.

— Любое живое существо сразу бы сообразило, что от него требуется, — произнес дролл. — Мне нужно, чтобы ты вызволил нас!

— Ну разумеется, — отозвался Кьюнайн. — Кьюнайн повернул видеокамеру налево, затем направо. — Может, подскажете, как я смогу выполнить это задание?

— Надо обойти полусферу, — отвечал Эбрихим. — Пульт управления силовым полем рядом с детьми.

— И то верно, — отозвался Кьюнайн, у которого тотчас поднялось настроение. Быстро добравшись на своих репульсорах до противоположной стороны загона, он сразу же увидел пульт управления и детей, наблюдавших за дройдом.