Об интеллекте - Джеф Хокинс

Теперь у вас есть базовое понимание того, как мы создаем инвариантные знания, как мы используем инвариантные знания для предсказаний, и как мы делаем предсказания будущих событий, которые всегда в чем-то отличаются от того, что мы видели ранее. Вспомните также, что инвариантные знания это последовательности событий. Мы делаем предсказания путем комбинирования инвариантных знаний того, что должно произойти далее с деталями, относящимися к настоящему моменту времени (вспомните притчу о предсказании времени прибытия поезда). Предсказание это применение инвариантных знаний к новой ситуации. Следовательно, все кортикальные предсказания — это предсказания по аналогии. Мы предсказываем будущее по аналогии с прошлым.

Вообразите, что вам предстоит ужин в незнакомом ресторане и вы хотите помыть руки. Даже если вы никогда ранее не были в этом здании, ваш мозг предсказывает, что в ресторане где-то должен быть туалет с раковиной для мытья рук. Откуда он это знает? В других ресторанах, в которых вы бывали, всегда был туалет, и по аналогии в этом ресторане он также должен быть. Более того, вы знаете где и что искать. Вы предсказываете, что должна быть дверь или знак с соответствующими символами, ассоциирующимися с мужчинами и женщинами. Вы предсказываете, что он должен находиться где-то в задней части ресторана, либо за баром, либо возле гардероба, но не в пределах прямой видимости залов для приема пищи. Опять же, вы никогда не были в этом конкретном ресторане, но по аналоги с другими заведениями общепита вы способны найти то, что вам нужно. Вы не бродите в поисках произвольно. Вы ищите ожидаемые паттерны, которые позволят вам быстро найти туалет. Этот тип поведения является творческим актом; это предсказание будущего по аналоги с прошлым. Обычно мы не задумываемся о том, что это творческий процесс, но в большой степени это именно так.

Недавно я купил виброфон. У нас есть пианино, но до этого я никогда не играл на виброфоне. В тот день, когда мы принесли виброфон, я взял ноты для пианино, поставил их на подставку виброфона и начал играть простые мелодии. Моя способность сделать это не является чем-то выдающимся. Но на фундаментальном уровне, это был творческий акт. Подумайте над тем, что здесь было задействовано. Я взял инструмент, который очень сильно отличается от пианино. У виброфона золотистые металлические пластины; у пианино — черные и белые клавиши. Золотистые пластины большие и постепенно изменяются по размеру; клавиши пианино маленькие и двух различных размеров. Золотистые пластины размещены в два различных ряда; черные и белые клавиши — перемежаются. На одном инструменте я использую пальцы, а на другом — я размахиваю молоточками. Перед этим я стою, перед тем — сижу. Конкретные мышцы и движения, необходимые для игры на виброфоне, совершенно отличаются от тех, что нужны для игры на пианино.

Так как же я смог сыграть мелодию на незнакомом инструменте? Ответ в том, что мой кортекс видит аналогии между клавишами пианино и пластинами виброфона. Использование этого подобия позволило мне сыграть мелодию. Это практически не отличается от того, чтоб спеть песню в другой тональности. В обоих случаях, мы знаем, что нужно делать, по аналоги с прошлым опытом. Я понимаю, что для вас подобие этих двух инструментов может казаться очевидным, но только потому, что наш мозг автоматически видит аналогии. Попытайтесь запрограммировать компьютер, чтобы он нашел подобие между такими объектами, как пианино и виброфон, и вы увидите, насколько невероятно сложно это. Предсказание по аналогии — творчество — настолько распространено, что обычно мы не замечаем его.

Однако, мы считаем, что творчество — это когда система «память-предсказание» работает на высшем уровне абстракции, когда она делает необычные предсказания, используя необычные аналогии. Например, большинство людей согласились бы, что математик, доказывающий сложную теорему, занимается творчеством. Но давайте взглянем поближе, что вовлечено в его ментальные усилия. Наш математик пристально глядит на уравнения и говорит: «Как же мне взяться за эту проблему?». Если ответ не вполне очевиден, он может переформулировать уравнения. Записывая их в другой форме, он может взглянуть на ту же самую проблему с другой точки зрения. Он вглядывается все больше и больше. Неожиданно он видит, что часть уравнений ему знакома. Он думает: «О, я узнаю это. В этих уравнениях есть структура, которая похожа на структуру других уравнений, над которыми я работал несколько лет назад». Затем он делает предсказание по аналогии. «Возможно, я смогу решить эти новые уравнения, используя ту же самую методику, которую я успешно использовал на старых уравнениях». Он может решить проблему по аналогии с предыдущей проблемой. Это творческий акт.

У моего отца было странное заболевание крови, которое врачи никак не могли диагностировать. Как же они могли узнать, какое лечение предложить? Они рассмотрели данные, взятые из анализов крови моего отца за несколько месяцев, чтобы найти определенные паттерны. (Мой отец напечатал великолепный график, так что врачи могли ясно увидеть необходимые им данные). Хотя симптомы не соответствовали близко какому-либо конкретному заболеванию, некоторые сходства все таки были. Врачи пришли к решению, что лечение должно базироваться на смеси нескольких стратегий, которые подходили для других заболеваний крови. Использованное лечение предположительно было основано на аналогиях к заболеваниям, которые врачи лечили ранее. Узнавание этих паттернов требовало глубокого знания других необычных заболеваний.

Метафоры Шекспира — это образец творчества. "Love is a smoke made with the fume of sighs". "Adversity's sweet milk, philosophy". "There's daggers in men's smiles". Такие метафоры становятся очевидными, когда вы видите их, но их трудно придумать, что является одной из причин, почему Шекспира считают литературным гением. Чтобы создать такие метафоры, он должен был увидеть непрерывный ряд хитрых аналогий. Когда он пишет «There's daggers in men's smiles» («В человеческих улыбках есть кинжалы») он говорит не только о кинжалах или улыбках. Кинжал — это аналогия к дурным намерениям, а человеческие улыбки — это аналогия к обману. Две хитрых аналогии всего лишь в пяти словах! По крайней мере все зависит от их интерпретации. У поэтов есть способность к коррелированию внешне не похожих слов или понятий таким образом, чтоб представить эти слова в новом свете. Они создают неожиданные аналогии как средство для изучения высокоуровневых структур.

Фактически произведения искусства ценятся высоко, потому что они нарушают наши предсказания. Когда вы смотрите фильм, который разрушает известные представления о характерах, сюжетной линии, или кинематографии (включая спецэффекты), он вам нравится, потому что не похож на другие. Живопись, музыка, поэзия, проза — все творческие формы искусства — стараются разрушить обычаи и нарушить ожидания потребителя. Именно во внутреннем противоречии заключается великолепие произведения искусства. Мы хотим, чтоб произведение было понятно, но в тоже время уникально и неожиданно. Слишком понятные произведения неинтересны или кичливы; слишком уникальные — раздражающие и их сложно оценить. Лучшие произведения нарушают некоторые ожидаемые паттерны, одновременно приучая нас к новым. Рассмотрим хорошее произведение классической музыки. Наилучшее произведение привлекает на простом уровне — хороший ритм, простая мелодия и музыкальные обороты. Любой может понять и оценить его. Однако, оно также немного необычно и неожиданно. Но чем больше вы его слушаете, тем больше вы видите паттерны в неожиданных местах, таких как повторение необычных гармоний или изменение тональности. Это же верно для хороших литературных произведений или для хороших фильмов. Чем больше вы читаете или смотрите их, тем больше творческих деталей или сложностей структуры вы наблюдаете.

Возможно у вас был опыт наблюдения таких вещей, когда трудно понять, что же вам знакомо: «Хмм, где то я уже видел этот паттерн раньше, где-то еще…». Вы могли и не задаваться вопросом, просто необычная ситуация активировала инвариантное представление в вашем мозгу. Вы увидели аналогию между двумя обычно несвязными вещами. Я мог бы, например, вдруг увидеть, что возникновение научной идеи аналогично продаже бизнес-идеи, или что проведение политических реформ подобно воспитанию детей. Если я поэт — вуаля! — у меня есть новая метафора. Если я ученый или инженер — у меня есть новое решение для давнишней проблемы. Творчество — это смешивание и сопоставление паттернов для любых вещей, которые вы видите или должны увидеть в вашей жизни. Говорят «this is kinda like that». Для выполнения этой задачи есть нейронные механизмы во всех областях кортекса.

Попутный вопрос, который мне часто задают: «Если у всех людей мозг с рождения обладает творческими механизмами, почему у нас различная способность к творчеству?». Теория «память-предсказание» указывает на два возможных ответа. Один связан с природой, другой — с воспитанием.