Особенный. В твоих руках - Натали Эклер

— Классная у нее работа. Ходишь себе по салонам, разъезжаешь по съемкам. С тобой все носятся, подарочки дарят. Знаешь, Ветка, вот не в обиду тебе, но Рина охрененная. Не абы на ком женился твой Максим. Правда о нем она ничего не рассказывает. Только пост написала, что вышла замуж и безмерно счастлива, но подробностей не будет. Вот он! — Нечаева тычет мне фотку со свадебным рукопожатием и обручальными кольцами на пальцах. — «Я встретила своего человека, люблю, любима и знаю, что это навсегда», — цитирует слова Карины под фото.

— Навсегда, — усмехаюсь и отворачиваюсь. — Это даже не его рука на фото. Сплошная фикция.

— Почему не его? Он просто снял кольцо.

— Я его руку из тысяч узнаю.

Про себя добавляю: «Как и запах его тела, и вкус его поцелуя».

У кого навсегда, так это у меня.

— Вляпалась ты, подруга, — качает головой Нечаева. — С такой женой соперничать нереально. Вы же и рядом не стояли, уж прости.

— А ты умеешь поддержать, — иронизирую с грустью, подливая в чашку чай из чайничка. Его приятный аромат хоть как-то скрашивает разговор, ставший для меня малоприятным.

Мы с Кариной совершенно разные. Она выхоленная брюнетка, блестящая, как Ким Кардашьян. На ее фоне я бледная и слишком натуральная, кажусь серой мышкой, которой никогда себя не считала.

— Нос только не вешай! — бодро советует Лера. — Она всю себя сделала: филлер, ботокс, татуаж, кератин… Губы подколоты, скулы натянуты. Грудь тоже не своя, естественно. Все очень профессионально сделано, но при наличии бабок так любая сможет. И ты не исключение. Сбей с Доронина бабла побольше и через год будет в твоем блоге пять миллионов. Ты же еще и танцуешь у нас.

— В смысле, сбей бабла? — уточняю и чувствую, как закипаю.

— А что ты зенки вытаращила? Знаешь, сколько твоя девственность стоила? — спрашивает Нечаева настолько громко, что я испугано озираюсь. — Ты могла поднять на ней до десяти штук баксов! Прибавь сюда за каждый трах по соточке, умножь на два за моральный ущерб и выстави счет. Нет, лучше на три умножай. Ты же Красовского бросила из-за него. Не переживай, этот кобель заплатит! Только сделай это до его отъезда…

Лера говорит с выражением, активно жестикулирует. Раскладывает по полочкам, как правильно бабло из мужиков выбивать. С каждым ее словом во мне зреет протест, сдерживать который я не в состоянии.

— Прости меня за мой французский, но ты ебанулась, подруга? — грубо перебиваю, не желая дальше слушать этот бред. — У нас любовь, какие на хрен соточки за трах? Где ты вообще взяла эти расценки? Как тебе в голову пришла такая хрень?

Вывалив это, я громко выдыхаю. Женщина за соседним столиком демонстративно просит счет. Мы встречаемся с ней глазами — и я ставлюсь пунцовой. Она с мальчиком школьного возраста делает уроки, а я матом крою. Никогда не выражалась на людях так грубо, а тут вырвалось.

— Любовь? Ты что-то путаешь, Вета. Трахаться с женатым мужиком — это блядство, — гаденько улыбается Лерка.

Я закусываю губу и опускаю веки. Хочется послать ее на хрен, встать и уйти, но я сижу. Мне всегда было важно знать, что обо мне думают другие. Вот оно — мнение со стороны, получите и распишитесь. У мамы будет не лучше, у Ники, думаю, тоже. Ни одна замужняя женщина не одобрит отношения с женатым.

— Все не так, как тебе видится, Лер, — говорю, потупив взгляд. — Максим с Кариной не живет и не спит.

— Они все так говорят, — цокает Нечаева. — Все женатики на словах не трахают жен и вот-вот подадут на развод.

— Макс разведется только через два года, он не обещает мне того, что сделать не может. Я приняла его ситуацию, мы решили продолжить встречаться. В ноябре я лечу на Бали, он тоже туда прилетит. Мы уже взяли билеты и забронировали отель. Макс на год вперед распланировал наши встречи на разных островах в Индийском океане. Там шикарные локации для съемок, для моего блога. Он пообещал помочь мне раскрутить его, сделать доходным бизнесом. У нас отношения, Лера!

Мне не стоило рассказывать все это, но я чувствую себя облитой грязью и пытаюсь как-то отмыться.

— Так Доронин тебя в содержанки взял? Что ж сразу не сказала?

Лерка будто радуется, а я не понимаю, чему именно.

— Что значит «в содержанки»?

— Ну раз он бабки в тебя вкладывает и на год выписал в постоянки — это содержание называется. Сколько в месяц платит?

Я подвисаю. Судорожно пытаюсь вспомнить, каким модным словом называется проституция. Не «содержание» вроде, как-то иначе.

— Ничего не платит.

— А на что ты жить собираешься?

— Работать буду. Меня Ника к себе берет с малышами заниматься. Я онлайн уроки начала записывать. А еще мне в клипе у известного рэпера предложили сняться, уже репетирую.

— Это все хорошо, — кивает Лерка. — Доронин тебе платить совсем не планирует?

— Почему он должен мне платить? Я не проститутка, не эскортница какая-нибудь! — выпаливаю, резко вспомнив вылетевшее из головы слово.

Женщина за соседним столом складывает школьные тетради в рюкзак и идет рассчитываться к стойке, не дожидаясь счета. Она устала вынужденно слушать наш дичайший по своей сути разговор и не хочет, чтобы сын нечаянно подцепил ругательство. Ему на вид лет восемь, самый возраст для плохих слов.

— Да уж, — вздыхает Лера. — До эскорта тебе, как до Китая раком. Туда идут бабы умные, а ты собираешься бездарно слить два года на женатого мудака. Снимай лапшу с ушей, подруга, вот тебе мой финальный совет.

— А я его не просила, — огрызаюсь, чувствуя, как настроение катится к чертям.

Лера крутит в руках чашку от капучино и обиженно сопит, я рассматриваю тортики в витрине. В детстве мы с ней любили эту кондитерскую, часто приходили с родителями. Тут делали нежнейший «Наполеон», теперь он сухой и слишком сладкий. Взятый на двоих кусочек остался недоеденным.

— Жаль, что тут не наливают, — сетует Нечаева, хотя сама предложила встретиться в этом кафе. — Сейчас бы взяли по шампусику и выпили с тобой мировую.

— Можем выпить лимонад, у меня через полчаса тренировка. Но мы не ссорились, чтобы мириться. Просто поспорили, взгляды разные.

Мой тон почти ровный, я успокоилась.

— Не обижайся на меня, Ветка, — просит Лера. — Я не верю таким, как Доронин. Он эгоист, по трупам пройдет, если это ему надо. Хоть стреляй, не верю!

— Давай тогда закроем эту тему, — предлагаю миролюбиво. — Ты о чем поговорить хотела?

Лера позвонила мне спустя месяц полной тишины, сама попросила о встрече. Я уж