"Фантастика 2024-82" Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Переяславцев Алексей

Рабов содержали вне стен усадьбы. Сделано это не случайно, ведь восстания в таких крупных поселениях становятся самыми жуткими событиями. Но и на свободе держать рабов никто не станет, вдруг разбегутся. До холмов несколько рукой подать, в них может скрыться не одна сотня беглецов.

С восточной стороны усадьбы располагалась огороженная территория, в которой было несколько строений. Рабские бараки.

Единственное достоинство таких строений, что летом в них прохладно, а зимой не слишком холодно. Спали в бараках по три десятка человек на трехъярусных нарах. Рабы сами ухаживали за собой, содержали бараки в чистоте. Надсмотрщики лишь контролировали результат их деятельности. Никто же не хочет, чтобы ценный товар заболел, не хватало еще чтобы сотни рабов передохли от болезней.

Территорию охраняли варвары. Те же самые, что защищали покой жрецов на холме. Похоже, что во всей Аретии используется труд наемников. Виал этого не учел, но с другой стороны, что это меняет? С наемниками даже лучше, ведь их верность зависит от кошелька хозяина.

И сейчас не требовалось подкупать воинов.

Навстречу хозяину вышел старший надсмотрщик. Судя по клейму, он был таким же рабом, как его подопечные. Кожаный панцирь, дубинка и кинжал указывали на его статус. Возраст и морщины предавали этому человеку воинственный вид.

Землевладелец обменялся с ним фразами на языке данаев. Виал понял только то, что им требуется осмотреть товар для покупки. Имена указаны в табличке.

Гости и хозяин остались у входа, возле открытых ворот. Никто не хотел заходить внутрь, чтобы не рисковать понапрасну.

То, что увидел Виал, поразило его. Он ожидал увидеть ужасные строения, от которых несет смертью и тленом. Но нет, эта территория просто была своеобразным поселением. Десяток бараков, дома надсмотрщиков, складские помещения, где хранился инвентарь. Был даже колодец, возле которого отирались рабыни. Никто не запрещал мужчинам и женщинам встречаться, ведь это обеспечивает восстановление численности рабов. К тому же, рожденные в рабстве намного покладистей.

Кормили рабов, как скот: грубой и простой едой. Мясо и вино только по праздникам, да и то небольшими порциями.

В любом случае, под властью богатого хозяина рабам жилось лучше. В большом хозяйстве нельзя уследить за всем, рабы имеют определенную свободу. Не сравнить с той, что обладают городские рабы, но все же.

Долго ждать не пришлось. Старший надсмотрщик вскоре привел нужный десяток человек. Те не выглядели изможденными, забитыми людьми. На хозяина смотрели не с испугом, но с интересом.

Эти люди были мастерами, чьи умения ценятся на рынке. Зачем ломать им пальцы, забивать в колодки и морить голодом? Зачем портить имущество глупой жестокостью. Ведь если так хочется, можно найти достаточно рабов для битья.

Количество подневольных поразило Виала. В Гирции разве что на латифундиях принцепса можно встретить столько рабов. А тут какой-то жрец… ну, ладно, не какой-то жрец, а сын экзарха.

С учетом того, что Виал занимался рабским промыслом, увиденное неприятно поразило его. Ведь среди этих людей может оказаться он, его спутники, его знакомые. Не потому что жестокие пираты нагрянули в их поселение, а потому что жрец набросит на шею петлю.

И кто из них настоящий мясник?

Виал улыбнулся юноше. Сын экзарха непонимающе уставился на гостя.

Эгрегий тоже был поражен, в основном, сравнивая образ жизни этих людей. Конечно, пастухи в Гирции намного свободнее, но и вынуждены бороться за существование. Как бывший раб он иначе воспринимал увиденное.

Впрочем, обсудить впечатления мужчины не могли.

Зато Хенельга не увидела ничего необычного, не понимала, что видит перед собой.

– Вот, выбранные вами люди, – хозяин отступил в сторону, указал на подневольных.

– Что ж, надо познакомиться с вашими должниками, – Виал улыбнулся.

Он вышел вперед, оглядел выстроившихся в шеренгу рабов. Чувствовалось, что эти люди не утратили своего мнения, не забиты правилами и распорядком. Это и хорошо, и плохо для покупателя.

Сначала Виал попросил их представиться, уж эту просьбу он мог произнести без переводчика. Каждый раб представился, а Виал, сверяясь со списком, мысленно отмечал их. Возраст, род занятий, родственники.

У этих людей оставались связи, что наверняка будет сдерживать их в желании покинуть Поллиэтию.

Виал не знал, кого выберет, потому решил побеседовать со всеми. Землевладелец скромно стоял в сторонке, но не так далеко, чтобы не слышать, о чем говорят покупатель и товар. Переводчик не потребовался, там, где слов не хватало, торговец мог разъясниться жестами.

Себя он представлять не стал. Чтобы у товара не было времени осмыслить, что в их жизни изменится. Такая стратегия эффективна, если требуется склонить на свою сторону. Ведь никто из этого десятка не захочет переезжать в Гирцию, дай им только время на размышление.

Эгрегий и Хенельга скучали. Ведь местного языка они не знали, что они могли успеть узнать за несколько дней. И пусть языки в чем-то схожи, все-таки различия между ними были. Хенельге даже проще, ведь она до сих пор учила гирцийский.

Опрос затянулся, заскучали все присутствующие. Спутники Виала разместились у стены, чтобы оставаться в тени. Хозяин распорядился принести вина и закусок. В кладовой рабского поселка было не так много дорогих продуктов, пришлось старшему надсмотрщику из своих запасов нести угощение для господина.

Перекус был простым: сильно разбавленное вино и соленые маслины. Землевладелец был столь любезен, что не предложил гостям даже этого. К счастью, Эгрегий озаботился тем, что взял с собой флягу с водой.

А Виал, казалось, ничуть не устал. Оставаясь на солнцепеке он еще долго опрашивал выбранных им людей. Из десятка он сначала отобрал семерых, остальных отослали. С оставшимися торговец уже беседовал глубже, объявив цель своего визита.

– Я пришел из Гирция, – объявил он всем семерым, – собираюсь выкупить вас, переслать в свой дом, в свой коллегия.

И так далее.

Вскоре до рабов стало доходить, чего чужестранец от них хочет. Они и раньше заметили, что он не местный, но не думали, что заморский торговец станет покупать здесь мастеровых. Ведь на восточных рынках люди намного дешевле. В том числе ремесленники.

Так почему бы не отправиться сразу туда?

Именно такой вопрос Виалу задал один из рабов. Самый смелый и независимый из них. И самый дорогой, как оказалось. Виал очень хотел его приобрести, но не подавал виду.

Он объяснил, что на востоке люди не такие, как в Гирции или Поллиэтии. Они забитые, лишены инициативы, способны работать только из-под палки. Зачем такие люди честным гражданам? Получив свободу такие рабы как коровы будут стоять на том же лугу и жевать предложенную им траву.

В Гирции нельзя купить ремесленников, торговля гражданами запрещена. Рабы поступают с чужих рынков, а это будут варвары. Либо слишком независимые, либо слишком забитые. К тому же транспортные расходы повышают стоимость рабов.

Коллегии требовались цивилизованные люди. А таких можно найти только здесь.

Подобные слова понравились рабам, на что и рассчитывал Виал. Любой человек рад услышать, что он чем-то лучше своего соседа.

Но перебраться в Гирцию, в незнакомый город? На такое не каждый способен решиться.

Виал сделал последнюю уступку, сказал рабам, что они могут подумать до завтра. Если согласятся, то пусть обратятся к старшему надсмотрщику. Кто откажется, пусть живет своей жизнью. Подобным решением Виал показал рабам, что их мнение что-то да значит. Они не бессловесный скот для коллегии, они будут полноценными членами организации.

Расчет торговца оправдался: все семеро изъявили желание переехать.

Договориться о транспортировке не составило труда, благо, что начался торговый сезон. В Гирцию отправились десятки кораблей, стоимость проезда снизилась.

Глава 7