Warhammer 40 000: Одни из многих - Алексей Демченко

на двух падающих в пропасть людей, которых только что поразила молния. Псайкер задумался. Лишь на долю секунды.

Именно в тот момент, когда двое почти скрылись во тьме чрева земли, Драак слегка поднял руку. Один из падающих завис в воздухе, будто врезался животом в некую ветку и повис, свесив руки и ноги. Второй продолжил падать и быстро исчез из поля зрения. За раскатами грома его крик уже не был слышен.

Неведомой силой варпа Драак поднял бессознательное тело вверх и аккуратно уложил под дерево перед собой.

— Ты либо очень смелый, Зак, — сказал он про себя, — либо сумасшедший.

* * *

Некоторое время в комнате стояла тишина, нарушаемая лишь вышеупомянутыми звуками.

— Почему я? — спросил Зак, смотря в потолок.

— Я так решил, — ответил Драак, вставая и подходя к окну.

— И это всё? То есть вы… тот кто устроил всю эту варп-ловушку и превратил гвардейцев в своих рабов, тот, кто хотел убить нас, а теперь решил спасти?

— В твоём случае я не хотел. Так захотел мой подчинённый. Самостоятельно.

На лице Зака отразилось некоторое количество непонимания и злости.

— У него весьма своенравный характер. Был.

— Это вы его научили. Он говорил про вас. Чтение мыслей. Так ведь?

Драак развернулся к койке.

— Ваше лицо мне кажется… чрезвычайно знакомым. И кажется я начинаю вспоминать. Там на Адарте.

Собеседник слегка улыбнулся:

— Я совершил ошибку, Зак. И бежал от имперских властей, думая, что смогу спокойно доживать свою старость. Но мир — это штука полная сюрпризов. Когда гвардия сюда прилетела, я… если честно, я не на шутку испугался. Даже после того как превратил некоторых из них в безмозглых сервиторов и думал, что угроза миновала.

— Но тут, — продолжил Драак, расхаживая по комнате, — когда ещё через десять лет пришли вы, всё окончательно изменилось. Сейчас мне поклоняются на двух планетах… как Богу… Я такого не планировал! — немного громко воскликнул Драак, — но это поклонение, оно насытило меня силой и подарило возможность видеть гораздо дальше сегодняшнего дня. Эта возможность в полной мере себя проявила, когда вы прибыли. Я понял, что судьба неизбежна.

Псайкер снова сел на стул и наклонился ближе к Заку, на лице которого отражались самые разные мысли.

— Я видел тебя лишь один раз, Зак, и плохо знал, кто ты, но после всего увиденного глазами и разумом, я понял, что должен выбрать именно тебя, именно поэтому ты и выжил.

— О чём… ты? — панически спросил Зак, переходя на ты, — хочешь сказать, ты можешь видеть будущее?

— Не видеть, лишь получать краткие видения. Или озарения. Но я точно знаю, что совершил бы величайшую ошибку, позволив тебе умереть.

— Правда? — скептически ухмыльнулся Зак, — я всегда был трусливым и незначительным человеком. Именно поэтому я и решился на такой суицидальный поступок. Мне надоело это терпеть. Так с чего я должен поверить по сути моему врагу, что меня ждёт какое-то невероятное будущее?

— Ты не должен, — ответил Драак, — когда придёт время, ты сам всё увидишь.

Зак молчал, но вскоре произнёс:

— И что же меня всё-таки ждёт? Что за видения?

Драак посмеялся:

— Сюрпризы Зак, сюрпризы. Если я скажу тебе, будет уже не так интересно. Просто будь сильным. Как и в этот раз. Эти отметины на твоём теле будут служить напоминанием начала этого пути.

Зак поднял одеяло и замер. Чёрные, словно уголь, линии по всему торсу, от живота до шеи, напоминали извивающуюся в небе молнию.

— Обычные шрамы от удара молнии, ожоги, — проговорил Драак и встал со стула, — отдыхай, через некоторое время мы возьмём последний корабль и отправимся на Маринер I.

— Куда? На первую планету? Зачем?

— Спокойно. Я планировал, чтобы Гектор был рядом со мной, но что-то пошло не так, — рассмеялся Драак, — твои друзья оказались крепкими орешками. Поэтому я принял новое решение. Новый план. Мне пора закончить свою спокойную жизнь и наконец дать волю истории.

Драак поднялся, поправив мантию.

Зак задумался, но затем резко всполошился:

— А остальные? Маркус, Такар, где они? Живы? Они были со мной!

— Они здесь, не забивай голову, просто будь готов, — проговорил Драак через плечо, и удалился из комнаты.

* * *

На пространстве огромного ледяного плато мела метель.

Не считая многочисленных мелких неровностей, имевших место в ледяной коре, над плато возвышался единственный массивный объект. Он напоминал огромный монолит, покрытый ржавчиной. На его стенах светились неизвестные символы, отбрасывающие дополнительный свет от излучения двух звёзд, едва согревавших холодную планету даже в полдень, настолько тяжело им было донести своё свечение до поверхности окутанной метелью и тёмным смогом, напоминающим дым от пожара.

Недалеко от монолита послышался металлический скрежет, прорвавшийся даже через все звуки буйства стихии. Два человека столкнулись в воздухе своими орудиями и отбросили друг друга в стороны. Приземление каждого из них, начертило на снегу большую полосу следов.

Один из напавших был одет в лёгкую броню синего цвета с многочисленными позолоченным орнаментами, главный из которых красовался на плече и представлял из себя знак бога Хаоса Тзинча. На голове бойца был надет знаменитый рогатый шлем. За спиной развевался изодранный плащ, а в руках солдат Хаоса держал посох, излучающий фиолетовое свечение варпа, который в то же время и служил орудием ближнего боя.

Его противник в свою очередь напоминал больше машину, чем человека. Красная мантия была снята и висела завязанной на торсе. Он был покрыт многочисленными железными пластинами, самая заметная из которых закрывала часть лица, в том числе имитируя зубы.

Из блока на спине торчали механические конечности, на конце которых был то инструмент, способный закрутить нестабильную гайку, то лезвие, способное разрезать плоть или даже металл, как плавленный сыр. Посох с полукруглым резаком и большой эмблемой Механикус слегка подрагивал в такт тяжёлому дыханию.

— Ты поздно пришёл, — донёсся голос еретика из-под маски, — время вышло, — он сжал свободную руку в кулак и псайкерская аура, окружавшая его, стала сильнее и ярче, — твоя роль здесь окончена…

Техно-жрец ничего не ответил.

Сорвавшись с места вновь, они столкнулись в бою.

Глава 12

Гектор уверенно направлялся к кораблю, поднимая руку.

Мы с Берком застыли в тревожном ожидании и наблюдали за его действиями. Даже моя головная боль, сдавливающая череп минутой ранее, отошла на второй план и уступила место мысленному восторгу вперемешку с ожиданием чуда, ведь после жесточайшей бойни спасти нас могло только оно.

Корабль замедлился. Технические звуки, доносящиеся из его чрева, с большой вероятностью свидетельствовали об активации оружия или готовности приземлиться. Как бы то