Где ты, Маленький Птиль - Сергей Вольф

-- Ну, я чувствую, вы там на Земле даете! -- и тут же ведущий объявил номер. А нам с Литией здорово хлопали.

Потом запела какая-то милая светловолосая девушка, плюс две дудочки и легкий барабан. Песня была грустной до жути, о несчастной любви, я "отключил" свою присоску, чтобы слышать чистое политорское пение, по-моему, оно было красивым, или я начал уже вникать, проникать... Она спела еще пару песен, потом снова были танцы, потом пара политоров (мне сказали, что они классные "планировщики") показали номер с подкидными досками -- это была фантастика! Номера и танцы сменяли друг друга, и внезапно я увидел, как группа музыкантов на кружочке главного круга "уехала" вниз, а когда кружочек вновь поднялся, на нем стоял ведущий и... двое моро: Олуни и Кальтут! Они низко поклонились и ведущий сказал:

-- Один из наших опоздавших к началу друзей встретил моро, они прилетели за покупками. Он уговорил их зайти к нам и познакомиться с землянами. -- Пошептавшись с моро, он объявил, что сейчас они покажут один из танцев моро. Вышли музыканты, Олуни немного поиграл на дудочке, Кальтут -- на барабане, так сказать, "обозначили" музыку, музыканты потом легко ее продолжили, а Олуни и Кальтут станцевали красивый резкий какой-то танец, с падениями и выпадами, с плавными переходами и гортанными криками.

Им долго аплодировали, йотом усадили за столик.

-- Уль Владимир, а у вас одна жена? -- спросила какая-то из девушек. Странно, я никогда не видел таких сине-черных глаз.

-- Конечно, -- сказал папа удивленно. -- Но и у вас так же. -- Не совсем.

-- Что вы имеете в виду?!

-- Высокородные политоры, если они занимают первый, второй и третий пост в правительстве, имеют право иметь несколько жен.

-- Вот это да! -- сказал папа. -- Не ожидал.

А я тут же вспомнил улыбки в квистории на самой первой встрече, когда папа спросил у уля Горгонерра, любит ли он свою жену.

-- Особая традиция, идущая из глубины нашей истории.

"Тьфу, -- сказал я себе, -- заслушался". И показал папе руками, чтобы он дал мне сигнализатор. Он передал, я включил шкалу биополя (зажмурившись при этом), открыл глаза -- стрелка была на ноле, на биополе политоров реакции не было. Улыбаясь, я показал шкалу папе, и он радостно тоже закивал.

-- Стало быть, у уля Горгонерра -- несколько жен?!

-- Да, пять! -- весело закричали папе девушки.

-- И... и как они, у них разные функции в обычной жизни? А главная -есть?

-- Нет, официально главной среди них -- это было когда-то -- нет, разве что он сам кого-либо выделяет. Вроде бы одна -- хозяйка очага, кухни, вторая -- лучше других компетентна в вопросах науки для бесед с квисто

ром, третья -- "по поэзии", четвертая -- музыкантша, пятая... не знаем. Но все очень красивые.

-- И сколько же у квистора детей? -- спросил я.

-- Восемь, кажется.

-- Ого! -- сказал папа. -- Вероятно, среди них первые претенденты на пост главы Политории?

-- Разумеется. Правда, важен возраст. Сложная система. В этот момент Трэг извинился и вышел из зала, а ведущий тут же объявил:

-- Если волнующая тема многоженства завершена, я хотел преподнести всем, и особенно нашим гостям, сюрприз: мы решили показать вам выступления классных политорских кулачных бойцов.

Тикки подскочила и захлопала в ладоши первая, а потом и все. Малый круг опустился, затем поднялся. На нем стояли обнаженные по пояс, босиком и в перчатках Трэг, какой-то еще юноша и... а,Грип и а,Урк. Мы с папой быстро переглянулись, когда ведущий торжественно объявил имена бойцов.

-- Площадка большая, пары будут работать одновременно.

Трэг вышел против а,Грипа, незнакомый политор -- против а,Урка. Бой начался, он был, конечно, показательный, но жесткий. Пары "работали" стремительно, так что уследить за всем было трудно. Минуты через три а,Урк нанес сильный удар Трэгу, и тот упал, и, отойдя в сторону, оба они сели на край сцены. Вскоре незнакомый нанес два удара в голову а,Грипу, тот закачался, и его противник отошел от него. Некто и а,Урк поднялись на сцену, и ведущий поднял руки победителей.

-- Небольшой отдых, и бойцы поменяются противниками, -- сказал он.

Опустился занавес-цилиндр, потом поднялся, бойцы исчезли, остался лишь ведущий; тут я увидел, что моро Олуни поднял вверх очень прямую руку, и ведущий подошел к нему. Они коротко поговорили, потом ведущий объявил:

-- Наши гости, моро, готовы показать свое искусство боя с нашими кулачными бойцами. Правда, у них свой стиль борьбы, и они просили узнать у выступавших, не против ли они того, что каждый моро и его противник будут пользоваться только своими приемами. Сейчас выясним.

Я посмотрел на папу -- у него было очень серьезное лицо. Тикки подпрыгивала от нетерпения.

-- А вы сама -- спортсменка? -- спросил я.

-- Да. Вы ведь знаете Пилли? Я тоже "планирую".

-- Я и Финию знаю, -- сказал я.

-- О! Так вот они -- первые номера Политории, а я -- ну четвертая, пятая.

-- Это высокий класс! -- сказал я. -- Очень.

-- Ну, более или менее. Они классом выше.

Ведущий поднялся вместе с бойцами, они дали согласие, и первыми в круг вышли Трэг с Кальтутом и незнакомый боец с Олуни. Моро быстро разделись.

Бой был очень интересным и красивым, моро навязали небыстрый темп, и можно было наблюдать за обеими парами сразу, смотреть -- как балет. Некоторое сходство с балетом было и в том, что к восторгу публики и -- как я заметил -- к явному неудовольствию а,Грипа и а,Урка моро выиграли каждый свой бой в одно и то же мгновение: р-раз -- и Трэг, и второй политор были прижаты к полу, а,Грип и а,Урк вскочили; я чувствовал, они рвались в бой, и наверняка очертя голову, так как, видно, сообразили, что моро -- это оч-чень крепкий орешек. Трэг и второй проигравший "уехали" вниз. На площадку поднялись а,Грип и а,Урк. Опытный а,Урк, видно, сообразил, что Кальтут чуть сильнее Олуни, и выбрал его. Я был очень напряжен, хотя и знал, что моро бой выиграют. Но что меня поразило, что когда их бои с интервалом в десять секунд закончились, то закончились по уже знакомой мне схеме (моро делали то, что хотели). Олуни оказался на а,Грипе и пробил ему распрямленной ладонью по шее, чуть позже я увидел, как падал сверху на спину а,Урк и Кальтут присел и подставил ему под спину (чего никто не видел) не ладонь, а жестко сжатый кулак. Публика была в восторге, бой был очень энергичным, но только я и, может быть, папа видели, что и а,Грипп, и а,Урк вели бой очень заведенные, вполне серьезно и на грани травмы, видимо, их взвинтил проигрыш их товарищей, ощущение мастерства моро и, я думаю, особые свойства их мерзких характеров. Под аплодисменты опустился занавес, через какое-то время поднялся вновь, ведущий сказал, что и те, и другие бойцы благодарят публику за внимание и прощаются с ними.