Чайки за кормой (сборник) - Сергей Шапурко

Пройдя по двору, устланному дорогими каменными плитами, они вошли внутрь громадного здания.

– Прошу сюда. Теперь направо. Следуйте за мной.

Коренастый, словно угорь, вертко несся по лабиринту коридора. Адвокат, как котенок за бумажкой на веревочке, вприпрыжку гнался за ним.

Через пару минут они неожиданно вышли в большой зал. В центре его стояла огромная кровать. Ее размеры были настолько велики, что в ней наверняка смогла бы разместиться рота бундесвера еще и с полевой кухней и парой минометов.

Фон Шухер на кровати не сразу, но заметил старого полного человека с неестественно белым лицом. Человек, увидев подведенного к нему адвоката, и поняв, что это именно адвокат, слабым голосом промолвил:

– Поедешь в Россию.

– Я хотел бы… А, впрочем, чего уж там – в Россию, так в Россию. А можно уточнить…

– Там есть город Волноград, – слова давались больному так тяжело, что казалось, будто он их ковал, – найдешь там родственников Петра Ивановича Безобразникова.

Лежащий на кровати, видимо посчитав, что и так проделал большую работу, произнеся столь длинную фразу, облизал губы и умолк. Он неспешно прикрыл глаза, скорей всего, собираясь заснуть.

– Что с ним? – тихо спросил адвокат у дворецкого.

– Отходит, – шепотом ответил тот.

– Куда?

Дворецкий указал глазами на потолок.

Но тут Гросбукер открыл глаза и неожиданно резко приподнялся и сел в кровати.

– Найдешь его родственников и отдашь им чек на 10 миллионов евро. Все бумаги возьмешь у него, – больной указал на дворецкого.

Ослабев, миллионер упал на кровать и прикрыл глаза.

– Всё, оставьте меня, – еле слышно промолвил он.

Оба мужчины на цыпочках покинули зал.

– Шнапс? – спросил коренастый, когда они вышли.

– Пожалуй, – ответил, слегка удивившись, адвокат.

– Следуйте за мной.

После третьей рюмки фон Шухер наконец-то спросил:

– Может быть поясните, любезный Ганс? Россия, деньги, какой-то Безозаразников…

– Не в моих правилах выдавать тайны моего господина.

– Наливай!

– Ну и?

– Не в моих тайнах… господина… выдавать… мои правила…

– Еще есть?

– Навалом!

– Наливай!

– Прозит!

– И все-таки?

– Ни детей у моего господина, ни жены, никаких других родственников.

– Бывает. Но почему какому-то русскому?

Дворецкий сильно напрягся, чтобы произнести очень длинную для его состояния речь.

– Во время последней войны мой господин воевал на Восточном фронте. Но это тайна! Тс-с-с! В бою под Волноградом во время рукопашной схватки русский солдат Петр Безобразников заехал моему господину прикладом по голове. После этого удара он потерял сознание и попал в плен. Тс-с-с! Это – секрет! Попал в плен… Но! Но главное уже случилось: от удара прикладом что-то у него там в мозгу переклинило и у него появились феноменальные коммерческие способности. Тс-с-с! А до этого он был обыкновенным пивоваром. Вернувшись после войны домой, он организовал банк. А потом пошло-поехало!

– Так и что?

– «Что, что»! Помирает теперь, решил вот Петру тому «долг» отдать. С его же удара все и началось. Давай еще по одной! Видно, скоро уже без работы останусь. Если уж не попрет, то уж точно попрут.

Горестно вздохнув, слуга добавил:

– Да, и тебе не легче. Ехать в ту непонятную страну – это тебе не в Баварию на пивной фестиваль смотаться.

– Чего ее бояться?!

– У них там полный бардак. В президенты разве что дворецкие не идут.

– А чего не идут?

– Не знаю. Стесняются, наверное…

Дворецкий представил себе, как бы он руководил, если бы довелось, огромной страной, в которой никогда не был. Представлялось плохо, и он спросил адвоката:

– А как ты там разговаривать будешь?

Фон Шухер, на лице которого в творческом беспорядке расположились красные пятна, ответил:

– Я их язык немного знаю. В школе изучал.

«Из восточных, значит», – подумал слуга.

– Я слышал, что в русском языке слов больше, чем атомов во Вселенной.

– Ну, это если со всеми матерными и их производными.

– Трудно тебе придется.

– Не труднее, чем твоему хозяину.

– Это уж точно. Денек-два – и капут.

– Да-а-а… Хорошим, хоть человеком был?

– Хорошим?! Да ему прямая дорога в ад!

– Тогда ему повезло.

– Это еще почему?!

– В раю то кто? Монахи всякие, праведники там… Нищие, убогие… А в аду? Те, кто пил, гулял, девкам под юбки чаще необходимого заглядывал. Короли, дворяне, банкиры, артисты, фотомодели и прочая нескучная публика. Элита, короче.

– Это верно. Но все рав…

Дворецкий замолчал на полуслове, лицо его окаменело. Адвокат в его зрачках увидел отражение Гросбукера, одетого в костюм и белую сорочку. Галстук так же был в необходимом месте. Глаза его были пасмурные, как у идущего в атаку вестгота.

– Меня поминаете? Рано еще, – резко сказал хозяин дворца, – Ганс, машину! А вы, уважаемый, пока оставайтесь в Германии. Поездку в Россию отложим на вре…

При этих словах Гросбукер схватился обеими руками за горло и резко и громко, как чемодан с верхней полки купе, упал на пол.

– От судьбы не уйдешь, – тихо сказал дворецкий и достал из бара еще одну бутылку.

На следующее утро, с трудом разлепив веки, фон Шухер увидел на прикроватной тумбочке своей спальни какие-то документы. Все вспомнив, он сглотнул слюну и сказал лишь одно слово:

– Россия…

Глава 3

Высокий мужчина с умным и спокойным профессорским лицом вышел из-за угла кирпичного здания. Уверенным взглядом он окинул простор, стремясь оценить обстановку. Затем он размеренным шагом пересек привокзальную площадь и подошел к «сердцу» небольшого южного города. Южный город назывался Волноградом. Он был теплый, уютный и доброжелательный.

«Сердцем» города являлся Центральный рынок. Возле него, среди нескольких дюжин магазинчиков, мужчина отметил один, носящий гордое название «Одежда. Все из Милана». Осмотрев витрину, он принял решение войти внутрь. И, надо заметить, для этого шага у него были веские причины – одет гражданин был, несмотря на анатомически презентабельный вид, мягко говоря, без особого шика. Вблизи городского торжища он, конечно, не отличался от идущих за покупками граждан ни в худшую, ни в лучшую стороны. Но поскольку порог магазина одежды он все-таки переступил, можно было смело предположить, что такое положение вещей его явно не устраивало.

– И что, действительно из Милана? – слегка прищурившись, спросил мужчина.

Продавец вместо ответа мило улыбнулся и жестом пригласил посетителя осмотреть товар.

Вошедший оказался придирчивым покупателем. Только через полчаса все его эстетические запросы, которые были высказаны уверенным в своей правоте голосом, были сполна удовлетворены. Серый легкий пиджак, хотя и не был произведен в столице итальянской моды, а был сшит всего в пятидесяти метрах западнее магазина, в подвале оптового склада, но выглядел вполне элегантно. Рубашка, галстук и ботинки так же не имели к Милану никакого отношения, но были на несколько порядков выше того одеяния, в котором посетитель вошел в магазин. Теперь его вполне можно было принять за директора городской библиотеки, едущего на семинар в Москву.

– Кредитки принимаете? – спросил мужчина, удовлетворенно рассматривая себя в зеркале.

Продавец слегка замялся. Ответить утвердительно – означало грубо пойти против истины. Отрицательный же ответ мог сильно навредить, только-только начавшему складываться имиджу торговой точки. Работник прилавка попытался занять нейтральную позицию:

– Вы знаете, в данный момент… Мы обычно всегда, так сказать, «за», но теперешние времена… Как бы это точнее сформулировать…

– Я вас понимаю. Но наличные у супруги. А супруга в автомобиле.

Возникла небольшая заминка. Покупатель выбрал самую дорогую одежду в магазине, что, собственно говоря, сулило торговой точке хорошие барыши. Это – с одной стороны. С другой же – откуда взяться этим барышам, если деньги в кассу пока еще не поступили.

Торговец скептически посмотрел на покупателя. Судя по тому наряду, в котором мужчина пересек порог магазина, была очень маленькая вероятность того, что у него есть не только кредитка, машина, наличные деньги, но и даже жена. Но жажда наживы победила скепсис.

– Не будем усложнять. Пойдемте со мной, тут недалеко, – легко предложил посетитель.

Продавец перепоручил торговые дела своему коллеге и двинулся вслед за покупателем.

Волноградский рынок, который предстояло пересечь этой паре, бурлил – был субботний полдень. Чернобровые кавказцы, смешно коверкая русские слова, наперебой предлагали свой богатый витаминами товар. Домашние хозяйки недоверчиво крутили в руках цитрусовые и, услышав цену, горестно качали головами. Торговцы наседали.

– Слядкий, как миёд! Бэры!

– Дорого.

– Э-э-э-э! Какой «дорого»?! Даром даю! Мало дэнег надо.

Торг продолжался с переменным успехом, но окончательная победа оказалась за продавцом – апельсины «ушли» по завышенной цене.