Невидимый враг - Анна Снегова

— А как там у тебя на родине? Как твой папочка поживает?

И…

Да!

Вот оно!

Я чувствую его.

Он здесь. Он рядом. Бродит вокруг, смотрит жадно, прислушивается к каждому слову. Больше не приближается ко мне. Я больше не его магнит, не тот центр, вокруг которого обычно он нарезает круги. Я просто декорация. Часть окружающего ландшафта. Кот наблюдает за обстановкой, навострив уши, и возможно, даже слегка обратился.

Его напряжение чувствуется в воздухе, я ощущаю это всей кожей по мурашкам на предплечье, по вздыбленным крохотным волоскам на затылке.

Поэтому решаю развить успех.

— Его императорское величество случайно к нам в гости не собирается?

«Во главе огромной армии», так и хочется добавить. Но я прикусываю язык. Зиала глуповатая, но не злая. Если она знает о какой-то угрозе, вряд ли могла бы смолчать. Точно бы проболталась. Моё дело, правильно её разговорить.

— Папочка? — она хмурит брови и видно, что не очень привыкла думать о неприятных вещах. — Он так обижен на меня, что я решила поселиться в таком захолустье!

Я думала, она добавит извинение, и что не имела в виду ничего дурного про наш дом… но она даже и не думала. Что было на уме, то и ляпнула. Она и правда считает Таарн захолустьем.

А в памяти немедленно всплывают другие слова.

«Ты талантливая волшебница. И такой талант преступно зарывать в глуши…»

В них определённо есть что-то общее. Говорят, подобное тянется к подобному. Я отлично могу представить моего кота рядом с такой девушкой, как Зиала. Они бы очень красиво смотрелись.

На меня нападает уныние, стараюсь не поддаваться. Надо сосредоточиться и слушать дальше — там Зиала ещё что-то продолжает болтать…

— Он так меня звал назад, так звал! Видишь ли, после моего ухода, увы, трон ему оставить не на кого, и наследников совсем нет. Тем более, что… Ай!!!

Она вскакивает и начинает отряхивать своё платье, по которому расползается уродливое алое пятно. Видимо, когда эмоционально жестикулировала, опрокинула кружку.

Я подхватываю льняную салфетку со стола, помогаю ей.

Зиала так расстроена, что немедленно чуть не плача просит мужа вернуться домой. Всё-таки, она осталась принцессой до кончиков ногтей! Не терпит ни малейшего несовершенства в своём внешнем облике.

Я решаю, что мне тоже пора.

Ухожу тихо, ни с кем не прощаясь.

И меня никто не провожает.

Обратная дорога кажется такой долгой… я не замечала раньше, как далеко моя хижина от ближайшего поселения. И какими пугающими могут быть молчаливые горы в темноте.

Возвращаюсь в хижину, отворяю тихо дверь… оставляю её незапертой, всего лишь прикрываю. Сбрасываю обувь, прохожу босиком на кухню. Света не зажигаю. Просто забираюсь с ногами на стул, обхватываю колени и сижу так. Без всяких мыслей, пялюсь на круглую луну в окне. В голове пустота. На душе тоже.

Когда едва слышно скрипит дверь за спиной, и я снова ощущаю чужое присутствие, внутри почти ничего не шевелится. Заставляю себя быть бесчувственной и равнодушной куклой. Надо заранее подготовиться к прощанию. Может, тогда будет не так больно.

Один за другим загораются магические огни. Рой зеленоватых искр вспархивает к потолку. Красиво… мне будет не хватать этой магии. Он так и не успел научить.

На стол передо мной увесисто падает моя тетрадь, открытая на пустой странице.

«Она правда счастлива здесь? Зиала»

Нет, бесчувственной куклой быть не получается. У кукол внутри нет сердца, которое ведёт себя по-предательски глупо — то пропускает удар, то начинает колотиться как бешеное. Снова это имя. Снова она…

А ведь я не упоминала ни разу в разговорах, как зовут имперскую принцессу. Он её знает.

По крайней мере, лицо получается держать. Продолжаю сидеть неподвижно, обнимая колени. Мне сейчас все силы нужны, чтоб не разреветься. Почему так горько…

— Значит, врал? Про возлюбленную? Что нету?

«Не говори ерунды», — раздражённо ложатся буквы на бумагу, царапая кончиком пера.

— Тогда почему спрашиваешь? Что тебе за дело до неё?

«Раз спрашиваю, значит нужно».

— Да! Да, она счастлива. Ты же видел её на празднике. Разве такая девушка, как она, осталась бы в Таарне, если бы не хотела? Он любит её, муж. Счастливая она.

Не получается взять эмоции под контроль. Они меня захлёстывают с головой, прорываются обидой и отчаянной завистью в голосе. А он ничего не замечает. Ему всё равно. Он сейчас думает только о Зиале.

«Значит, её не удерживают насильно?»

— С ума сошёл?.. Постой, так ты за этим явился? Узнать о принцессе?

Мурашки по спине. Пялюсь в тетрадь, не мигая. Жду его ответов. Одновременно и хочу, и не хочу видеть, что права.

«Не пытайся, малышка. Я сказал уже, есть вопросы, на которые я не буду отвечать. Но о ней мне узнать тоже важно. Это было слишком странно, когда Зиала не вернулась из поездки, а потом пришла весть, что она вышла замуж за простолюдина. Естественно, возникают сомнения в добровольности. На неё это совершенно не похоже».

Значит — он знает, что на неё похоже, а что нет…. кольнула непрошенной ревностью мысль.

— Таарн меняет людей, — пожала я плечами.

Он больше ничего не отвечает и не спрашивает. Очередной выдранный исписанный листок летит в огонь беззвучно.

Хотела бы я, чтобы его Таарн тоже изменил. Но мечтать не вредно, как говорится. Я тоже молчу. Не хочу ни о чём разговаривать. Молчание между нами повисает сотнями невысказанных слов. Молчание — будто ещё одно действующее лицо в нашей маленькой драме.

А потом вдруг после долгих-долгих раздумий мой Невидимка открывает чистый лист и снова пишет.

«Я хочу просить тебя о помощи. Если ты сделаешь кое-что, это очень поможет мне добиться цели моего путешествия. И это не причинит никому вреда, обещаю».

Вздрагиваю.

Чтобы потянуть время, расцепляю замёрзшие руки, опускаю колени… ноги засидела, не слушаются. Кое-как опускаю ступни на пол и встаю со стула. Смотрю туда, где по моим расчётам, должно быть лицо Чужака.

— Чего ты хочешь?

«Я должен узнать, что на самом деле случилось шесть лет назад с Архимагом Империи, которого убили в Таарне».

Отшатываюсь. Роняю стул. В тишине он падает с оглушающим грохотом.

Никто из нас не торопится поднимать.

Мне становится страшно до чёртиков. Я медленно пячусь, пока не упираюсь спиной в жёсткое ребро стола. Магические светляки светят глуше, их сияние больше не кажется мне уютным. Теперь оно зловещее. В абсолютной тишине уже