Богатырь и Звезда Сварога: Быль 3 (СИ) - Дубоносов Александр

— Получается, что в тот день, когда ты прогнал меня, то уже знал, что я тебе не нужен? — Яромир с презрением посмотрел на Велеса, пятно которого уже перешло на лицо. — Отвечай честно, хватит темнить.

— Аз уже молвил, оже ошибся с ребёнком… — несмотря на крайне плохой вид, голос Велеса оставался твёрдым. — Аз должен был исправить всё, покуда не стало слишком поздно! Ты бы меня не понял… На то время ты не был готов!

— Видишь, видишь, мой милый? — сладко заворковала Яга над Яромиром, невольно заставляя его сердце биться чаще. — Даже на смертном одре он темнит и не договаривает! И не смей отворачиваться от меня, ведь ты и сам всё это чувствуешь! Признайся себе, наконец, ты ему не нужен. Инструмент, игрушка, болванчик, живущий в неведении, птенчик, запертый в клетке!

— Не слушай её, сын! — Велес попытался подняться, но без сил рухнул обратно на землю. — Гони её прочь! Она вновь пробралась в твою голову!

— Видишь, видишь, как запел?! — Яга снова заговорила голосом Ядвиги, от чего перехватило дыхание. — Открою тебе тайну: он страшится тебя! Страшится той силы, что сокрыта в тебе… Ведь ты не славич. Нет-нет-нет, ты — Сварожич! Бог в человеческом обличии…

— Борись с ней, сын! Борись или погибнешь!

— Он — ничто пред твоими ногами, пыль! Но больше ты не будешь следовать его указаниям. Это твоя жизнь и живи её так, как хочешь ты! Ничего не бойся, ведь я с тобой! Ты сам видел, ты чувствуешь, что каждое моё слово правдиво! Всё, что я делала, было только ради тебя и для тебя, мой хороший!

Сознание Яромира замутило, в нос ударил дурманящий аромат малины и шиповника.

Он оглянулся и перед ним уже стояла вновь ожившая Ядвига.

Без единой царапины, в чистом платье и развевающимися на ветру прекрасными волосами.

— Забудь старика, — нежно шептала она на ухо Яромира, рукой поднимая его руку, всё ещё крепко сжимавшую Кладенец. — Сделай всего лишь один маленький тычок своей железякой, и мы вновь будем только вдвоём. Больше никакой лжи, никакого обмана… Я открою тебе все тайны мироздания, наделю бессмертием! Ты — даруешь мне силу и вместе мы остановим круг, вместе победим Перуна…

— Сын! — из оставшихся сил вскричал Велес. — Вспомни, оже аз твердил тебе! Вдох, выдох и — вперёд! Лишь только ты волен делать выбор! Лишь только твой свет способен развеять тьму!

Голос Велеса эхом отозвался глубоко в сознании Яромира, вырвав его из дурмана Яги.

Он с силой оттолкнул её и отскочил к старику:

— Проклятая ворожба… — пробурчал Яромир, старательно отряхивая голову и разминая лицо.

Яга и вправду изменилась.

Четкие, резные черты лица округлились, кожа потемнела.

Перед ними вновь стояла Ядвига, ровно такая, какой ещё утром она провожала Яромира на Могильный курган…

— Посмотри на неё, — тихо начал Велес. — Притворяется бескорыстной, честной душой. Сама доброта… В жизнь не поверю, оже ты способна что-то сделать для кого-то, кроме себя! Только не лги, оже твоя черная душа способна на любовь!

Настороженный Яромир подметил, как на глазах Ядвиги заблестели слезы.

— Послушай меня, сын. — Велес тяжело хрипел, с заметным трудом выдавливая из себя слова. — Аз выложу всё без остатка, но, сперва, тебя ждёт самый трудный выбор из всех возможных. В этот миг ты волен сам выбирать свою судьбу. Теперь ты готов… Вглядись в её черную душу: кем бы она ни обращалась, какими добрыми намерениями не прикрывалась, какие сладкие речи не произносила — она всегда преследует лишь ей одной ведомые цели. Такова её натура и такова натура каждого из ассов… Сегодня мы клянёмся тебе в вечной любви и безграничной преданности, а уже завтра твоя славная головушка красуется на пике в Чёрном доле.

Велес с огромным усилием дотянулся до руки Яромира и крепко прижал рукоять Кладенца к его груди:

— Мы — дети коварства и порока, зависти и похоти, лжи и самолюбия… Всё, оже произошло с тобой — вина моей беспечности и слепости. Аз стал стар и узколоб, но оже ведаю: она — причина всех твоих злоключений. Ты — Сварожич и сам волен решать… Теперь же ступай, а я тебя здесь обожду…

Яромир нахмурился и крепче сжал рукоять Кладенца.

Он встал и медленно пошёл на Ядвигу:

— И снова ложь!

Оковы Радагаста вновь защитили её, но сила удара Яромира все же заставила попятиться назад.

На мгновение он замер.

Она оставалась всё такой же красивой, как при их первой встрече…

Сердце Яромира готово было разорваться на куски. Оно бешено билось и руки опускались сами собой опускались.

С одной стороны его невыносимо тянуло к ней, с другой — он готов был разрубить её пополам…

— Глупый! — Ядвига по-детски мило улыбнулась. — Я ведь всё та же… Вспомни, сколько всего мы с тобой пережили! Как хорошо нам было вдвоем! Сколько добра я сделала для тебя, сколько твоих бесчисленных ран излечила! И после это ты ещё смеешь думать, что я способна желать тебе зла? Неблагодарный! Я пожертвовала всем ради тебя!

— Ложь, ложь, ложь! От начала до конца! — в ярости вскричал Яромир, вновь выбив сноп искр из щита. — Ядвиги никогда не существовало! Ты её выдумала, чтобы заполучить меня!

— Ошибаешься, дорогой! Всё, что ты знаешь про Ядвигу — правда, от начала до конца! — она попыталась перегородить Яромиру дорогу, но новый удар заставил её отступить дальше. — Будь по-твоему… Кащей, как и отец, просто помешан на чистоте крови. Поначалу он лишь делал недвусмысленные намёки, но, когда Велес сделал меня своей женой, брат окончательно ополоумел от ревности! Он считал, что я должна принадлежать только ему… И он подло воспользовался моей слабостью! Ровно тогда, когда вскрылось, что этот бородатый плут изменял мне с Дивой Додолой! Кащей получил своё и я родила Мару — первую чистую чернородную, появившуюся за множество кругов.

Яромира колотило от злости, но внутри скреблось отвратительное чувство, что сейчас она не лгала ему.

— От разочарования и обиды я рвала на себе волосы, в надежде, что страдания тела смогут заглушить боль внутри! — Ядвига залилась слезами. — Я возненавидела мужчин, возненавидела ассов и поклялась, что Мара никогда не достанется Кащею! Всем известно: если хочешь что-то скрыть, то лучшего для этого места, чем Белгород, не сыскать во всей Сварге… И там меня ждало лишь одно разочарование! Мара — упрямая и заносчивая, она взяла лишь худшее от нас обоих, но её дочка… Славная, добрая Ядвига заставила меня иначе посмотреть на Этот мир. Она научила меня любить, научила ценить и радоваться жизни.

— И ты не придумала ничего лучше, — позлорадствовал Яромир. — чем нацепить её личину?! Ближе к делу! — он вновь полоснул клинком по щиту. — Зачем тебе нужен был я?!

— Да, признаю, возможно, я не достойна твоего прощения. Слишком много зла было сделано мной, но, молю тебя, выслушай мою историю до конца. Возможно, тогда ты будешь обо мне другого мнения…

Яромир не ответил.

Ядвига же медленно продолжала отступать в сторону избы.

— Я не могла найти себе место, когда Мара обманула меня и спрятала дочку в Солнечногорске. Оттуда твой дед Илья и привёз Алёну — твою бабку по матери, внучку Ядвиги через третье колено.

В груди Яромира что-то больно кольнуло.

— Теперь ещё и по роду Кащеевич… — он невольно опустил меч. — Я уж подумал, что хуже уже быть не может…

— Поверь, я тоже не в восторге. — Ядвига согласно кивнула — Он рыскал по Сварге в поисках Мары, безумно жаждал переманить её на свою сторону. Она же не желала знаться ни с ним, ни со мной…

— Ты лжёшь. — приступ гнева вновь охватил Яромира. — Я уже не верю ни единому вашему слову! Твердишь, о том, какой он мерзкий, а сама бегала у него на побегушках!

— А что мне ещё оставалось делать?! — в свою очередь взбесилась Ядвига. — На меня объявили охоту! Думаешь, эти выродки из Совета Белгорода смогли бы мне простить то, что я с ними сделала?! Как бы не так…!

— Они действительно тебя унизили? — чувство жалости сдавило грудь Яромира, и он снова опустил меч. — Взаправду?

Губы Ядвиги затряслись и слёзы ещё сильнее побежали по щекам: