Динамит пахнет ладаном - Евгений Костюченко

— Точно такой же вопрос и я вам могу задать, — сурово ответил шериф. — Я тут по делам службы. А вы?

— И меня сюда пригнала работа, — Захар развел руками. — Мы в «Стальной Звезде» не знаем, что такое восьмичасовой рабочий день, что такое выходные и прочие блага цивилизации. Работаем сутки напролет.

— Я облегчу вашу работу. Мне прислали ордер на арест Орлова. Я его задержу, а вы можете спокойно отправляться домой.

— Железная дорога ведет свое расследование, и он нам нужен как свидетель.

— Вот и получите своего свидетеля. Только сначала я доставлю его к судье Томпсону в Сан-Антонио, в федеральный суд. Сдается мне, эта инстанция малость повыше частной железнодорожной компании? Или я что-то путаю?

Не дожидаясь ответа, шериф прогарцевал мимо Захара и направился к дому Орлова.

— Что будем делать, Зак? — спросил Билли. — С шерифом лучше не ссориться.

— Мы и не ссоримся. Пусть ждет. И мы будем ждать. Посмотрим, кто первым дождется.

— Не понял. Если…

— Что тут непонятного? — раздраженно спросил Захар. — Увидишь — стреляй. Думаешь, он даст себя арестовать? Не тот человек. Ему терять нечего. Он и шерифа завалит, не сомневайся. Ты бы согласился придти к судье, который отправит тебя на виселицу? Орлов — вне закона.

— Но если у шерифа ордер…

— Ты лучше о себе подумай, а не о шерифе. Если Орлов выстрелит первым, никакой шериф тебе не поможет.

— Вряд ли он выстрелит, — заявил Билли, похлопав себя по кобуре. — Вряд ли он успеет даже глаз скосить в мою сторону, как станет покойником.

— Надеюсь, так и будет, — улыбнулся ему Захар, мысленно похоронив трепача.

Туман — это хорошо. Орлов не станет дожидаться ночи, а постарается пробраться к дому, скрываясь в тумане. Он думает, что никто не станет ждать его среди бела дня. Думает, что засада, если и будет выставлена, то только к ночи. «Давай, Орлов, смелее», — подумал Захар с нетерпением.

Возвращаясь на свой пост в лесу, он увидел, что шериф расположился на крыльце орловского дома. Рядом на развернутой салфетке лежали свертки, стоял кувшин, а из открытого котелка поднимался пар. Ветер донес аппетитный запах тушеного мяса.

— Завтракаете, мистер Бакстер?

— Я тут и пообедаю, и поужинаю, если придется, — кивнул шериф. — Мне спешить некуда. Погода чудесная, вид отсюда прекрасный. Я и сам тут живу неподалеку, вон за той березовой рощицей.

— Да, красиво у вас.

— А вы сами откуда, Зак?

— Я с севера.

— Ну, тогда вам должно тут нравиться больше, чем в Эль-Пасо. И что вы там нашли? — Шериф подцепил ножом кусок мяса, положил его на хлеб и придавил сверху двумя кружк`ами нарезанного лука. — Я вот не смог бы жить там, где столько песка, москитов и мексиканцев. То ли дело у нас — лес, река, и одни белые кругом. Жить надо среди своих, вы не находите?

«Что он мне зубы заговаривает? — насторожился Зак. — Неспроста он приперся, неспроста».

— Предлагаете переехать в ваш округ? — спросил он с улыбкой.

— Почему бы и нет? Для хорошего полисмена тут найдется занятие. Вы ведь раньше в полиции служили, верно?

— Как вы догадались?

— У меня глаз наметанный, — с набитым ртом проговорил шериф. — Скажем, на военного вы не похожи, выправка не та. А вот когда имеешь дело со всякой швалью, когда приходится дубинкой вбивать закон в тупые головы — такое отпечатывается на человеке.

— На мне отпечаталось?

— Весьма заметно, весьма.

— Вы наблюдательны, Бакстер, — Захар прощально махнул ему рукой и быстрей зашагал к лесу, потому что у него желудок сводило от голода.

Подкрепившись беконом, он приказал своим:

— Вы двое — к фургону. А вы — на дорогу. Встаньте шагах в двадцати друг от друга и глядите в оба.

— Что, стоять прямо на дороге?

— Да. Стойте на набережной. Туман, понимаете вы или нет? Туман! Он может пройти незамеченным! Вот рассеется туман, все пойдем отдыхать, готовиться к ночи. Но сейчас — глядеть в оба!

— Какая-то у нас странная засада.

— Так засады не ставят.

— Не учите меня! — Зак от злости поперхнулся водой из фляги. — Живо по местам! И пушки держите наготове!

Они, недовольно бурча под нос, разошлись.

А Зак вернулся к шерифу. Он знал, что Орлов тут со всеми был в приятельских отношениях. Наверно, завидев Бакстера, он не испугается, а подойдет ближе. Наверно, подумает, что уж с Бакстером-то он всегда договорится. И ведь будет прав. Надо еще проверить, не соврал ли шериф насчет ордера. Может быть, он и явился сюда как раз для того, чтобы помешать «Стальной Звезде»? Да, очень может быть…

Он присел рядом с Бакстером на крыльцо и закурил папиросу. Шериф разжег сигару. Они молча дымили и смотрели на реку, почти невидимую за туманом.

А набережная постепенно оживала. Завывая колесами, протащилась длинная подвода. Навстречу ей так же медленно проехал фургон, запряженный волами. Туман понемногу таял, и вместе с ним таяла надежда Захара, что все решится уже сегодня, здесь и сейчас.

Солнце, ненадолго выглянувшее из-за облаков, загнало остатки тумана обратно к реке. Захар с досадой оглядел свое воинство — они маячили вдоль набережной, как городовые во время проезда важной особы. «Будем ждать ночи», — решил он и встал, растирая колени.

И тут он увидел старика, что прогуливался вдоль набережной. Собственно, тот появился уже давно, но до сих пор Захар не обращал на него внимания. Мало ли чудаков совершают утренний моцион?

И только теперь он подумал, что старика вполне мог подослать Орлов. На разведку.

Словно в подтверждение его мыслей, старик вдруг повернул и заковылял обратно к городу.

Захар чуть не бегом припустил от дома к набережной. Он на ходу вытянул кольт из кобуры и сунул за пояс. Увидев, что Билли встал с камня и изумленно таращится на него, Захар показал на старика и крикнул:

— Останови его!

— Кого? — заорал в ответ тупой техасец.

Но Захар уже пронеся мимо него и в несколько прыжков настиг старика.

— Извините, сэр! — задыхаясь от бега, проговорил он. — Эй, мистер, стойте!

Он забежал вперед и преградил деду путь.

— Что? Чего вам угодно, любезный? — прошамкал беззубый старикан, сердито насупив седые брови.

— Мне? Мне-то ничего не надо. А вот не желаете ли поговорить с шерифом? — спросил Захар, разглядывая рваный сюртук. — Мистер Бакстер хочет задать вам пару вопросов.

— Чего? Говорите громче, я стал неважно слышать…

Громко топая сапогами, подбежал Билли, а от реки по крутому берегу карабкался его брат Сэм. Остальные помощники Захара тоже не остались на местах. Он сердито обернулся и замахал на них руками:

— Убирайтесь! Идите по местам!

— Мы думали… — начал Билли.

— Думаю тут я! — оборвал его Захар. — Убирайтесь отсюда! Нет, не все! Билли, будь рядом.

Старик пробормотал что-то непонятное и зашагал прочь.

— Э, постойте, мистер, давайте пройдем к шерифу, — не отставал от него Захар.

— Зак, смотри, у старика-то пушка на боку, — сказал Билли, показывая пальцем на распахнувшийся сюртук.

«Не придерешься, — подумал Захар. — Револьвер в кобуре, кобура под одеждой, местный закон не нарушен. Всякий старый пень может таскать ствол, если здоровье позволяет. Но зачем ему с утра пораньше понадобилось брать с собой пушку? Подозрительный старик, весьма подозрительный!».

Дед грозно потряс тростью:

— Да что вы себе позволяете! Я вас в порошок сотру!

— Сэм, Билли, тащите его за мной, — приказал Захар и оглянулся, не идет ли к ним Бакстер.

Ему очень хотелось, чтобы тот подошел и разобрался с дедом на месте — кто такой, откуда взялся, что тут делает…

Но шериф спокойно сидел на крылечке и дымил сигарой, глядя куда-то за реку, поверх тумана.

— Э, папаша, где же вы так кровью измазались? — спросил Сэм, хватая старика за локоть и разглядывая его брюки.

Захар тоже опустил взгляд и увидел пятна засохшей крови. А еще он увидел, что под брюками прятались очень дорогие сапоги. В чем — в чем, а в сапогах Гурский разбирался. По одной только выделке носка он мог сказать, что стариковские сапоги стоят не меньше двадцати долларов. Он не успел сделать никаких выводов, потому что старик взмахнул тростью, и Захара словно молнией поразило. «Чугунная она у него, что ли», — только и успел он подумать, оседая на землю.

Очнулся Захар от грома выстрелов. Разлепив глаза, он увидел рядом с собой Сэма. Тот пригнулся за каменное ограждение набережной, и, выставив руку, палил куда-то, не глядя.

Захар приподнялся и увидел, как старик, стоя в баркасе, отталкивается веслом от берега.

Гурский вытянул кольт из-за пояса и чуть не выронил его. Руки дрожали, пальцы с трудом удерживали тяжелый револьвер. Положив ствол на парапет, Захар выстрелил в сторону баркаса. Искры из-под бойка укололи лицо, потому что он не выпрямил руку.