Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

Его ложке редко приходилось подниматься выше чем на пару дюймов. Я попробовал похлебку. На вкус она была словно мокрая овца на запах.

— Что привело тебя в город? — спросил Кеси.

Он был уже немолод и успел потерять несколько передних зубов — я не знал, в драке или из-за болезни. Во время еды он часто хлюпал, когда пища вываливалась из его рта.

— У меня были вопросы к полковнику. И я хотел кое-что купить. Не знаете, кто-нибудь в ближайшие дни не собирается на запад? Мне бы хотелось, чтобы туда кое-что доставили.

Я помешал похлебку. Четвертушка луковицы, три морковки, крошащиеся ломтики картофеля и пара хрящеватых кусочков мяса. Для густоты в суп щедро добавили муки. И перец. Много перца. Похоже, другими специями повара не пользовались. Сначала я выловил морковку. Она была сильно переварена, однако ее аромата хватило, чтобы я смог им насладиться.

— Доставили куда? — поинтересовался Кеси, отвлекая меня от вкусовых ощущений.

— В Мертвый город. Там есть женщина, по имени Эмзил, с тремя ребятишками. Я останавливался у нее на некоторое время, и она одолжила мне свой мешок. Пришло время его вернуть.

— О-о, Эмзил! Да, сэр. — Эбрукс с видом ценителя зацокал языком. — Лакомый кусочек, если сможешь его урвать. Странно, что ты не хочешь сам его «доставить».

— Ничего подобного. Я лишь хочу отблагодарить ее за гостеприимство.

Я с трудом скрыл раздражение.

— Тебе не повезло, толстяк. Все возчики уже зимуют. Если буря застанет тебя в пути в это время года, тебе конец. Валит снег, ветер его разглаживает, и — опаньки! — куда же делась дорога? Мало кто на это решится. До весны никто никуда не поедет. Разве что найдешь разведчика, который направляется в ту сторону, но удачи тебе, если соберешься просить его об услуге. Хочешь доставить посылку — езжай сам. Все равно никто не узнает.

— Возможно, я так и сделаю, — солгал я.

Я и сам не мог разобраться в чувствах, которые испытывал к Эмзил. Я хотел послать ей подарки не только ради детей, но и чтобы она лучше обо мне думала. В то же время я не был уверен, что хочу ее снова увидеть. Слишком многие отзывались о ней как о шлюхе из Мертвого города. И я сомневался, что сумею скрыть это знание при встрече с ней.

— Впрочем, кое-кто из разведчиков может это сделать для тебя. Хитч или этот новенький, Тиббер или Тайбер, как бишь его там?

— Лейтенант Тайбер? Он здесь?

— Ты с ним знаком? — удивился Эбрукс.

— Не то чтобы. Просто слышал о нем.

— И что же ты слышал?

— Ну, какие-то слухи. Он ведь сын аристократа, верно? Кажется, он учился в Академии?

— Какая разница? Ублюдочные выскочки.

Кеси явно злило уже то, что меня вообще занимают подобные вещи. Насколько им было известно, я, как и все остальные, был сыном простого солдата. И они ожидали, что я разделю их презрение к офицерам, получившим чин благодаря происхождению. Это причиняло мне боль, но я лишь кивнул и вернулся к трапезе. Ломтики картошки разварились не меньше, чем морковка. Но хлеб был отличным. Я разломал его на кусочки, чтобы макать их в перченую похлебку. Я думал о пище, а не о Тайбере и наших общих честолюбивых мечтах. Зависть сыновей старых аристократов разрушила его надежды. А мои мечты украла магия спеков.

— А о чем ты спрашивал полковника? — вновь прервал мои размышления Эбрукс.

— Я спросил, не следует ли нам запасти гробы. Мы знаем, что чума вернется. Так случается каждое лето. Я заметил, что всякий раз нам не хватает могил и гробов и некогда сделать новые. И приходится хоронить людей в братской могиле. Я подумал, что лучше приготовиться заранее. И уже копаю могилы — каждый день по одной.

— Ага. Ясно. Я же говорил тебе, что он не кончит, как Реймс, — сказал Эбрукс, обращаясь к Кеси.

— А кто такой Реймс? — сразу же спросил я.

— Парень, который последним делал твою работу. — Кеси прервался, чтобы шумно поковыряться в зубах. — Он трижды приезжал в город и просил полковника прислать ему кого-нибудь на смену. А потом покончил с собой. Во всяком случае, так говорят. Кто-то нашел его застрелившимся и поехал в город докладывать. Но когда нас отправили за ним на кладбище, там уже ничего не было. Ни тела, ни ружья.

— А крови? — спросил я.

Эбрукс и Кеси переглянулись и пожали плечами. Они не знали. Наверное, они ее и не искали. Я подозревал, что они лишь вздохнули с облегчением, не найдя тела, которое пришлось бы хоронить. Они не были любопытны. Я встретил их во второй раз, когда пришел сюда поесть. Они сами сели рядом со мной и сообщили, что именно они копают могилы и работают на кладбище летом. Именно это занятие и сделало нас приятелями.

— Тело так и не нашли? — поинтересовался я, почти не сомневаясь, что получу отрицательный ответ.

Они вновь переглянулись.

— Мы его нашли. В итоге. Вернули на кладбище и похоронили.

— И где же вы его нашли?

Меня раздражало, что эту историю приходится тянуть из них клещами. Кеси прищелкнул языком:

— Как всегда. На дереве.

— Кто-то украл тело и оставил на дереве?

— Конечно на дереве. Где же еще?

Я пришел в замешательство.

— Но почему на дереве? Его затащило туда какое-то животное?

— Можешь и так сказать, — фыркнул Кеси.

— Ты не знаешь о телах на деревьях? — удивился Эбрукс. — Я думал, тебе сказали, когда послали туда.

— Я знаю лишь то, что я сын-солдат, — покачал головой я. — Мне нужно было вступить в армию, и, после того как я помог разведчику Хитчу, полковник Гарен взял меня на службу. И поручил охранять кладбище.

Конечно, я знал чуть больше, но решил, что их вдохновит мое невежество. Они снова переглянулись.

— А ты говоришь, что он смельчак, если согласился стать сторожем. — Эбрукс насмешливо покосился на Кеси. — Чертов придурок просто не знал, с чем он связался!

— Так почему же вы мне ничего не сказали?

Они широко заухмылялись, но я видел, что им обоим несколько неловко.

— Что стало с теми, кто сторожил кладбище до меня? И что там насчет украденных тел?

— Ну, рассказывать особо не о чем, — весело заявил Кеси. — Иногда это случается, а иногда нет. Ты кого-то хоронишь, и — опа! — на следующий день могила разрыта, а тело исчезло. Тогда ты идешь в лес и ищешь, пока не находишь. А это чертовски непросто, поскольку в один день лес полон жутких звуков, а в другой ты зайдешь в