Искупление (СИ) - Юлия Григорьева

   Най ушел, а в дверях появился Хэрб. Он бросил быстрый взгляд на Габи, и я поняла, что он хочет остаться со мной наедине.

   - Габи, подготовь мою ночную рубашку, - велела я, и девушка, присев в книксене, удалилась в спальню.

   Мой помощник вошел и приветливо улыбнулся.

   - Вы хорошо выглядите, тарганна Сафи, не смотря на дорогу, - немного смущенно произнес он и, понизив голос, добавил. - Казначей передал.

   Мне в руки ткнулся маленький свиток, запечатанный личной печатью Эбера Военора. Я сунула письмо в рукав и уже громко произнесла:

   - Хэрб, ты мне сегодня не понадобишься, отдыхай.

   - Слушаюсь, моя госпожа. Только провожу вас, - ответил парень, бросил на меня еще один быстрый взгляд и вышел за дверь.

   Очень хотелось прочесть прямо сейчас, что мне написал главный казначей, но рисковать не стала. Если я сильно задержусь, вернется Найяр, а устраивать скандал в доме почтенного человека совсем не хотелось. И, перепрятав письмо за корсаж, я вышла в коридор. Хэрб проводил меня до столовой, пожелал доброй ночи и удалился. Слуга, стоявший у двери, распахнул ее, и я вошла в небольшую столовую, где беседовали герцог и тарг Маэл.

   Они встали при моем появлении, дождались пока я подойду к столу, и Най помог мне сесть. После мужчины сели, и разговор возобновился. Я предпочла сначала насытиться и не особо обращала внимание на то, о чем они говорят. Слуга несколько раз подошел ко мне, меняя блюда. От вина я отказалась, и мне подали воду.

   - Сокровище мое, что же ты молчала, что голодна? Мы бы прихватили еды в Кэбре или в деревушке, которая встретилась нам по дороге. - К слову сказать, деревня оказалась той самой, где жил Хэрб. - В следующий раз не молчи.

   Я удивленно взглянула на него, после взглянула на свою тарелку и поняла, что ем много, и даже то, что раньше особо не любила. Например, рыба. Обычно я предпочитала мясо, а сейчас ела по большей части именно рыбу.

   - Хорошо, милый, - я промокнула уголки рта, отложила салфетку и улыбнулась. - Как-то даже не думала, что настолько сильно хочу есть. В следующий раз непременно скажу. Тарг Маэл, у вас отменный кухарь. Первый раз в жизни получаю такое удовольствие от рыбных блюд.

   - Да, сегодня ты явно оценила эти блюда, - отметил герцог.

   - Рад, что смог угодить вам, тарганна Тиган, - вежливо, но, тем не менее, отстраненно улыбнулся хозяин дома. - Вы еще что-нибудь желаете?

   - Нет, благодарю, - мне вдруг стало неуютно под взглядом старого вояки.

   В нем не было осуждения, скорей взгляд был изучающим. Я хотела уже покинуть мужчин, но Най протянул руку и сжал мою ладонь.

   - А мы сейчас собираем пожертвования на открытие лекарского училища, - вдруг сказал его сиятельство. - Сафи считает, что нам не хватает толковых лекарей. Она хочет, чтобы в каждом городе была больница. К тому же все требует завести сельские школы. Ее помощник, вы, должно быть, видели такого рыжего паренька, из деревни. Сафи обучает его грамоте, чтобы он мог помогать полноценно.

   - Зачем же благородная тарганна взяла себе в помощники неграмотного простолюдина? - изумился тарг Маэл. - Неужели среди благородных семей не нашлось подходящего юноши?

   - Сафи спасла его, - усмехнулся Най. - Я уверен, что он пытался убить ее, но моя возлюбленная решила вырвать парня из моих когтей. Отмыла, одела и взяла к себе. Не буду скрывать, не смотря, на мою неприязнь к этому мальчишке, он привязался к Сафи, смотрит не нее глазами преданного пса.

   - Весьма благородно, - уголки тарга дрогнули в улыбке. - Но не очень осторожно.

   - Дело в том, что наслушавшись о ней сплетен, люди видят в Сафи причину всех вселенских бед. Узнав ее ближе, Хэрб изменил отношение, - ответил герцог. - Нынешняя проверка состояния городов тоже ее заслуга. Кэбр меня потряс, я казнил градоправителя, превратившего город в выгребную яму.

   - Деяния тарганны Сафиллины похвальны, - взгляд хозяина дома немного потеплел. - То, что женщина радеет не только за свое благополучие, вызывает уважение. Весьма рад познакомиться с такой необычной женщиной. Вы позволите, ваше сиятельство?

   Герцог кивнул, усмехнувшись, и тарг Маэл встал со своего места, обогнул стол и протянул мне руку. Я смущенно потупилась и вложила в широкую сухую мужскую ладонь свои пальцы. Тарг встал на одно колено, прижался губами к моей руке, после поднялся и склонил голову. Сейчас при дворе такую учтивость редко встретишь. Я поднялась и присела в глубоком реверансе, благодаря за внимание к себе.

   Старый вояка вернулся на свое место. Я опасалась, что Найяр продолжит и дальше превозносить меня, сознательно вызывая в седовласом мужчине симпатию, но он, удовлетворившись жестом Ритана Маэла, сменил тему. Послушав их немного, я извинилась и изъявила пожелание удалиться, ссылаясь на усталость. Герцог вновь лично отодвинул мой стул и помог встать. Он проводил меня до двери, шепнул, что скоро придет, поцеловал руку и вернулся к столу. Он хотел проводить меня до покоев, но я отговорилась, сказав, что заплутать здесь сложно.

   Я же теперь спешила остаться одна, чтобы прочесть послание от Эбера Военора. Войдя в покои, я первым делом скрылась в спальне, велев Габи принести мне воды. Там я достала свиток. Судя по размеру, это скорей была записка. Прислушавшись, я развернула послание и начала читать. Для начала Эбер сожалел, что нам не удалось увидеться перед отъездом, потому что теперь он не сможет выразить мне свое почтение еще очень долгое время. На этом вступительная часть заканчивалась. Далее казначей предупреждал меня, что его коснулась сплетня о готовящейся мне ловушке. Что за ловушка, он не успел выяснить. Но все же хочет, чтобы я знала, кто при дворе способен поддержать меня, а кого мне стоит опасаться. В искреннее изумление меня повергло упоминание имени тарга Лона Когена, советника герцога по внешней политике. Всегда считала, что он настроен ко мне недружелюбно. Однако этот старый лис мог и провести меня. Если верить Эберу, а я ему верила, то Коген сочувствовал мне и восхищался моей деятельностью, высоко оценивая и помощь школам для девочек, и планы по созданию сельских школ и больниц, так же одобрял и подготовку грамотных лекарей. Зато тарг Коллин Доран, который казался мне вполне приличным человеком, поносил мое имя в желании угодить герцогине, к которой был приглашен на светский вечер. Еще несколько фамилий меня так же заставили задуматься, в обоих списках. Далее Эбер просил меня беречь себя, выражая надежду найти меня по возвращении в добром здравии. И единственное, что он позволил себе написать более личное, были слова: "Мысли о вас сделают месяцы моего отсутствия при дворе короче и легче. Преданный Вам, Эбер Военор". Подпись тоже была неофициальной. Больше ничего в записке не было, но важность ее я высоко оценила. Еще раз перечитав и запомнив фамилии придворных, я направилась в уборную, там сожгла записку и вернулась в спальню. Только там запах жженной бумаги не будет подозрительным.