Они не мы - Григорий Грошев

- Чего хотел? – грубо спрашивает Алекс, не беспокоясь о реакции бывшего коллеги. Если Виктору не нравится – это его проблемы.

- Повидаться, - говорит Виктор. – Я рискую ради страны, ради Сопротивления. А к чему ты готов?

Молчание. Алекс и сам хотел бы знать, на что он способен. Чью сторону он хочет занять. Но… Есть ли смысл в спорах? Всю жизнь, тщательно и аккуратно, он этого избегал. Всю жизнь. А что теперь?

- У нас есть для тебя задание, - продолжает Виктор. – Тебе ведь понравилось яблоко? Там, на горе, много всего. А за горой… У нас – поля, фермы. Ты ведь знаешь, что это такое? Свежая еда. Леса. У нас есть воды столько, что хоть утопись. Мы ловим настоящее, живое мясо.

- Это чушь. Древние уничтожили планету, ты прекрасно знаешь.

- Да, это так, - кивает Виктор. – Уничтожили. Наверно, там было некоторое время ещё хуже, чем в Клетке. Но было это несколько столетий назад. А потом Мать-природа ожила, она восстановилась. Она такая же, как её описывали в древних энциклопедиях. Ты читал?

- Тебя ищут, - вместо ответа говорит Алекс. – Ко мне приходил инспектор Швак. Почему я не должен сказать ему, где ты?

Виктор смеётся. Долго, как будто Главред действительно сказал что-то смешное, но это не так. Что может быть серьёзнее интереса полиции? Алекс нечасто слышит смех, поэтому не может знать, насколько искренен его собеседник. Но есть ощущение, что ему действительно плевать на такую проблему, как ретивый инспектор.

- Послушай, Александр Р-101, - медленно говорит Виктор. – Больше нет никаких «я», «ты», «она». Есть только «мы». Феликс Мудрый видит будущее. И в нём есть место для тебя.

- Поздравляю его, - отвечает Алекс с сарказмом.

- Твоя жена – тоже мы. Знаешь, она много говорит о тебе. О том, что ты был поэтом. О том, как ты места себе не находил, когда потерял сына.

- Замолчи.

- Жена очень хочет быть с тобой. Я её понимаю. Но понимает ли её Феликс? Ради Сопротивления он готов на всё.

Молчание. Алекс хочет наброситься на Виктора, повалить его на землю, и бить, бить, бить. Он задел тончайшие струны его души. Мысли, которые он сам вынес на кладбище памяти. То, о чём совершенно не хочется думать.

- Держи, - Виктор протянул Главреду бумажный свёрток.

- Что это?

- Маска. Но не та, через которую дышат. И карта. Запомни её и уничтожь. Ты придёшь сюда в четверг, в семь часов после полудня.

- Зачем?

- Здесь собираются все, кто с нами. Мне пора уходить. Александр, помни о своей жене. Помни о нас, хорошо?

Он надевает маску и открывает дверь. Алекс вынужден последовать его примеру – воздух становится горьким.

«Порой мне начинало казаться, что я сплю. Ибо человеческий разум не в силах вынести гнёт такого количества фантазий. Феликс реален – в этом не может быть никаких сомнений. Как и в том, что через своего агента он предоставил мне карту метро. Её я принёс домой – зачем оставлять другим? Оказывается, катакомбы обширны. Если верить им, то любой гражданин мог выбраться за пределы Купола.

Но столь же реален магистр Крокс. А работа, предложенная им, была пределом моих мечтаний. Кто бы мог подумать, что Глава говорит не то, что думает? Вернее, что кто-то другой вкладывает все эти мысли в его светлую голову? Бассейн и фрукты. Это было лучшее, что произошло со мной в жизни!

Независимо от того, чью сторону занять, мне всё равно нужно идти в Редакцию. Нужно трудиться и делать вид, что всё по-старому. Но я совершенно не подумал о том, что вчера меня увезли в самый разгар рабочего дня. И что коллеги не знают, где я и что со мной. Я ожидал увидеть траур, слёзы и печаль, но…

Даниил-136 восседал на моём кресле перед своим столом. Когда он успел вытащить его из моего кабинета? Остальные работники так и ютились на табуретах, как им положено. У кого-то я увидел свой лэптоп (слава Главе, первый, а не резервный, на котором пишу всю эту крамолу!), у кого-то – небольшие безделушки, привезённые из странствий по Сфере и из-за её пределов. И все сотрудники глазели на меня, как на мёртвого.

- Что здесь творится?! – рявкнул я так громко, что было сил. И ударил по крышке металлического стола.

- Как… Что? – спросил Даниил, словно ничего не случилось. – Мы готовим «Истину»!

Когда я ушёл в Центр выдачи за смесью и вернулся обратно, почти всё моё имущество было на месте. Кто-то даже любовно протёр стол и монитор бука. Вот только моя гордость, настоящая ручка (инструмент для записи древних) так и не нашлась. Заявлять об этом в полицию, разумеется, я не стал».

Запись 25

Владимир связал Поэта крепко-накрепко: тот не смог бы выпутаться без острого ножа и посторонней помощи. Странно, но пленник взирал на них без страха, а с широкой улыбкой – словно был рад видеть старых друзей. И Владимиру, и Феликсу не до шуток. Им крайне не нравился человек, который приходит в деревню и исчезает, когда вздумается. Который обманом уговорил их наврать Александру.

А ещё - как ведут допрос, они понятия не имели. Как и желания этим заниматься. Вести протокол? Но здесь, на свободе, бумага – дефицит, а чернила – редкость. Рассказать всей деревне о том, что произошло? Владимир извлёк из чехла длинный нож, чтобы решить проблему радикально. Но Феликс перехватил его руку и откашлялся,