Люди-феномены - Николай Непомнящий

Вначале XIX столетия в Западной Европе и Соединенных Штатах Америки распространилось увлечение так называемым месмеризмом – наукой о внушении. Основатель этого направления в медицине Франц Антон Месмер считался магом и волшебником, о нем слагались легенды, а писатели-романтики посвящали ему прозаические произведения и даже стихи. Тысячи людей мечтали стать пациентами знаменитого лекаря и стремились встретиться с ним.

Месмер был по-настоящему выдающейся личностью своего времени. Он изучал философию, теологию, право и конечно же медицину. В 32 года он защитил диссертацию о влиянии планет на организм человека, открыв тем самым несколько новых направлений в астрологии. Его познания были поистине безграничны. Интересовался он и искусством. В свой домашний театр приглашал Моцарта, Гайдна и Глюка. Заглядывали в гости к Месмеру другие композиторы и артисты. Ученый говорил на многих языках и отличался несомненным литературным даром. К тому же он обладал личным обаянием, привлекавшим к нему многих людей.

Магниты стали едва ли не самым сильным увлечением молодого Месмера. Как-то раз один пастор рассказал ему, как вылечил больную женщину с помощью магнита. Это известие привело ученого в восторг. Месмер был уверен: магниты – это кусочки метеоритов, упавших когда-то с неба. Ничто в мире не обладает таким набором волшебных свойств, считал он, как магнит.

«Магнитная мания» проявлялась у целителя даже внешне. Месмер с гордостью носил на шее магнитный талисман и укреплял на камзоле кусочки магнита. Ученый стремился намагнитить все предметы у себя в доме. Он изобрел метод «лечения магнитной водой», и его поклонники раскупали «заколдованные» сосуды для купания и мытья. Одно лишь прикосновение к ним должно было принести выздоровление.

Однажды Месмер пришел к пациентке, забыв дома магнит.

Пришлось ему делать пассы руками, притворяясь, что талисман зажат у него между пальцами. При этом он совершенно не надеялся на успех. Пациентка, однако, сразу же спокойно уснула и проснулась исцеленной. Месмера это поразило. Значит, дело совсем не в магните? Ученый вначале даже не подозревал, что открыл механизм психического внушения и вплотную подошел к тому, что мы сегодня называем гипнозом. Однако сам он дал этому явлению ложное толкование, полагая, что магнетизм концентрируется в самом человеке. По его мнению, в организме целителя циркулирует особая жидкость, магнетический флюид, через которую на больного воздействуют небесные тела. Одаренные целители могут пассами передавать эти волшебные флюиды другим людям.

Месмер принимал пациентов в особом «магнитном зале». Все в этом необычном помещении работало на атмосферу загадочности и таинственности. Повсюду лежали кусочки намагниченного железа. А посреди комнаты стояла огромная лохань с намагниченной водой.

Этому магнетическому интерьеру была уготована долгая жизнь. В конце XIX века новшеством Месмера воспользовались оформители комнат для спиритических сеансов. Правда, вместо кусочков магнита они использовали обыкновенные металлические предметы, но мистическая атмосфера, полумрак и черные занавески довершали психологическое воздействие на посетителей.

Деятельность «магнитного человека» обрастала удивительными слухами. Рассказывали, что во время месмеровских сеансов в пациентах пробуждались души давно умерших людей и начинали звучать чужие голоса. Причем ненадолго «предоставив» другой душе свое тело, пациент почти всегда полностью исцелялся.

Слава о необычном врачевателе пошла по всей Европе. Но популярность Месмера вызывала зависть у многих современников. За свою жизнь он нажил немало врагов и из-за их происков был вынужден покинуть родную Австрию. А в 1784 году король Людовик XVI подписал указ о проверке реального существования флюидов. Выводы королевской комиссии были неутешительными Для Месмера. Она сочла доказанным отсутствие флюидов. Этот вывод вдохновил злопыхателей. Ученому пришлось уничтожить часть своего архива, а вскоре после «разоблачительной» вакханалии Месмер переехал из Франции в Швейцарию.

Швейцарский период был самым спокойным в жизни Месмера. Он продолжал экспериментировать с магнитами и до глубокой старости принимал пациентов.

Иные православные святые поражают своими делами, силой и значимостью личности, участием в важнейших исторических событиях. А иные как бы незаметны, живут в гуще народной, но почитают и любят их не менее, чем первых, за то, что посвятили свою жизнь простым людям. Такова была и матушка Матрона, пока не канонизированная, но признаваемая церковью за Божью избранницу и помощницу. Иначе не опубликовали бы о ней книгу, в которой собраны воспоминания многих свидетелей ее жизни, ее предсказания и чудесные исцеления. Рассказывает Виктор Потапов: «Родилась Матрона Никонова в 1881 году в селе Себено Тульской губернии, расположенном в 20 километрах от Куликова поля. Семья была очень бедная. Матрона должна была стать пятым ребенком, и Наталия, мать Матроны, решила отдать будущего ребенка в приют князя Голицына в селе Бучалки.

Но перед родами Наталия увидела сон: спустилась с неба большая белая птица и села ей на правую руку. Лицо у птицы было человеческое и без глаз, с накрепко сомкнутыми веками. Сон оказался вещим – девочка появилась на свет слепой. Наталия сочла это Божьим знамением. Ребенка оставили в семье.

Когда девочка подросла, то стала ночами тайком ускользать из родительской постели. Бывало, проснутся взрослые, начинают звать дочку и слышат: «Да вот я». Смотрят: она в переднем углу сидит и играет с иконами. «Спите, – говорит, – я скоро приду».

Предсказывать и исцелять Матрона стала уже с семи лет.

Началось все с очень странной истории. Однажды девочка проснулась ночью, разбудила мать и говорит: «Мама, подготовься, у меня скоро будет свадьба». Ничего не понявшая Наталия побежала к священнику; тот не знал, что ответить женщине, но пошел к Никоновым и причастил Матрону. И вдруг через несколько дней стали подъезжать к их дому повозки – по пять-шесть в день, да все с больными. К Матроне пошли люди с разными бедами. Она читала над ними молитвы и очень многих исцеляла.

В другой раз (люди не помнят уже, в каком году) девочка попросила вдруг мать: «Сходи к батюшке, у него в архиве в таком-то ряду лежит книга, в ней изображена икона Царицы Небесной «Взыскание погибших». У нас в храме нет такой». Батюшка очень удивился, но книгу нашел и принес. Тут девочка и вовсе огорошила Наталию: «Мама, надо написать такую». Писать икону – художника надо, а ему за это деньги платить. Откуда взять-то их при никоновской нищете?

Но Матрона нашла выход: приказала женщинам своей деревни пойти по всем церквам округи для сбора помощи. Они и отправились: набрали денег, хлеба, масла, яиц. Продукты продали в городе и там же нашли художника, который согласился взяться за работу. Согласиться-то согласился, но выполнить никак не мог – что-то ему мешало. Побывал у Матроны, объяснил, что задерживается с заказом. Тогда девочка ему говорит: «Тебе покаяться надо, ты человека убил». Он испугался – откуда она его тайный грех знает? Но сделал, как Матрона велела, и после этого работа пошла у него как по маслу. Икона эта прослыла в селе чудотворной: рассказывают, что молитва перед ней исцеляет, а если засуха – выносят на луг, служат молебен, и вскоре начинается дождь.

Жившая по соседству помещица Лидия Янькова, часто посещавшая Киево-Печерскую, Троице-Сергиеву лавры и другие святые места, иногда брала Матрону с собой. В 1892 году она взяла девочку в Санкт-Петербург на службу отца Иоанна Кронштадтского. Будущий святой закончил службу и вдруг сказал собравшимся:

«Расступитесь! Дайте пройти!» А потом: «Матронушка, иди-иди ко мне». И когда она пошла ему навстречу, присовокупил: «Вот идет моя смена – восьмой столп России». Почему он ее так назвал, только ему было известно.

С ранних лет у Матроны обнаружился дар ясновидения. Еще малым ребенком в конце 80-х годов XIX века она разыграла перед матерью такую сценку: взяла куриное перо и общипала его. Посмотрела на мать многозначительно и сказала: «Видишь, вот так обдерут нашего Царя-батюшку».

Наталия, конечно, перепугалась, просила дочь больше таких слов не говорить, дабы чего не вышло, но девочка все равно продолжала рассказывать окружающим о грядущей судьбе России. Как будут грабить и разорять храмы и всех гнать, землю жадно делить, а потом забросят хозяйство и побегут кто куда.

Помещику Янькову и его жене, по-доброму к ней относящимся, Матрона от души советовала все продать и уехать за границу. Но Яньков хоть и видел, что девочка обладает даром предвидения, ее не послушал. «Дело всей моей жизни» – так называл Яньков свое имение – в революцию разграбили, и он умер в горе и нищете совсем еще не старым человеком. Дочь его, не имея средств к существованию, пошла скитаться и сгинула где-то на просторах России.