Дочь королевы - Дилара Кескин

дрожа всем телом, ее глаза быстро забегали по комнате, будто что-то разыскивая.

– Китана, – мягко позвал я. – Ты в порядке? Мне показалось, тебе приснился кошмар.

Девушка посмотрела на меня, ее грудь судорожно вздымалась. Она наконец сбросила остатки сна и осознала реальность. Девушка положила руку на лоб и прикрыла глаза. Я отложил книгу, налил воды в стакан и протянул ей.

Китана жадно пила, затем вернула мне стакан.

– Спасибо, – поблагодарила она, откинувшись на подушку. Затем повернулась ко мне лицом, положила руку под голову и посмотрела на книгу, которую я читал.

Девушка выглядела очень задумчивой.

– Что тебе снилось? – спросил я, чувствуя необходимость.

Китана немного подумала и тяжело вздохнула.

– Та женщина, – прохрипела она в ответ, затем моргнула, явно не желая вспоминать подробности сна. – Она просто подожгла себя, а мы ничего не смогли сделать.

– А что мы могли? – сказал я то ли ей, то ли самому себе. – Если бы не в тот день, она бы покончила с собой в любой другой.

– В нашем королевстве дети не пропадали.

Я приподнял бровь, но не услышал в ее голосе намека, поэтому не стал вставать на защиту своей страны.

– Куда исчезли эти дети, Винсент? – грустно продолжила она. – Как великий король не может их найти?

Этот же вопрос мучил и меня.

– Мы не знаем, с чем имеем дело, Китана.

Я знал, что мой ответ ее не удовлетворил, но не нашел более подходящих слов. Видимо, девушка это понимала, поэтому ничего не ответила.

Я поднял голову от книги и почувствовал, как сильно устали глаза. Я убрал книгу на тумбочку, погасил лампу, и комната погрузилась во тьму. Лишь слабый лунный свет просачивался в окно. Сразу после этого я отвернулся от Китаны и закрыл глаза.

– Винсент, – прошептала Китана, спустя всего несколько секунд.

– Да? – повернулся я, оказавшись с ней снова лицом к лицу.

Девушка несколько раз открывала и закрывала рот, пытаясь что-то сказать, но не могла сформулировать мысль.

– Возможно, моя просьба прозвучит нелепо, но ты не мог бы не отворачиваться от меня сегодня?

Я удивился, но не счел ее слова абсурдными. Я понял, что она боялась своих снов.

– Хорошо.

Китана закрыла глаза, я положил руку под голову. Я уже задремал, когда почувствовал, что Китана придвинулась ближе, уткнувшись лицом мне в грудь, но я так устал, что не отстранился и уснул, вдыхая исходящий от ее волос запах мыла.

Глава 13

Придерживайся плана

Stantough – Hips Don’t Lie

Китана

Проснувшись на десятый день после свадьбы, я думала, что, как обычно, окажусь одна в постели, но вдруг услышала невнятное бормотание Винсента. Я задумалась о том, что мне делать. Да, мы спали в одной постели каждую ночь, но я не привыкла видеть его утром, когда просыпалась.

Я медленно открыла глаза и увидела, что Винсент лежит на спине. Он выглядел удивительно уязвимым во сне. Серая пижама прикрывала его руки только наполовину. Он спал так крепко, что, казалось, если бы рядом палили пушки, он бы все равно не проснулся.

Я не привыкла к тому, что он спит допоздна. Винсент вставал очень рано и занимался государственными делами вместе с отцом. Не будет ли его король ругаться, если он продолжит спать?

Я медленно повернулась на спину, решая, будить ли мне Винсента. Поразмыслив хорошенько, я решила прервать его сон, и заодно выяснить, относится ли он к категории людей, которые злятся, когда их будят. Я взяла прядь волос и коснулась носа Винсента. Через несколько секунд он поморщился и приложил руку к носу. Я отодвинулась, думая, что он вот-вот проснется, но принц снова засопел.

Я вздохнула и провела прядью волос ему по щеке. Винсент нахмурился и отмахнулся от несуществующего комара. Я прикрыла рот рукой, чтобы не рассмеяться, и едва успела увернуться от его оплеухи.

Принц поднял голову, приоткрыл глаза и посмотрел на меня. Видимо, он не понял, что я щекотала его волосами, поэтому откинулся на подушку и повернулся на другой бок.

– Доброе утро, – хрипло поздоровался он, обхватил подушку руками и снова закрыл глаза.

Я удивленно приподняла брови. Его голос звучал куда ниже и грубее обычного, точно он был пьян, и выглядел он куда красивее, чем днем.

Принц боролся со сном и не замечал моего взгляда.

– Доброе утро, – отозвалась я. – Разве ты не идешь сегодня к отцу?

Винсент что-то проворчал себе под нос.

– Сегодня мы всей семьей отправимся на охоту, – наконец сказал он, найдя в себе силы заговорить. – Разве я не упоминал?

Я отрицательно покачала головой.

– Ну, развлекайтесь там, – произнесла я, когда принц снова уткнулся головой в подушку.

– Я сказал, всей семьей, Китана, – через несколько секунд отозвался Винсент. – Ты тоже из этой семьи, помнишь?

Если честно, на некоторое время я об этом забыла, расслабившись в постели. Слова Винсента вернули меня к суровой реальности.

– Разумеется, я не забыла. – Я постаралась звучать как можно правдивее. – Просто думала, что под семьей ты имеешь в виду отца и братьев.

Винсент понимал, что я не считаю себя одной из них, но промолчал. Возможно, не хотел спорить, а может, тоже не видел во мне члена семьи.

Мужчина глубоко вздохнул. Я не смотрела на него, но поняла по движениям, что он встает с постели. В отражении зеркала я следила, как он направился в ванную, умылся, почистил зубы и зашел за ширму переодеться. Убедившись, что он меня не замечает, я чуть приподнялась. За резной ширмой частично виднелись спина и пресс Винсента.

Я поймала себя на том, что задержала дыхание, глядя на него. Я откинулась на подушку, понимая, что должна испытывать неловкость, но с трудом подавила желание посмотреть на него еще раз. Что происходит со мной этим утром?

Борясь со своими желаниями, я направилась в ванную. Закрыв дверь, я плеснула на лицо холодной водой. Немного отдышавшись, я наконец пришла в себя. Я вернулась в комнату и обнаружила, что Винсент в одних лишь брюках выбирает рубашку. Все мои старания побороть утренние фантазии обернулись провалом.

Винсент явно не догадывался о моих мыслях. Придав себе небрежный вид, я прошла мимо него к отведенной для меня секции шкафа и сосредоточила свое внимание на чем-то, кроме мужа.

– Китана, – внезапно позвал он.

Я повернулась к нему.

– Как думаешь, какая лучше? – спросил он, поочередно прислоняя черную и бордовую рубашки к своему оголенному торсу. Я моргнула.

– Бордовая лучше.

– Да, ты права, – согласился Винсент,