Принцесса Карамия. Драконы не боятся смерти… - ЖаАнд

Тяжело вздохнув, сжал в руках камень, который полгода назад отдал мне Алгар. Меня закружило в водовороте, открыв глаза, я оказался у озера, её озера. Я часто прихожу сюда, просто сижу на траве и думаю о ней, как бы мы вместе сидели на этой лужайке или о том, как бы она смешно надувала губки если я её чем-то ненароком обижу. Закрыв глаза, представляю её рядом, нежные руки, ласковый голос, мягкую кожу и такие податливые губы.

— Я скучаю, Кара…Прости меня, что не смог уберечь. Я люблю тебя. — проговорил в пустоту, то что разъедало меня изнутри день за днём.

Глава 42

Три месяца спустя.

— Хранитель! — вуивр побрал этого мужчину. — Хранитель! — если он мне даст хоть еще одно задание, я сама его сошлю в какой-нибудь из миров. — Хранитель!

— Не кричи Карамия, междумирье не любит шума. — появился этот несносный мужчина и присел на диванчик. — Что же ты звала меня дитя? Неужели уже успела урегулировать спор в мире драконов и подавить восстание в мире эльфов? — с силой сжала зубы, чтобы не наговорить ему все что о нем думаю, вместо этого улыбнулась.

— Да, я все сделала хранитель. Выполнила каждое условие подписанного нами договора и даже больше, чем прописано в нём. — решила напомнить ему, оказывается хранители междумирья ещё те прохвосты.

— Знаю дитя, знаю. Очень жаль с тобой расставаться. Ещё не передумала? Может останешься? — ааааааа, готова была кричать из-за этого мужчины.

— Нет, не передумала. — собрав последние крупицы самообладания проговорила сквозь зубы.

— Хорошо, Карамия Слай Лавгуд де Велш, тебе дается невообразимый дар от мироздания, третья жизнь. Умоляю тебя не принимай ни каких необдуманных решений. Я конечно же буду рад тебя снова здесь встретить, уж больно хороший из тебя посланник вышел, но четвертую жизнь, никак не смогу для тебя устроить, хотя если останешься подольше, могу и четвертую организовать. — проговорил он, а в глазах его плясали вуивры. Богиня, неужели боги и правда доверяют этому мужчине? Он же сумасшедший, с точностью могу сказать, я с ним почти девять месяцев живу, ну как живу бегаю у него на побегушках, а он пользуется и ладно если бы только мной, за это время он еще несколько раз подписывал договора на возвращение к жизни, с разными условиями, кому-то, как и мне предлагал выполнить всего лишь написанные поручения (о том, что он может поручения дописывать благоразумно не уточнил), кому-то везло больше и у них был определенный срок контракта.

— В какой мир ты хочешь попасть? — спросил хранитель.

— На Деиру — воооот теперь моя очередь удивлять его.

— Это невозможно, ты и сама знаешь. Невозможно вернуться в тот же мир в котором ты умерла. — сухо сказал блондинчик.

— Нет уж, в договоре прописано, что невозможно вернуться в мир, в котором ты родился и умер. — хранитель нахмурился, кажется в его голове произошли какие-то не состыковки.

— Все равно ты не можешь вернуться в родной мир. — продолжал настаивать он.

— Так я и не прошу возвращать меня в родной мир, прошу на Деиру. Я там не рождалась, а про то что нельзя возвращаться в мир, в котором уже раз воскресла и умерла в контракте ни слова, не вижу ни каких проблем — победно улыбнулась. Да, да, да, вот тебе за мои страдания.

— Хорошо — выдохнул он, признавая свое поражение — будь счастлива дитя, буду тебя ждать. — улыбнулся хранитель, щелчок и вот я проваливаюсь в уже знакомую мне пустоту.

Приземлилась на уже знакомый мраморный пол, подняв взгляд понимаю, что у меня происходит дежавю. Вот белый мраморный пол, левитирующая сфера, преподаватели, деканы, адепты и он, как и в тот раз сидящий по центру пьедестала. Только в этот раз взгляд другой, в нем нет отрешённости, только неверие в происходящее.

— Карамия… — прошептал тот о ком я думала все ночи пребывая в междумирье.

— Деймонд. — стоило его имени сорваться с моих губ, как передо мной на доли секунды появился черный туман, из которого вышел ректор.

Он аккуратно дотронулся до моей щеки, будто боясь, что от его прикосновений я исчезну, растаю в воздухе.

— Кара…не ужели это ты? Неужели боги услышали наши мольбы? — его руки подрагивали на моих щеках, положила свои сверху, доказывая ему что это реальность и я не исчезну.

— Я тебе потом расскажу какие «боги» вернули меня сюда — хмыкнула, вспоминая хранителя — Дэй, мне очень неловко, не могли бы мы, скажем, немного уединиться, а то здесь многолюдно. — обвела взглядом деканов и преподавателей, которые смотрели на нас, боясь прервать, так и застыв истуканами. Ну да не каждый день кто-то возвращается с того света, а если быть честной, то, наверное, до меня и не возвращался, имея дела с хранителем нужно быть хитрее и наглее.

Кажется, Дэймонд тоже вспомнил, что мы находимся не абы где, а на вступительном экзамене, и если педагоги знали в чем значимость момента, то вновь прибывшие адепты уже начали перешептываться о неадекватном поведении ректора академии Дорос.

— Пошли — и мы правда пошли на выход из огромного зала, проходя мимо деканов, Нэргиз остановился на секунду около Вардена. — Прими экзамен, меня не будет сегодня… — Дэй перевел на меня взгляд — хотя нет, меня не будет неделю, а может и две.

Ой ой, кажется мой ненасытный ректор не собирается выпускать меня из своих объятий очень долго. Я лишь мечтательно улыбнулась.

Дождавшись кивка Вардена и его сумасшедшей улыбки, мы двинулись по коридорам по направлению к общежитию, но в одном из пустых коридоров Нэргиз резко остановился и начал рыться у себя в карманах.

— Дэй, что-то случилось? — он выглядел как-то слишком взволновано.

— Нет, уже нашел. — он вынул из кармана камень и с силой сжал его, не отпуская при этом мою руку. Секунда и мы оказались в столовой у моих родителей. Серьезно?! Нет я конечно думала, что мы сегодня к ним отправимся, но не прям же сразу.

За столом сидели отец с матерью, Дамид и милая беременная девушка, которую если правильно помню, звали Юна.

Они слегка провели взглядом по ректору и перевели их на тарелки.

— Дэймонд, что-то случилось? На тебе лица нет — спросила мама. Точно, они наверняка меня не видят за широченной фигурой Нэргиза.

— Да, Карамия… — от переполнявших его чувств он не мог говорить, да и по коридорам мы неслись как угорелые.

— Нам тоже не хватает её, присаживайся пообедай