Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 - Кира Алиевна Измайлова

– Аделин тоже красивая, – ответила я, кивнув на сестру, притаившуюся возле мамы. – А я вовсе не желаю замуж!

– Почему же?

– Мальчишки все грубияны, – ответила я, хотя из мальчиков своего возраста знала тогда только слуг, а они и впрямь не всегда могли похвастаться хорошими манерами.

– А как же я? – весело спросил Саннежи, и в его темных глазах заплясали огненные искры. – Разве я грубиян?

– Но какой же ты мальчишка? – удивилась я. – Ты взрослый!

– Принцесса видит суть вещей, – подал голос старый князь, – Саннежи в самом деле уже назван мужчиной.

– Я рад буду принять его в своем доме, – ответил отец. – Жанна? Что нужно сказать?

– А ты умеешь стрелять из лука? – жадно спросила я.

– Конечно, – ответил Саннежи и улыбнулся еще шире.

– А метать ножи?

– Несомненно. А еще я умею ловить диких лошадей арканом и объезжать их. И своего ловчего ястреба я взял птенцом из гнезда и выучил сам. Хочу еще добыть детеныша дикого лесного кота и натаскать на охоту…

– Тогда оставайся, – милостиво разрешила я, и взрослые опять рассмеялись, – но только если возьмешь меня на охоту, а то папа говорит, что еще рано!

– Уже нет, – улыбнулся отец. – С днем рождения, дочка!

Аделин смотрела на меня из складок маминого платья блестящими от слез глазами. Ее день рожденья – сестре исполнилось пять – справляли недавно, ей надарили множество чудесных фарфоровых кукол и тонкой работы домиков для них, где даже золотая утварь была с ноготок размером, гору прелестных платьев, прекрасных книг с цветными гравюрами, уйму сладостей, комнатную собачку, котенка и канарейку в клетке…

Отец подарил мне старинный кинжал, тогда сходивший для меня за меч (он и теперь был при мне), пару подрощенных охотничьих псов, а от Саннежи я получила в подарок лошадь, маленькую кобылку, совсем молоденькую, двухлетку, очень норовистую. Ну да мне было не занимать упрямства, и как ни ахала мама, увидев мои синяки и ссадины (рыжая лошадка отменно брыкалась и пребольно кусалась), я не сдалась до тех пор, пока не приучила Тви к себе. Тви – так на родине Саннежи называют лошадей: позови правильно – никто и не догадается, что это человеческий голос, а не ветер посвистывает в траве и не птица кричит…

Тви уже не было со мной. Лошадиный век короче человеческого, и, хоть некоторые кони доживают и до тридцати лет, и даже до полусотни, моя рыжая кобылка уже ушла к самому первому своему хозяину, к тому, кто принял ее когда-то у матери, к Саннежи. У меня остался только ее последний сын – красавец Тван. Он был иной масти и изрядного роста, но того же нрава, и, хоть конюхов худо-бедно терпел, сесть на себя никому, кроме меня, не позволял…

– Хозяйка, – негромко окликнул Рыжий, и я увидела огненные искры в его глазах. Заснула я, что ли? – Ты что-то вспомнила?

– Да… – Я отвернулась. – Мой седьмой день рождения. Праздник… Там я впервые увидела Саннежи… Наверно, именно тогда Аделин начала завидовать мне по-настоящему. Это я была сорванцом, а она – настоящей принцессой, это ей должен был достаться прекрасный принц, а Саннежи…

– Он хотел тебя, – просто сказал бродяга. – Не принцессу. Тебя, хозяйка.

– Так не бывает, – улыбнулась я сжатыми губами. – Наш брак был выгоден, вот и все. Саннежи просто следовал приказу отца. Юноша в четырнадцать лет не мог влюбиться в девочку вдвое моложе себя. Позже, когда я подросла, дело другое, но…

– Не обманывай себя. В отблесках того праздничного огня он увидел, какой ты станешь всего через несколько лет, и все решил для себя. Думаешь, ему не предлагали других невест? – неожиданно серьезно произнес Рыжий. – Да еще каких! И родовитых, и умных, и красивых, и покорных… Никого он не пожелал. Знаешь, почему он почти все время проводил у вас?

– Почему же?

– Саннежи отрекся от права на престол, – помолчав, ответил бродяга. – Он сказал: не могу разорвать душу надвое, легче умереть. Не могу остаться дома и не думать каждый миг, что с моей нареченной. Не могу быть с ней и не беспокоиться, что делается сейчас на родине… Отец понял его и отпустил. Он знал, как Саннежи любил тебя… У князя есть еще трое младших сыновей, Деллерен правит теперь, род всяко не угаснет. А…

– Откуда ты это взял?! – вскричала я, вскочив на ноги. – Ты придумал это! Не могло такого быть, никогда бы он так не поступил… Ну скажи… скажи, что это неправда, иначе…

– Иначе – что? – спросил Рыжий, глядя на меня в упор. – Скажешь, что это ты убила его? Нет, хозяйка, не ты. Ты его ранила – гордостью своей и злостью, но он любил тебя по-настоящему и понимал, почему ты так поступаешь. Он сумел бы сладить с тобой, если бы ему хватило времени. Говорю тебе – Саннежи отказался от прав на престол. Он, при всей своей гордости, стал бы твоим консортом, если бы ты позволила. А ты бы позволила, ведь так? Ты бы передумала в последний момент, и он разорвал бы помолвку с Аделин…

– Я не знаю… – Я закрыла лицо руками. – Что толку теперь говорить об этом, если его уже нет? Никого больше нет…

Тяжелые руки легли мне на плечи, я повернулась и уткнулась лицом в грубую куртку. От бродяги пахло… бродягой. Дымом костра, осенней прелью, сухой и мерзлой травой, почему-то железом, конским потом, псиной и им самим, конечно.

Пусть так. Я не могла плакать, но не хотела, чтобы он видел, как у меня дрожат губы.

В последний раз меня так обнимал отец. Да, верно, это было на похоронах Саннежи, и там очень похоже пахло гарью и металлом, свистел холодный осенний ветер, а улетающие лебеди проводили моего князя, уходящего в небо вместе с дымом погребального костра, печальным криком. Помню, мне показалось, будто в белом клине прибавилось лебедей, но, должно быть, мне просто попали в глаза брызги морской пены и зрение замутилось…

– Ну, будет, хозяйка, – негромко сказал он и усадил меня в кресло. – Ты права, былого не воротишь. Твой князь ушел за горизонт, но он запомнил тебя сильной и смелой, вот и не подводи его, слышишь?

– О чем ты?

– Бежать надо, – серьезно ответил Рыжий. – Одевайся да поскачем прочь отсюда.

– Но… что потом?

– Видно будет. В прошлый раз я говорил: «ночные короли» недовольны происходящим. Так и есть. Они помогут чем смогут, когда доберемся до них. – Рыжий ухмыльнулся. – А еще я нашел несколько верных людей, они ждут нас