Принцесса Карамия. Драконы не боятся смерти… - ЖаАнд

что Варден был опытнее и сильнее. Нужно действовать хитростью если я хочу выжить, а жить хотелось.

Мы сражались на кинжалах не используя друг против друга магию, просто не хватало рук для пасов. И это залог проигрыша Вардена, методично отступая в тень, я пыталась вспомнить то, что вбивали в меня родители, что-то же было для защиты. Удушение? Нет. Призыв сущности? Точно нет, неизвестно кто придет. Варден мне нужен живой, что же придумать? Точно!

— fossilium — заклятье подействовало моментально, движения Вардена становились все более замедленными, щит спал. Шаг, шаг, шаг…, и он упал будто замертво. Я уже говорила, как люблю рунную магию?

— Что ты со мной сделала?! — упс, совсем забыла, что заклятье обездвиживает, а рот не закрывает. Ну ни чего страшного пусть полежит, покричит если хочет.

— Отдохните магистр.

Не успела расслабиться и перевести дыхание, как заметила огненную вспышку, направленную на меня, если я могла уйти с траектории, то Варден уже не может, а мне он нужен как говорила живым. Закрыв его своим щитом, отправилась к своему «любимейшему» дяде, нужно подобраться поближе что бы заклинание подействовало. А еще желательно увести его подальше от обездвиженного магистра.

Шаг, кувырок, щит, шаг, кувырок, огненная стрела, шаг… Методично приближалась к Аарону, который видимо не рассчитывал, что я окажусь сильным соперником.

— Дрянная девчонка, что же ты не можешь просто сдохнуть? — прокричал мне он, отправив в меня десяток стрел.

— Уже дорогой дядюшка, иначе не оказалась бы здесь. Позволь узнать, почему же ты никак не успокоишься и не заживешь своей жизнью? — мне правда был интересен его ответ.

— Никогда! Своей жизнью говоришь? Какой? Жить всю жизнь в тени младшего брата?!Ну уж нет! Попав сюда, потеряв своего драгоценного дракончика он стал слаб! Я! Я должен был стать здесь королем! Слышишь? Я! Ну ни чего, сначала убью тебя, а потом дойду и до нашей семейки! Корона будет моей! — смотрела на этого человека и не узнавала, того любящего дядю, которым он был в моем детстве, когда казалось что он смирился со своей судьбой. Сейчас передо мной стоял обезумевший человек, в его глазах не было и грамма адекватности.

Не вовремя задумавшись, пропустила огненную плеть, что обожгла мои лодыжки. Я полетела на землю, сдирая кожу на ладонях. Аарон же не упустил момента, запустил огненный шар, только богиня знает каким чудом успела перекатиться на спину. Дядя подошел ко мне вплотную, держа в руках еще один заряд. У меня есть только мгновенье на принятие решения, секунда и огненный шар в руках мужчины погас, он начал оседать на землю, держась за основание шеи, где торчал мой метательный нож.

— Прости папа, я не смогла привести его живого… — в каком-то оцепенении наблюдала как уходит жизнь у человека, которого когда-то я любила, у человека которого всегда считала частью своей семьи, у человека что был так дорог моему отцу несмотря на все что он сделал…

Из странного оцепенения меня снова вывел крик, резко обернувшись увидела, как трое нападают на Рафа и Дэймонда, еще один пытался разрушить щит, который Лина держала из последних сил.

Убрав чувства подальше, кинула огненный смерч в нападавшего. Сначала Лина, потом помогу Рафу и Дэймонду. Не ожидавший нападения со спины, «плащ» попал в водоворот, из которого уже не выберется живым.

И тут я допустила самую главную ошибку, упустила из зрения одного из «плащей», и не абы кого, а главного. Мою шею обожгло холодом, на мне будто появился ошейник, который сдавливал, заставляя задыхаться, при этом не убивая.

— Решай, Деймонд, твоя жизнь или жизнь девчонки? — тварь! Какая же он тварь! — Обещаю отпущу твоего сынка, он мне не нужен, все равно Гейнер мертв, людской трон мне без надобности, как и смерть девочки, вижу Аарон последовал за Гейнером. Решай Дэймонд, тик-так, тик-так. — издевательски произнес мужчина.

Я видела, как боль исказила лицо Дэймонда, сложный выбор, если выберет свою смерть никто не сможет точно сказать отпустит ли нас "плащ" и появится ли подмога, если выберет мою…тут и говорить не о чем. Обвела взглядом поле битвы, в живых остались только двое «плащей» и Варден под воздействием, который к слову говоря могу снять только я или родители.

В глазах ректора появилась решимость, и она мне не понравилась. Нет. Он должен жить. Его жизнь важнее, он еще должен подготовить Рафа к правлению и себе выбрать приемника. А я? Я вообще могла бы здесь не появиться если бы не предательства Марэ. Для меня выбор очевиден.

Не дожидаясь его решения, резко дернулась вперед, вытаскивая еще один припрятанный метательный нож. Бросок…, попала в «главного плаща», поранив его чуть выше плеча, не задев ни каких жизненно важных артерий. Провокация сработала. Секунда и я почувствовала, как удавка сдавила шею сильнее, но вместо удушения мои органы будто разрывались изнутри. — кажется «плащ» действовал на рефлексах, слишком удивленное лицо у него было, шантаж с треском провалился.

— Нет!!!!!!

— Кара! — слышала голоса Рафа и Дэймонда, как сквозь вату.

— Быстрее, защищаем господина Нэргиза и его сына! — кажется это был голос того мужчины, что отводил меня тогда в камеру.

Звук борьбы был слышен ещё несколько мгновений и всё стихло. Я почувствовала, как мое тело прижимают к твердой груди.

— Карамия, Кара держись, пожалуйста, Кара, я люблю тебя! — услышала голос Дэймонда, старалась вдохнуть его запах, посмотреть на него в последний раз, но зрение отказывалось фокусироваться на лице возлюбленного. Я тоже люблю тебя Дэймонд Нэргиз, я тоже… пытаюсь сказать, но из рта выходит только теплая жидкость. — Ка…

Я перестала слышать его голос, чувствовала, как жизнь уходит из меня. Мамочка, папочка, простите меня, не могла позволить ему погибнуть. Мне не страшно умирать…только жаль, что я не успела… много чего не успела, ни в той жизни, ни в этой…

Удар сердца…прозвучал последний удар моего сердца…

Глава 40

Луна освещала поле, покрытое кровью. В центре жестокого и бессмысленного побоища сидел темноволосый мужчина, он крепко прижимал к себе тело мертвой девушки, чьи волосы переливались серебром под лунным светом. Дэймонд кричал, по его щекам катились слезы, он умолял, просил богов вернуть ему девушку, что прокорила его сердце.

— Отец… Отец, мне жаль… — проговорил Раф, подойдя к мужчине, положив руку ему на плечо, пряча мокрые глаза от него.

Новая порция крика разрезала тишину. Молодая женщина упала на колени около тела Кары.

— Карамия, доченька, Карамия… — сквозь слезы шептала она, взяв остывающую руку девушки. Рядом с ней