Танцоры Аруна (Хроники Торнора) - Элизабет Линн

Дженси тряхнула головой и не тронулась с места.

— Иди к нам, Джен, — позвал Кел.

Она посмотрела с тоской, но подошла и села между Эриллардом и Элли.

Керрис взялся за деревянную миску. Отхлебнул. Неизвестные пряности придавали супу остроту и тонкий аромат. В бульоне плавали кусочки мяса, похоже, свинины, морковь и ленточки вареного теста. Калвин называл их лапшой.

Эриллард вытащил огниво и стал зажигать лампы.

— С трутом и кремнем он и на ночь не расстается, — с улыбкой сказал Кел. Он был так близко, что тепло его дыхания овевало щеку Керриса. — На границе Эрилларда прозвали хранителем огня. — Левая рука брата коснулась шеи. Под лестницей пел сверчок.

— Помнится, в Шанане он однажды чуть не спалил дом, — заговорил Калвин. — Я решил поначалу, что он пьян вдрызг.

— Зато я помню, как ты колотил ногой в каминный экран, принимая его за парус, а себя за шкипера, — не остался в долгу Эриллард.

— А помните, как под Махитой мул лягнул Айлин?

— А наше ночное выступление в Кендре-на-Дельте перед членами Совета?

— Я не знаю этой истории, — заинтересовался Калвин.

Кел и Элли стали рассказывать. Дженси сидела неподвижно, склонив голову, но и она пару раз улыбнулась.

У Керриса не было дара провидца, никогда не пытался он проникнуть в природу вещей, а сейчас слушал разговоры шири и в их голосах обнаруживал удивительное созвучие. Будто складывалась мелодия, повествуя о взаимопонимании, взаимосвязи и единстве этих неразлучных людей. Ученые считают (так говорил Жозен), они не только служат ши, но и само начало ши сохраняется в мире благодаря им. Перестанут танцевать шири-и в Аруне станет меньше равновесия. Баланс нарушится, исчезнет гармония… Ужасные последствия ожидают мир, утративший ши. Потерянная рука-ничто в сравнении с такой бедой.

Размышления совершенно исцелили мозг. Керрис отхлебнул супа, чувствуя себя посвежевшим, а голову-ясной. Он не был шири, не умел танцевать, постигать гармонию в боевом искусстве, но сознавал себя частицей мироздания, без которой равновесие в огромном мире стало бы менее устойчивым.

ГЛАВА XI

Сефер и Терезия вернулись домой очень поздно. Керрис увидел их, когда проснулся. Терезия спускалась по лестнице, едва переставляя ноги, видно, держалась из последних сил. Следом сошли в обнимку Сефер и Кел. Несмотря на душевный лад между ними, наставник выглядел неважно, наверное, тоже изрядно утомился накануне. Брат надел рубаху сливочного цвета, украшенную вышитыми фигурками танцоров и пряжками на воротнике и манжетах. Проходя мимо, он щелкнул Керриса по щеке.

— Как спалось? — и оглядел своих шири.

Калвин стоял над тазиком для умывания, разглядывая себя в круглое серебряное зеркальце.

— Если сейчас кто-нибудь крикнет мне под руку, я могу перерезать свою глотку.

— Правда? — невинно спросила Элли. Калвин, сумрачно глядя на нее, вытянул из ножен свой кинжал. Элли зашлась от хохота так, что пряжка пояса запрыгала на животе. — С меня вполне достаточно выигрыша всех твоих денег. — Она похлопала себя по карману. — Какое счастье, что мне не надо бриться. С этим столько хлопот.

— У меня немало. — Керрис поскреб отросшую щетину на щеках. Бритье в самом деле было мучительным занятием-очень редко удавалось завершить процедуру, не порезавшись. В Торноре его выручал Жозен.

— Давай я помогу, — предложила Элли. — Или отпусти себе бороду. Она должна быть тебе к лицу.

Керрис снова взялся за лицо, плохо представляя, как может выглядеть с бородой. Обычно старики бородаты.

— Вот увидишь, тебе пойдет, — говорила Элли с шутливой настойчивостью.

Нынче ночью он, проснувшись, обнаружил девушку не на соседнем тюфяке, а гораздо ближе. Она прижималась грудью к его спине и рукой обнимала за голову, будто защищала.

Сегодня явятся азешцы, вспомнил Керрис. Представил вновь гиканье, щелканье плетей, резкий запах массы взмыленных лошадей, спутанные, грязные рыжие волосы у стремени… Недолго им осталось мучиться в неведении. Скоро станет известна судьба Риньярда.

Айлин появилась в комнате неожиданно. Хлопнула по плечу Сефера, нежно поцеловала Дженси и пожаловалась:

— Я совершенно потеряла голос от бесконечных объяснений, мои ноги сбиты от хождения по городскому бездорожью, но зато жители Илата вчера мирно отошли ко сну. Надеюсь, вы не были исключением и, в отличие от меня, хорошенько выспались.

— Чем сегодня мы будем полезны Совету? — спросил Эриллард у Сефера. — На площадку мы пойдем?

— Это уж вам решать. Можете примкнуть к дозорным Эрита или присоединиться к отряду Клео и остаться в городе.

— Лично я отправлюсь загорать, Калвин сходит в лавку мясника за бараньей ногой, и вечером приготовлю жаркое, — объявила Элли.

Эриллард и Айлин вопросительно посмотрели на Кела.

— Я буду среди наставников.

— Зачем? — Вопрос Айлин остался без ответа.

Калвин со стуком вложил кинжал в ножны и потрогал подбородок.

— Как я выгляжу?

— Потрясающе, — съязвила Элли.

Айлин подошла вплотную к Келу и заглянула в глаза.

— Так зачем?

— Затем, что есть Риньярд. Это мой долг, раз я у вас за старшего.

— Не нравится мне это. — Айлин хмурилась. — Не нравится, когда ты покидаешь нас.

В дверь постучали.

— Войдите, — крикнула Терезия.

Дверь отворилась, но никто не появился. Из передней слышалась возня, потом раздался громкий бас:

— Иди, черт возьми!

В комнату просунулся плотный седовласый мужчина с темными глазами. Он тащил за собой кого-то и наконец выдернул из передней упиравшегося перепуганного Перина.

— Доброе утро, — буркнул седовласый.

— Доброе утро, Моро, — поздоровался Сефер.

— Вот мой идиот сын. Он вам хочет кое-что рассказать.

Толстый Перин, похожий на отца, был бледен, глаза блуждали.

— Что молчишь, следопыт. Говори!

Перин уставился в пол.

Моро выпустил сыновнюю руку и подбоченился.

— Раз уж мы потревожили людей, скажу я. Пару ночей назад этот щенок курил за конюшней чертову траву. Подошел ваш рыжий шири. Вместе они окончательно накурились и решили отправиться за посты Клео к азешскому лагерю. — Моро перевел дух. — По дороге Перин струсил и убежал домой, а ваш друг пошел дальше. — Плетельщик веревок вдруг шагнул, загораживая своего непутевого сына. — Ты бы все равно узнал об этом, Кел. Прости. Кому из них взбрело в голову пуститься на подвиги? Ума не приложу.

Дженси присвистнула, Эриллард крякнул. Остальные молчали.

— Сколько тебе лет? — спросил Кел у Перина.