Зови меня моим именем (СИ) - Инфинити Инна

Мой человек ушел из «Росстроя» сразу после покушения на Крисси. Он давал показания, и уже всем было известно, кто он на самом деле. Нового я засовывать туда не стал, так как после того скандала эта компания опустилась на самое дно и перестала представлять хоть какую-то опасность. А вот Кристинин человек так и остался там работать.

— Да, сидит. Он старается не высовываться, потому что новая служба безопасности сканирует досконально каждого. Но кое-что шепнул мне недавно.

— Что именно?

Она мнется. Явно сомневается, говорить мне или нет. Я же все-таки ее конкурент.

— Да ладно тебе, Крисси! Говори уже.

— Кристин, — серьезно начинает ее отец, — ну уж Илью, я думаю, нужно все-таки предупредить, чтобы не попался на таком.

Самойлова обреченно вздыхает.

— Ладно, скажу. В общем, мой источник узнал, что «Росстрой» взял на работу нескольких девушек-шпионок, чтобы они охмуряли кого надо.

— В смысле? — Что-то я не понял.

Кристина закатила глаза.

— Ну, специальные девушки, которые по заданию сверху охмуряют конкурентов или еще кого-нибудь, кого поручат, и достают из них информацию. А потом «Росстрой» использует эту информацию в своих целях.

— Охренеть, — я искренне изумлен.

— Да, — грустно кивает Кристина. — У нас в «Капитал-Строе» я провела серьезные разговоры со всеми сотрудниками мужского пола, чтобы ни в коем случае не начинали знакомства с посторонними девушками. Ты, Илюша, тоже будь осторожен.

— Ну мне-то это не грозит, у меня Ксюша есть. Я больше не собираюсь ни с какими девушками знакомиться. Но у себя в компании тоже проведу беседы со всеми сотрудникам-мужчинами, которые допущены к важной информации. Спасибо, Крисси.

Кристина нервно прочищает горло.

— Илюш, а ты уверен в своей Ксюше?

— Как в себе самом! Я ее знаю всю свою жизнь.

— Ну, все-таки не всю.

Я отмахиваюсь от подруги.

— Кристина, я 11 лет сидел с ней за одной партой. Я списывал у нее химию, а она у меня физику. Я играл с ней в крестики-нолики на ОБЖ…

Подруга перебивает меня.

— Но потом ты не видел ее 12 лет. И вдруг совершенно случайно столкнулся с ней в ресторане.

— Да. И что?

— Тебе не кажется, что это подозрительная случайность?

— Не кажется. По-моему, куда более подозрительно выглядит встреча Игоря Петровича с мамой Максима, а затем и ваша с ним встреча в 17 лет. В России 147 миллионов человек живут. Вот какова вероятность того, что твой отец мог жениться на матери мальчика, который спас тебя в 7 лет в детском лагере?

Кристинин папа звонко смеется.

— Это, Илья, называется судьба!

— Именно, Игорь Петрович. О том и речь.

Подруга вздыхает.

— Просто будь осторожен, Илюш.

Я обнимаю ее за плечи.

— Мне это не грозит, Крисси. Не переживай. У меня есть Ксюша, и кроме нее мне больше никто не нужен. Так что какие бы девицы ни попытались со мной познакомиться, они сразу будут посланы мною далеко и надолго.

После предупреждения Кристины я стал еще более тщательно фильтровать все новые знакомства. Не только с девушками, но и с мужчинами тоже. И дал приказ на работе всем сотрудникам мужского пола докладывать мне лично о каждом новом знакомстве. Меня за это возненавидели, но лучше перестраховаться. «Росстрой» действительно стал набирать обороты. Я даже не заметил, как это произошло. У меня ни с кем не получается договориться о строительстве, а у них — получается со всеми.

И я стал думать, как мне снова засунуть к ним своего человека.

Глава 12. Выжженное поле

POV Илья

Засунуть своего человека в «Росстрой» оказалось сложнее, чем я думал. Служба безопасности этой компании не пропустила уже трех моих кандидатов из-за подозрений в возможных связях с конкурентами. Там теперь сидят настоящие акулы, которые с особой тщательностью сканируют каждого претендента на работу у них.

Я уже отчаялся. Кристина пообещала делиться со мной важной информацией, но в данном случае я не могу верить ей на сто процентов. Все-таки в работе мы конкуренты. А недавно «Росстрой» еще взял два проекта, на которые я рассчитывал. Как эта компания узнает, что я с кем-то договариваюсь?

— О чем ты думаешь? — Тихо спрашивает Ксюша и гладит меня по лицу. Мы отдыхаем с ней в гостиной.

— О работе. — Я прижимаю ее к себе еще ближе.

— У тебя снова проблемы?

— Нет, к счастью. Но все равно все как-то очень сложно. — Я целую ее в носик. — Давай не будем о работе? Она меня достала.

Ксюша смеется.

— А о чем будем?

— О нас. Когда мы встречаемся с твоими друзьями?

— Я с ними договорилась на субботу. Можем в том же ресторане.

— Давай.

Она укладывает свою голову мне на грудь и прижимается всем телом. Я целую ее в макушку.

— Илья, — тихо зовет. — Я хочу, чтобы ты знал, что эти четыре месяца с тобой я была счастлива. Помни об этом всегда.

Я не могу сдержать радостную улыбку и зарываюсь лицом в ее волосы.

— Я тоже счастлив с тобой, моя милая. Я тебя люблю, Ксюша. И обещаю тебе, что впереди у нас еще много счастливых дней, месяцев и лет. Я все для этого сделаю.

Она вцепилась ладошкой в мою футболку и шумно выдохнула. Через несколько секунд я почувствовал на своей груди влагу.

— Милая, ты плачешь? — Я аккуратно поднимаю на себя ее лицо и вытираю большим пальцем слезинки на щеках. — Ты чего?

— Извини. Просто я так счастлива с тобой, Илья. Правда. Я никогда не думала, что это возможно. Но ты мне показал.

Она смотрит своими прекрасными каре-зелеными глазами прямо в душу.

— Не плачь. — Я нежно целую ее лицо. — Обещаю, что наше счастье не закончится никогда. Ты моя любимая.

Но Ксюша начинает плакать еще сильнее. Я усаживаю ее к себе на колени и крепко прижимаю к груди, поглаживая по волосам. Через какое-то время она успокаивается и отрывается от меня.

— Знаешь, я недавно вспоминала твою сестру. Я хорошо помню ее в школе.

Я грустно улыбаюсь.

— Я каждый день ее вспоминаю. Ей бы уже было 25 лет.

— Когда она погибла?

— 15 июня будет восемь лет.

Ксюша переводит глаза на портрет Маши на стене. Задумчиво смотрит на него.

— Вы похожи с ней очень. Когда у нее день рождения?

— 4 сентября.

— У вас пять лет разница была, да?

— Четыре с половиной. В сентябре ей бы исполнилось 26.

— Ясно… Она была хорошей девочкой. Помню, как ты покупал ей «Сникерсы» в столовой. И еще помню, как она ждала, когда у нас закончится седьмой урок, чтобы вы с ней вместе домой поехали.

— Да, она была хорошей девочкой, пока не повстречала одного урода, который сел обкуренным за руль. Маша погибла на месте, а он выжил.

— И что с ним сейчас?

— Сидит в тюрьме.

Я говорю это со злостью. Иначе я не могу об этом уроде, который угробил мою сестру. Сначала подсадил ее на наркотики, а потом и вовсе убил.

Ксюша вздыхает и снова опускается мне на грудь.

— Давай на неделе в кино сходим после работы?

— Давай. Думаю, я в четверг смогу пораньше освободиться.

В последнее время мы с Ксюшей не вылезаем из кино, театров, музеев и прочих досуговых мест. Просто работа настолько достала, что я ухожу с нее ровно в 7 вечера. Отец недоволен, но мне по фиг. Мне надоело это строительство. К тому же сейчас май, уже тепло и темнеет поздно. А меньше чем через неделю наступит лето.

Пора уже думать об отпуске. Хочу свозить Ксюшу в какое-нибудь интересное место, но это сложно, потому что она почти везде была. Наверное, предложу ей поехать в Америку. Дней пять можно провести в Бостоне, познакомлю ее с друзьями, покажу Гарвард. А потом поехать в Майами или на Гавайи. И там, наверное, сделаю ей предложение нормально, с кольцом. Даже встану на одно колено.

Раньше ей не нравились мои разговоры о семье и женитьбе, ее это пугало. Но то было, когда Ксюша еще оставалась ко мне холодна. Просто позволяла мне себя любить, хотя сама кроме симпатии и сексуального влечения ничего ко мне не испытывала.