Основная команда - Джек Марс

Он взглянул на старые напольные часы, которые все еще тикали, их позолоченный маятник качался взад-вперед. Руки указывали на 3:15. Это не может быть время, не так ли? Он покачал головой. Нет. Это никогда не было правильным.

— Доброе утро, Стоун.

Напротив него в кресле с цветочным принтом сидел мужчина. Он был одет как деловой кэжуал: брюки цвета хаки, синяя классическая рубашка с розовым воротником и коричневые кожаные туфли. Его тонкие ноги были скрещены почти женственно. Его пальцы были длинными и тонкими, как будто он когда-то играл на пианино. Это был пожилой мужчина с кожей, похожей на мятый пергамент, грубой копной седых волос и проницательными голубыми глазами.

Эти глаза смотрели на Люка Стоуна.

Люк сразу узнал этого человека. Он знал этого человека. Он казался старым, и, конечно же, у него накопились годы. Но он также играл в старость. Люк знал, что он склонен двигаться медленно — ему нравилось производить впечатление немощного, уязвимого старейшины, который ни для кого не представлял угрозы. Иногда он даже слегка прихрамывал.

— Кент Филби, — сказал Люк. «Чему я обязан этим… удовольствием? Это то, как кто-то назовет это?»

Люк посмотрел направо, а затем налево. Возле широкого дверного проема на кухню стоял мужчина. Он не был особенно большим. Он был не особо ничего. Он был одет в светло-голубую ветровку и черные джинсы. Его темные волосы были зачесаны назад с лица. Его глаза были темными, жесткими и глубоко посаженными. Его лицо было узким, как морда хорька. Его кожа казалась покрытой пятнами, белой и красной, как кожа алкоголика.

В правой руке он держал черный матовый «глок» калибра девять миллиметров. К стволу орудия крепился длинный глушитель. Он лениво направил пистолет на Люка, почти неформально. Это было не так уж серьезно. Я убью тебя, а может, и не убью.

Через гостиную от него, возле занавешенного окна в передней части дома, стоял еще один мужчина. Он был таким же человеком, ни большим, ни маленьким. Худой, но, вероятно, хорошо кондиционированный. Его лицо было шире, а короткие волосы были каштановыми с прядями седых и белых. Возможно, он был немного старше другого.

На нем была униформа, похожая на форму его друга — серая ветровка с синими джинсами. Он также держал пистолет, что-то немного более экзотическое. На первый взгляд Люк не совсем понял, что это было. На носу также был установлен глушитель. Это также было направлено на Луку.

Лица обоих мужчин были пусты. Все они были деловыми.

— Я вижу, ты наконец осознаешь свои обстоятельства, — сказал старик. «Мне интересно, что кого-то вроде Люка Стоуна можно так легко поймать со спущенными штанами. Крепко спит на диване сразу после возвращения с сверхсекретной миссии. Кухонная дверь даже не была заперта. Тем временем мир вокруг него рушится, и хотя я не скажу, что он был причиной этого, он определенно был одним из провоцирующих факторов».

Люк потер голову. Он проигнорировал короткую речь мужчины.

— Чем могу помочь, джентльмены?

— Просто для ясности, — сказал старик, — я буду говорить, а ты будешь слушать. Вам не понравится то, что вы услышите, что может вызвать у вас желание заткнуть меня. Вы будете сопротивляться этому желанию. Эти мужчины - убийцы. Безжалостно так. Они поставили вас в неловкое положение. Если вы попытаетесь что-то сделать, они смогут триангулировать свои…”

— Я знаю, что такое триангуляция огня, Кент. Скажи мне что-нибудь, что я не заметил в первую очередь».

Мужчина глубоко вздохнул, а затем улыбнулся. Это была улыбка, которая не коснулась его глаз. Это были очень умные глаза. Глаза, которые знали секреты. Глаза без жалости.

— Кент, — сказал он. — Это имя из далекого прошлого. Мне больше некомфортно. Так давайте попробуем другое имя, хорошо?»

— Хорошо, — сказал Люк. "Что я должен позвонить вам?"

— Уэсли хорош, — сказал мужчина. — Уэс для краткости.

Это было смешно. Уэс, Стив, Джим, этот человек всегда назывался каким-то невзрачным именем. Когда Люк был молод, его звали Генри или Хэнк. Он был человеком без имени, человеком без страны. Что вы могли бы сказать о ком-то, кто был шпионом времен холодной войны, который продал секреты своей страны Советам, а затем развернулся и продал секреты Советов британцам и израильтянам? И это было то немногое, о чем Люк знал. Вероятно, было намного больше.

Можно сказать, что парню повезло остаться в живых. Другое дело, что было удивительно, что он мог выбрать жизнь в Соединенных Штатах сейчас, прямо под самым носом у людей, которые были бы счастливы убить его или посадить навсегда. Но, возможно, предательство имело срок годности. По прошествии определенного количества времени, возможно, это уже никого не волновало. Может быть, все люди, которые когда-то заботились, были на пенсии. Или мертв.

— Довольно небольшое путешествие вы совершили, — сказал Уэсли.

Люк пожал плечами. "Что ты знаешь об этом?"

У старика вырвался долгий вздох. Это звучало так, будто воздух медленно выходил из шины, пока не осталось ничего. Он указал на седовласого бандита у окна.

— Мы все знаем, — сказал мужчина. Он впервые заговорил, и Люк сразу заметил его русский акцент. Почему-то его даже не удивило, что Кент Филби появился здесь с русским агентом. Это было неожиданно, как твоя добрая тетя появилась у твоей двери с домашним кексом. Но это не было удивительно.

Люк посмотрел на Кента, или на Уэсли, или на кого-то еще. — Все еще работаешь на русских, да?

Уэсли пожал плечами.

— Думаешь, мы тебя не видим? — сказал русский. «Зверство совершается на российской земле американцами с помощью так любимых американцами террористов-исламистов. Затем самолет вылетает из Грузии, летит через Европу и приземляется недалеко от Вашингтона, округ Колумбия. Мы слепы? Вы так думаете?

Пока русский говорил, старик Уэсли уставился на Люка. В глазах мужчины горел дикий огонек. Люку он казался зазывалой на карнавале или аферистом из передвижного медицинского шоу. Он снова улыбнулся, но на этот раз он казался довольным.

— Ты был очень плохим мальчиком, Люк. Но мне нравится наблюдать за развитием твоей карьеры. Как ты хорошо знаешь, я с раннего возраста считал тебя главным талантом.

На мгновение Люк забеспокоился об этих людях и их присутствии здесь. Это беспокойство начало исчезать. Он подумывал отказаться от какой-либо роли в спасательной операции, но зачем беспокоиться? Эти люди уже знали, что он сделал. Они последовали за ним домой.

«Ну, если бы ты собирался убить меня в отместку, я сомневаюсь, что ты приложил бы все усилия, чтобы разбудить меня».

Уэсли слегка прищурился. — Ты понятия не имеешь, что происходит, не так ли?

Люк