Любовники поневоле - Элизабет Чедвик

Кэт поежилась, думая о том, что пришлось пережить Коннору.

– Дженни и Джимми были там, когда… когда Роза?..

– Дженни побежала за помощью. Ей посчастливилось не погибнуть во время снежной бури. Потом детей месяцами мучили кошмары, хотя не думаю, что Джимми помнит сейчас об этом. Вскоре я перевез детей в Брекенридж.

Они осмотрели рудник «Роза Лорел» и повернули обратно к «Гибсон-Хилл».

– Отсюда виден рудник «Джамбо», – сказал Коннор. – А вот эти вагонетки направляются на «Кольцо Ингрид». – Он указал на пустые вагончики, вползающие в ущелье. – Я начал его разработку в восемьдесят четвертом. Вскоре ко мне присоединился Шон. Мы назвали рудник «Кольцо Ингрид», так как ей очень хотелось получить обручальное кольцо, сделанное из этого золота. Это месторождение приносит нам огромную прибыль.

– Шон уже подарил ей кольцо? – с любопытством спросила Кэт, но Коннор оставил ее вопрос без ответа. Он придержал лошадь и спрыгнул на землю, пока его спутница разглядывала лагерь горняков – около двух десятков некрашенных строений с деревянными крышами. Возле одного из жилых домов Кэт заметила Хортенс.

– Как дела, Хортенс? – поприветствовал ее Коннор.

– Или мне заплатят, или я увольняюсь, мистер Маклод, – заявила Хортенс, подойдя к коляске.

– Разберемся, – пообещал Коннор, помогая Кэт сойти на землю.

До наступления сумерек они уволили управляющего «Кольцом Ингрид» Боба Дженкинса и назначили на его место одного из десятников.

– Не понимаю, что взбрело Бобби в голову? Нам почти удалось остановить волнения на руднике, наняв Хортенс. Вы слушаете меня, Кэт?

Они ужинали в престонском пансионе, который держал начальник почтового отделения Джон Шок. Кэт была занята тем, что разглядывала шляпку из грубой соломы с широкой зеленой лентой, которая завязывалась сзади бантом; она приобрела эту шляпу у миссис Хэти Шок по приезде в город.

– Это ведь тот самый рудник, из-за которого идет тяжба? – спросила Кэт, отводя взгляд от покупки. – Не кажется ли вам, что Флеминг мог заплатить Дженкинсу, чтобы тот организовал беспорядки?

Коннор внимательно взглянул на нее.

– Посмотрим, удастся ли мне выяснить, где Дженкинс подстроит нам пакость в следующий раз.

В пансионе было шумно, и Кэт долго не могла заснуть. К тому же она заметила у себя в постели несколько клопов, поэтому спала плохо и на следующее утро поднялась в полной готовности ехать дальше. Им предстояло путешествие на поезде до Диллона, где они должны были пересесть на ветку, идущую вверх по Десятимильному каньону.

– Это Рэд-Пик, – сказал Коннор, показывая Кэт живописную местность вблизи Диллона.

Кэт поймала себя на том, что мимолетное прикосновение Коннора к ее руке оказалось настолько волнующим, что она с трудом сосредоточилась на словах Коннора, а не на близости его лица и тела.

– В восемьдесят втором году здесь действовало двадцать четыре рудника. Ни один из них не принадлежал мне, хотя тошно вспоминать, сколько раз я вгрызался в эту гору: копал сам или нанимал кого-нибудь. Я видел множество пород разных цветов, но так и не нашел жилу.

– Разных цветов? – переспросила Кэт.

– Да. Если вы видите изменение в цвете почвы или камня, то, возможно, вы наткнулись на месторождение руды. – Пока они не сошли с поезда, чтобы пересесть на ветку, ведущую к руднику «Покойная жена», Коннор дал ей урок геологии, а Кэт едва не свернула себе шею: то высматривая отвесные скалы каньона, то переводя взгляд вниз, на бурный Десятимильный ручей.

«Покойная жена»? Кэт не верилось, что рудник может иметь такое название.

– В то время я был очень несчастен, – пояснил Коннор. По его голосу Кэт поняла, что он все еще тоскует о жене. – Вскоре после переезда в Брекенридж я познакомился с Одноглазым. Он-то и рассказал мне о залежах серебра в Десятимильном каньоне. Мы заключили сделку: Одноглазый должен был присматривать за детьми, пока я обследую Лосиную гору. А так как я никогда не оказался бы там, если бы не смерть Розы, то решил назвать рудник «Покойная жена». Надо сказать, вдовцом я оказался гораздо более удачливым старателем. После того, как вдоль Рио-Гранде проложили дорогу от Денвера до Лидвиля, рудник стал быстро развиваться. Я предложил вашему брату стать моим партнером, и вскоре он нашел здесь «Серебряную сигару» и «Сестру Кэти».

– Шон назвал рудник моим именем? Коннор улыбнулся.

– Думаю, что так, если только у вас обоих нет какой-нибудь сестры, которую зовут Кэти.

– Шон обычно называл меня так, когда я была маленькой.

– А «Серебряную сигару» он обнаружил случайно, когда тушил каблуком сигару в том месте, где порода выходила на поверхность.

Коннор рассмеялся, вспомнив об этом.

– Ему же нельзя курить! – воскликнула Кэт. – Ведь у него бронхит!

В Десятимильном каньоне внимание Кэт привлекли рудничные строения, словно прилепившиеся к высоким уступам; их крыши были сделаны с наклоном прямо от самой скалы, чтобы лавина, сходящая сверху, не задела постройку. Впервые Кэт увидела огромные дробилки, показавшиеся ей чудовищными; видела оставшиеся после дробления выбросы, бесплодные и неприглядные, словно незаконнорожденные отпрыски гор. Страсть человека к обогащению привела к появлению пейзажа, который никогда не узнает весеннего цветения и зарождения новой жизни.

Задавшись целью увидеть весь процесс добычи руды, Кэт спускалась на подъемнике вниз по вертикальной шахте, которая вела вглубь горы. Нацепив каску и зажав в руке свечу в грубом подсвечнике, она пробиралась по туннелям и пещерам, поеживаясь при мысли, что свод поддерживают лишь хрупкие деревянные крепления, которые могут в любой момент рухнуть. Кэт вовсе не радовала перспектива оказаться погребенной под тоннами скальной породы.

«И почему Шону так нравилась эта жизнь? – недоумевала Кэт. – Почему он по своей воле пошел работать в шахту, хотя мог остаться на поверхности, не подвергаясь опасности и сохранив здоровье?» Здесь внизу люди кашляли так же, как и ее брат. Кэт почувствовала, что не может вдохнуть полной грудью, так как в воздухе было слишком много пыли.

Они провели инспектирование спальных помещений, тесно заставленных койками, загроможденных пожитками горняков и пропитанных запахом пота и сигар. Кэт и Коннор приняли приглашение пообедать вместе с рабочими на руднике «Серебряная сигара» на Овечьей горе. Это была чудовищная трапеза, состоявшая из тушеного мяса с клецками, содовых бисквитов, пирога и пудинга. Когда Кэт поразилась огромному количеству пищи, Коннор ответил, что мужчины работают по десять часов в день.

– Если вы думаете, что сейчас подали слишком много еды, вам нужно посмотреть, каким бывает завтрак.