Дневник ангела - Роман Шебалин

Сладким, как персик.

Мужчина мертв.

Он не видит её.

Он не любит её.

Он - отец.

Но знаки умерли в его руках.

Что он оставит тем, кто лягут линиями в его орнамент?

Что он отдаст им, живым и богатым?

Чем он проснется в них, когда природа уснет?

Но никогда он не выйдет из праха.

Скованный сутью своей, он мертв. Естество вырастает в нем, убивая его.

Послушай: работа убьет разум.

Когда заговорит его камень: свадьба.

Свет и свет. Тьма и тьма.

Свадьба.

Ты делился с ними тем, чем они не умели делиться с тобой. И ты отдал им все: жизнь, смерть, любовь. И теперь - ты один и у тебя ничего нет.

Теперь их трое.

Уходите прочь. Не хочу лгать!

Мы бабочки.

Но бог идет ввысь, к земле.

Где мы? Там ли, где начинается небо? Там ли, где корни деревьев сплетают свои тенета?

Где: то, что вверху подобно тому, что внизу?

Где точка отсчета? Где - имя ему?

Что заставляет его сказать себе: я могу быть?

Страх.

То, что движет нами, то, что - делает из нас ищущих.

Страх поднял чайку по имени Дж.Ливингстон в небеса.

Страх отнял её у прочих чаек.

Страх погнал Христа в Иерусалим, а Заратустру - в горы.

Страх породил рок-культуру.

Страх изваял Галатею.

Страх убил Гитлера.

Так не бойтесь же страха - будьте покорны.

Себе скажите: я - трус.

Трус.

И море отступит. И воин опустит клинок.

Буря гробит тяжелый корабль, буря не потопит щепку.

Будь щепкой, корабль!

Подымет ли воин клинок перед бессилием?

Ударит ли он женщину?

Убьет ли ангела?

Клинок пройдет сквозь бесплотное тело.

Не бойтесь страха.

Страх заслонит вас от бед. Но нет такого щита, который нельзя бы было расколоть - гневом божьим или человечьей силой.

Пусть же сила не почувствует щит.

Вот: ты - чайка. Ты поднялся в высь. Ты знаешь - как. Ты измерил дороги светом своих крыл. Вернись.

Сбрось крылья.

Потуши фонарь. Сломай посох.

Поднимись на мгновенье с ними; - что для них твое одиночное восхождение в неизъяснимые простоты? Тебе дали в небесах Ключ, закопай его в землю. Забудь о том, чему научился на Дороге. Стань тем, кем ты родился.

И тогда - восходи. Шаг за шагом. Без бога, без небес. К чему костыли здоровому? К чему крылья тому, у кого есть дом?

Безумцы рвутся в путь - проводи их печальным взглядом. Они ещё спорят со своим страхом, они ещё жаждут взлетов и падений, грехов и покаяний.

Но ты уже понял, что небо - на земле. В этих деревьях, в этих камнях, в тебе и в миллионах таких же, как ты. В каждом простом приветливом взгляде, в каждой с любовью сделанной вещи.

Ты понял: нет ни грехов, ни покаяний. Ты уже сделал себе больно и уже презираешь себя за это.

Они, надеясь на добро, желают совершить зло. Что ж, проводи их печальным взглядом. Не возвращай их. Пройдя через миры, они либо вернутся пустыми к своим домам, либо погибнут там, в неизвестных мирах.

Свари тогда суп из их чайки по имени Дж.Ливингстон и устрой праздничный обед для тех, кто вернулся.

Скажи им: нет неба выше человека, нет бога больше веры, нет дороги дольше дома.

Или лучше просто промолчи. Да, всегда и всюду: лучше всего промолчать.

Я закpываю глаза и тогда: вижу только себя.

Он стоит где-то там, за окном, на дpугом беpегу, отpажением в зеpкале, тенью на иной стоpоне; - он зовет меня.

Я улыбаюсь и делаю невидимый шаг.

Мир меняется.

Предметы теряют свои имена, очертания их смазываются, словно - летим.

- Смеpти нет, мой мальчик.

- Кто ты?

- Тот, кто тебя ведет, тот, кто тянет тебя за собой, тот кто, как собака, всегда забегает вперед, но возвращается потом и зовет...

- Ты зовешь меня?

- Тебе уже страшно? Это хорошо. Но меня не бойся. Я существую только в твоих мечтах. В далеких мечтах.

- Ты любовь?

- Меня любят, меня ненавидят. Ни те, ни другие - не могут объяснить себе, почему. Ты любишь меня?

- Я не знаю, кто ты. Я не могу любить того, кого не знаю.

- Тебе придется полюбить меня до того, как ты меня узнаешь.

- Ты бог?

- А что такое бог? Сумма человеческих представлений о непознанном? Человек может ответить на все интересующие его вопросы, но на один...

- Кто ты?

- Да, на этот. На этот вопрос отвечает уже не человек, а то, что остается после него.

- Так ты смерть?

- Ты разочарован?

- Я умер?

- Нет, ты изменился. Значит, узнал во мне нечто такое, чего не знал еще...

Изменяясь, они разрушаются. Переделывая, они убивают.

Бесконечное число раз они будут ломать себя, падать, но - не разобьются никогда. Они узнают:

- Так смерти нет?.. Но кто ты?

- Ты разочарован, мой мальчик?

Есть бесконечное разрушение. И, кто знает, может быть, я, неразрушенный, живой, - есть кто-то - мертвый, распавшийся на части, может быть, соединение во мне - в нем - взрыв, а, может, я лишь часть какого-то взрыва?

- Не думай, покорно продолжай движение.

Но я закрывал глаза и видел себя. Я был лишь песчинкой себя, и сам я вселенная - был лишь бликом на коже существа, греющегося у костра в ночном лесу.

Существо улыбалось, ему снилась смерть.

Его назвали: ангел.

Ложь.

Он покинул себя, он отказался от любви и творчества. Он стал безразличен к людям, к их проблемам, к их страхам. Но почему тогда его сердце всякий раз сжималось от боли - всякий раз, когда он чувствовал чужую любовь.

Его чуткость, его слух, его умение верить...

Когда он оставался один, он размышлял.

Он мог убить себя, почему он не сделал это?

Он все ещё ждал, чего?

...Жена моя, сын мой, вот мы и поднялись над землей.

Вы смертны. Как хорошо придумано.

Сковавшая нас камнем, жена моя, - разрушена. Молния разорвала её тело. Мы сейчас упадем, сын мой. Будь готов и не бойся. Не бойся страха.

Я пошутил.

Молчание бога с каждым днем все неотступней и строже, но от нас остались лишь имена: колокол, стены монастыря, сноп света и снег. Прикоснись к пустоте. Поклонись смертному. Знай: ты никогда не поймешь.

Не бойся, сын, скоро не будет тебя.

Она себя съела.

Я мог бы... Не слушай.

Я промолчу - я прав.

Слушай меня.

Мы мертвы, но мы поднимаемся выше. Наша смерть ничего не скажет тебе она спасет нас. Спасет для твоей настоящей, будущей любви.

А я расскажу тебе об островах, объятых огнем. Я покажу тебе на карте, на огромной странной пергаментной карте маршруты путешествий мертворожденного, я расскажу...

Я нашепчу в глупую безделушку, в камушек, нечто такое, что - никому, никогда; я подарю камушек тебе; я улыбнусь. Ты возьмешь его с моей ладони, наклонишься над ним...

Какой смешной!

Изида, мы будем смеяться над ним после?

Он тебе не скажет ничего.

Сколь многое это "ничего" знает! Сколь многому оно верит!

Так - я дарю все, что у меня есть. Мое безмолвие, мою веру, мою мечту.

А мы - будем веpить в мою мечту после нашей смеpти.

Я предам тебя.

Я зажгу и погашу в тебе звезду.

Я подарю тебе солнце, и солнце растает в твоих руках.

Ложное солнце.

Потому что солнце - не в небе. Солнце - внутри.

Огонь и Вода - в Воздухе, на Земле.

Но скажи им: встань! Тогда они встанут.

Они покинут свои добрые дома, чтобы поклониться тебе, сын мой. Они твоя армия. Ты поведешь их смерть в жизнь.

Путь твой - разрушение плоти. Иди в грязь людей. Иди в их добро, иди в их зло.

Иди, мой сын.

Вот бог, и пока он молчит нами, пока он чувствует каждую нашу любовь, каждую суть, пока наши уста прокляты поиском последнего слова, верь: есть шанс никогда не взлететь.

Не бойся страха.

Ангел. Он так похож на тебя, только ты ещё можешь им стать, а он только он. Он останется здесь навсегда.

Вести с минувших фронтов ещё ждут твоих невыплаканных детей; наша память умрет, любовь моя.

Под куполом цирка кружится солнечный лист.

Не бойся.

Их лица год от года - все строже и строже.

Смейся.

Смейся: не бойся.

Их лица год от года - все строже и строже.

Не бойся. Всегда молчи.

Пусть молчание наше с каждым днем - все сильнее строже.

Путь: Черное, Белое, Красное.

Это просто. Это знают все. Ты - эти все.

Здравствуй.

Черное.

Знание. Поиск во всем.

Живая плоть.

- Я принимаю все и всех. Я люблю, я знаю, я понимаю мир. Цвета, соединяясь, рождают черное. Я отдал жизнь.

Белое.

Незнание. Гибель найденного.

Механизм.

- Все, что принял, забыл. Что такое любовь? В чем заключалось многообразие мира? Механика проста и естественна. Нет ни желаний, ни возможностей. Знания теряют свой смысл. Что такое знание? Что такое незнание? Я отдал любовь.

Красное.

Отрицание. Найденное - было иль нет? Что было?

Движение. Поток.

- Ни да, ни нет. Разрываю себя, в себе разрываю чужое и свое. Знание ли, незнание ли: разницы нет - мы горим. Я отдал смерть.

Все превращается... в золото...

Последнее: смерть жизни - не всегда смерть, а смерть смерти - не всегда жизнь. Знания нет. Незнания нет. Отрицания знания и незнания - нет. Ничего нет.