Шелковые нити - Мария К

Слова Хлои, хотя и были искренними, все же казались неадекватными. Она изо всех сил пыталась понять, как предложить поддержку тому, кто скорбит, но в тот момент ее присутствие, казалось, говорило громче, чем ее слова.

Взгляд Ричарда был тяжелым, когда он отвел глаза.

— Да, я правда любил его. Несмотря на то, что его почти все время не было рядом, он все равно оставался моим отцом. И я любил его. Надеюсь, он знал это. — В его голосе слышалось сожаление. — Даже если я никогда этого не говорил…

Хлоя попыталась хоть как-то утешить его, мягко сказав: "Я уверена, что знал".

Он пожал плечами, пытаясь преуменьшить значение своих чувств, но было очевидно, что говорить об этом ему больно.

— Возможно. Присоединишься? — Он поднял стакан виски и, не дожидаясь ответа, осушил его одним глотком.

Хлоя приняла бокал виски, но сделала лишь маленький глоток, наблюдая за Ричардом, который быстро выпил второй бокал. Беспокойство наполнило ее глаза, когда она спросила: "Я могу как-нибудь помочь? Тебе что-нибудь нужно?"

— Нет, — ответил Ричард с мягкой ухмылкой. — Я в порядке. Просто… хочу пить. — Он налил еще один стакан виски и сделал солидный глоток. — А что насчет тебя? Я предложил тебе то же самое, но если ты хочешь чего-то конкретного…

— Нет, нет, — ответила Хлоя, покачав головой. — Спасибо. К тому же, я не думаю, что сейчас подходящее время думать обо мне. — Она прочистила горло и затронула щекотливую тему: “Что случилось с твоим отцом? Если я могу спросить… Ты просто никогда не говорил мне, что он был болен.”

— Он не был болен. — Ричард продолжал потягивать виски. — По крайней мере, физически. Это был… несчастный случай. Трагический случай. У него всегда было это увлечение экстремальными видами спорта, даже когда он стал старше.

— У него было та же штука, что и у тебя? — осторожно спросила Хлоя.

— Нет, — мрачно ухмыльнулся Ричард. — Эта "штука"… под которой ты, конечно, подразумеваешь мою легкую нестабильность, это подарок моей матери. Неплохое сочетание, не правда ли? — Он тихо усмехнулся и сделал еще один глоток.

— Ты никогда ничего не рассказывала мне о своем детстве… — Она чувствовала себя все более неловко по мере того, как Ричард продолжал напиваться.

— Мое детство? — эхом повторил он. — Оно было… интересным. Не много поводов для гордости. Как я уже упоминал, мой отец часто отсутствовал. Моя мать… ну, она была прекрасным, хаотичным вихрем, — признался он, небрежно пожав плечами. — Но что было, то было. — Он взглянул на Хлою, и слабая улыбка украсила его губы, прежде чем исчезнуть, сменившись отстраненным холодом. — Мне больше нечего рассказывать, Хлоя. Остальное я оставлю твоему воображению, — заключил он.

— Хорошо, — тихо ответила Хлоя, решив не давить дальше. — Я искренне сожалею о твоем отце.

Ричард сделал еще один солидный глоток своего напитка и некоторое время молчал, собираясь с мыслями. Наконец, он глубоко вздохнул и задал наводящий на размышления вопрос. "Скажи мне, Хлоя… на что бы ты была готова пойти, чтобы спасти чью-то жизнь?"

Хлоя обдумывала этот вопрос, ее взгляд был отстраненным.

— Конечно, я бы сделала все, что в моих силах, чтобы спасти жизнь человека, — начала она, — но это зависит от человека… то, как далеко я готова зайти.

Мягкая ухмылка Ричарда намекала на что-то более глубокое, когда он допил свой бокал.

— Ах, но что, если бы это был кто-то, кого ты любила? Была бы ты готовы рискнуть всем, чтобы спасти его? Или ты позволила бы ему уйти, зная, что его смерть может быть единственным способом спасти тебя от вечной боли и мучений?

Ответ Хлои последовал после вдумчивой паузы.

— Это… Я не знаю… Мир же не черно-белый, — начала она, — но, отвечая на твой вопрос… Я думаю, что рискнула бы всем. Не потому, что это правильное решение, а потому, что я не смогла бы жить, зная, что могла бы спасти своего любимого человека, но не сделала этого.

Ричард посмотрел на нее с необычным выражением лица.

— Это рискованная игра, Хлоя. Но иногда цена выживания слишком высока, чтобы ее можно было заплатить.

Он налил себе еще один стакан виски и быстро выпил его одним глотком. Хлоя посмотрела на Ричарда с беспокойством.

— Может, тебе уже достаточно? Я знаю, ты в горе, но это тебе не поможет… — начала она, но ее слова оборвались, когда она заметила его реакцию.

— О, Боже, Хлоя, — Он издал приглушенный смешок. — Я только что потерял своего отца, прояви хоть немного уважения, — сказал он. Хлоя смутилась и откинулась на спинку стула, молча потягивая свой первый бокал.

Ричард беззаботно продолжил, переводя разговор на более философскую тему: "Ты веришь в концепцию искупления? Возможно ли вообще вернуться назад, после наших самых мрачных поступков? Мне любопытно, что ты думаешь."

Хлоя на мгновение задумалась, прежде чем ответить.

— Ну, я думаю, это зависит от того, что ты сделал. Думаю, некоторые вещи не заслуживают прощения.

— Мудрые слова, Хлоя, — Ричард кивнул, его взгляд был отстраненным. — Но что, если темнота станет еще глубже? Что, если грехи настолько велики, что они никогда не смогут быть полностью искуплены? Что же тогда? Любопытство. Это мощная вещь. Оно движет нами, побуждая исследовать новые миры, расширять границы наших знаний. Бесконечные возможности таятся в этом источнике жажды познания, тебе не кажется?

По мере того как разговор принимал все более философский оборот, Хлоя не могла избавиться от чувства неловкости. Она ожидала, что придет сюда, чтобы предложить утешение и поддержку во время скорби Ричарда, но теперь они углублялись в вопросы об искуплении и тьме.

Она посмотрела на него.

— Я не знаю, Ричард, — задумчиво ответила она. — Концепция искупления сложна. Некоторые поступки действительно могут быть настолько отвратительными, что искупление кажется невозможным. Но я верю, что люди могут измениться, что они могут загладить свою вину. Возможно, это не сотрет прошлое, но может указать путь вперед.

Взгляд Ричарда оставался отстраненным, его мысли явно были далеки от их нынешнего окружения.

— Что, если, — размышлял он, — нас определяют наши самые темные поступки, они преследуют нас, как будто мы гонимся за бесконечным поиском искупления? Является ли это недостижимой целью, или же это придает цель и смысл нашему существованию?

Хлоя не была уверена, к чему клонит Ричард, но чувствовала, что эти вопросы были для него глубоко личными.

— Стремление к искуплению может стать движущей силой позитивных перемен, — осторожно предположила она. — Но очень важно встретиться лицом к лицу со своим прошлым и принять ответственность за свои поступки.

Ричард кивнул,