Кладбище прибыли - Вернер К. Л.

Смертовольт двинулся дальше по коридору, чародей и стража последовали за ним.

— Ты говорил, что сделаешь из него самый мощный корабль в небе, — напомнил Йоширо, — который сумеет разбить все технологические достижения Харадрона. Безусловно...

Смертовольт вновь резко остановился и повернулся к Йоширо, буравя человека красными глазами.

— О чем тебе рассказал-пропищал Грызоклык? Что узнал-надумал колдун-человек?

Йоширо покосился на стражу и задался вопросом, а не перегнул ли он палку. Скавены не сжали вокруг него кольцо, они, наоборот, расступились. Похоже, Смертовольт собирался покарать чародея, и им не хотелось попасть под удар.

— Мне известно, что ты пытаешься добраться до сердца Кладбища прибыли, — ответил Йоширо. — Мне известно, зачем вы прилетели сюда: отыскать то, благодаря чему остров держится в небе...

— Уже знаю, что держит остров в небе, — похвастался Смертовольт. — Свет-дерево. Свет-дерево держит лозы-джунгли в небе.

Вождь-инженер снова продолжил путь и велел Йоширо следовать за ним. Далеко впереди, в конце коридора, забрезжил свет. Становилось жарко, на чародея дохнуло запахом гари. Вскоре они вошли в просторное помещение. После стесненных проходов оно казалось особенно грандиозным. Высоко над головами нависали опорные балки и мостики, а в дюжине футов над обмотками и каркасами располагался изогнутый потолок. В отсек вело множество коридоров, находившихся на разных уровнях, и в темных пастях этих коридоров появлялись и исчезали нескончаемые полчища скавенов.

Пол был густо заставлен ящиками из скрепленных между собой гипсом костей. В передней части каждого такого ящика находился решетчатый просвет, сквозь который виднелись крупные темно-зеленые камни. Группы тощих скавенов брали эти камни охапками и тащили к дальней стене, где располагалась гигантская стальная печь. У печи стояли два скавена, крупнее которых Йоширо никогда прежде встречать не доводилось.

Прямо к их плоти крепились цепи, другими концами соединявшиеся с печью. Одна лапа ниже локтя у гигантских крысолюдов отсутствовала, а на ее место была приделана широкая лопата. Мелкие и тощие скавены подносили камни и бросали их на пол, а лопаторукие крысолюды подгребали их и отправляли в печь.

— Топливо, — пояснил Смертовольт, указывая лапой на ящики. — Искажающий камень, кормит корабль Смертовольта. Предатели-мясо построили слишком большой-тяжелый, — обнажил он клыки, — корабль требует чересчур много искажающего камня. Очень проворно-быстро съедает топливо.

Йоширо кивнул. Он не принимал за чистую монету байки про «предателей-мясо». Смертовольт всегда все делал по-крупному: крупные обещания, крупные машины. Его воздушный корабль расходовал слишком много горючего, а потому не мог улететь на достаточное расстояние от гнезда скавенов.

— Так, значит, вы прилетели за свет-деревом?

Смертовольт указал лапой на ящики. Многие были пусты.

— Крыланы-крысы принесут-добудут свет-дерево, — радостно раскрывал он планы, — свет-дерево горит лучше-дольше. Лучше-хорошо для корабля.

Вдруг его радость испарилась, словно ее и не было, и его голос вновь зазвучал угрюмо и сурово.

— Смертовольт пытался заполучить свет-дерево. Дураки-недоумки подвели корабль слишком близко. Лозы-джунгли схватили нас. Утащили корабль в ловушку.

— С тех пор прошло несколько месяцев, — дополнил Йоширо. — И все это время вы ищете свет-дерево. Но пока безрезультатно.

— Свет-дерево не стоит на месте, — поморщился Смертовольт. — Отправил много патрулей найти-добыть свет-дерево.

— Сердце острова не движется, — не согласился чародей и быстро продолжил мысль, не дожидаясь, пока вождь-инженер сотворит с ним что-нибудь смертельное: — Ветви и лозы способны двигаться. Это они водят твои патрули кругами, не позволяя приблизиться. Ищите хоть всю жизнь, к сердцу вам не подобраться. Остров вас не подпустит.

— Деревья-твари уже раньше пытались не пускать скавенов в леса-территории. Деревья-твари на своей шкуре почувствовали, что бывает, если вставать-мешаться на пути у Смертовольта.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Кладбище прибыли не похоже на сильванетов. У него другие силы, оно сражается иначе. Вам не отыскать сердце без моей помощи.

Йоширо выставил вперед руку, и по его воле на пальцах выросли перья.

— Я могу указать вам путь, и никакие фокусы деревьев меня не остановят.

Смертовольт пораженно смотрел, как перья спрятались обратно в кожу Йоширо.

— Колдун-человек покажет-отведет из-за борода-тварей? Хочет смерти борода-тварей?

Йоширо подумал о зеркале у себя на шее. Подобные речи не придутся Кхораму по душе, но он уже пытался втолковать проклятышу, что Брокрин им не нужен. Им нужен только «Железный дракон» и то, что Смертовольт называл «свет-деревом».

— Дуардины — наш общий враг, — ответил Йоширо, — и от них стоит избавляться, даже когда для этого нет причин. Но причина есть. Они тоже ищут свет-дерево.

Скавен мгновенно пришел в ярость. Он повернулся и выбросил вперед лапу. Крупные перстни опасно заискрились. Из украшении вылетел каскад молний, достиг дальнего конца отсека и попал в тощего раба. Несчастная жертва успела лишь один раз пискнуть от боли, а затем все тело скавена опутали огненные сполохи энергии. Крысолюд упал на пол, его шерсть задымилась, а глаза вскипели в глазницах.

— Нет! — взвыл Смертовольт. — Борода-твари не украдут-стащат мое свет-дерево! Свет-дерево должно кормить-питать печь! Свет-дерево оживит мой корабль! «Неукротимый ужас непобедимого гения Смертовольта» взлетит вновь! Освободится из лоз-джунглей! Будет славой-завистью всего клана Скрайр!

Пока вождь-инженер бесновался, Йоширо сохранял молчание. Теперь Смертовольт не позволит себе мешкать. Он испугался, что столь желанное для него топливо уведут прямо из-под носа, поэтому бросит на дуардинов все имеющиеся силы. Грызоклык успел поведать ему многое, но именно этот страх Йоширо должен был увидеть собственными глазами. Он достаточно времени провел среди крысолюдов, чтобы накрепко усвоить одну простую истину: только глупец поверит скавену на слово.

А глупцом Йоширо не был. И если Смертовольт полагал, что у чародея нет собственных планов на свет-дерево, то его ждал неприятный сюрприз.

Готрамм уже несколько часов обдумывал мрачные рассуждения Брокрина, когда настал его черед идти замыкающим в колонне. Пускай капитан и сомневался в чистых намерениях Эсмиры, очевидной и самой главной опасностью для них оставались скавены. Каждый член отряда ясно понимал, что, если крысолюды возьмут их след, они не поленятся броситься в погоню. Поэтому Брокрин ввел регулярную смену замыкающего, чтобы их тыл охраняла свежая пара глаз.

Размышляя о лени и погоне, Готрамм заметил, что к нему постепенно подкрадывается Агрило. Агрило приближался осторожно, ничем не выдавая своих намерений, но Готрамм мгновенно раскусил замысел логистикатора. Желание Агрило поговорить с Готраммом наедине, без посторонних ушей, могло означать только одно: логистикатор хотел обсудить драгоценные наросты, которые он срезал с лоз.

Рука Готрамма опустилась к сумке, ремнями крепившейся к броне. Капер почувствовал укол вины за все те наросты, что Агрило поручал ему нести. Ему причиталась существенная доля в «независимом предприятии на территории порта захода», но это не избавляло его от угрызений совести. Даже если Кодекс и разрешал подобное, Готрамму было противно оттого, что он проворачивал дела за спиной Брокрина и команды.

Агрило поравнялся с капером, и Готрамм собрался поделиться с ним сомнениями. Он попытается донести до логистикатора свою точку зрения.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Агрило, я тут подумал... — начал он.

Но логистикатор поднял ладонь, не желая ничего слышать. Он воровато посмотрел вокруг, затем засунул руку в пухлый мешочек, висевший на поясе.

— Ты только погляди, — прошептал Агрило, сверкая глазами от возбуждения, и протянул каперу нарост, чтобы тот как следует изучил добычу. Готрамм так и поступил, закрыв телом нарост от товарищей.