Последний бой (СИ) - Романов Герман Иванович

Рейхсмаршал еще раз показал на карту, над которой хорошо поработали генералы двух прежде воевавших сторон. Действительно, демилитаризированная зона получилась очень широкой, потому что советские войска фактически остановились на «старой» границе 1939 года. А к «новой» двинутся только пограничники, казаки и соответствующие службы с милицией — восстанавливать советскую власть. Сама советско-германская граница только на узком участке собственно Восточной Пруссии, а вот бывшее «генерал-губернаторство» и станет Польшей, в ее скукоженных границах. Но эта пока — дальше возможны различные варианты, надо будет посмотреть. Кулик ведь не забыл, кто первым с «низкого старта» рванулся в НАТО. Так что пусть панство отвечает за свои предпочтения и гонор, когда нужно быть «вменяемыми». Когда же такое происходит, Польшу тут же начинают «делить» ее соседи. Тут ведь палка о двух концах — у поляков всегда притязания к соседям, но при этом они забывают, что и у тех претензий много. С «ясновельможным панством» и «пилсудчиками» разговоров не будет, начнут сами к социализму переходить, тогда и будут решаться вопросы по справедливости, причем самими народами, а не капиталистами.

— Швеция из войны вышла, объявила о мире, — произнес Кулик, усмехнувшись. — Финляндию до окончания боевых действий мы держим оккупированной, но пока разрешили финнам возвращаться — поездка в Сибирь им не грозит, если вести будут тихо и прилично, подчинятся новой власти. Но ты ради получения дополнительных бонусов можешь передать шведам, что это целиком твоя заслуга. Вроде того что «восточные соседи» слишком недовольны ими, а потому Германия пошла на большие уступки и выплаты. Так что стряхни с них хорошо, все военные предприятия возьми под контроль — вам не помешает такой подход, не будут взбрыкивать в дальнейшем.

— «Вае виктис», — теперь усмехнулся и Гудериан, не испытывавший к скандинавам ни малейшего сочувствия — тут «своя рубашка ближе к телу». И ткнул в карту карандашом, проведя несколько стрелок.

— Англосаксы в Испании, да и вообще на континенте, представляют опасность, причем угрожающую. Их нужно немедленно вышибать, а потому мы уже начали переброску еще одной группы армий — ее направим к Ла-Маншу, начнем демонстрировать желание провести высадку на проклятом острове. «Зеелеве» будет обманом — главный удар нанесет Манштейн, который возглавит группу армий «Запад». Из предгорных районов, где держим плацдармы, перейдем в наступление большей частью танковых дивизий. В Тунисе развернем полноценную армию «Африка», наступление будет решительное вдоль побережья, а там снова занятие Марокко — у нас там много конфидентов, они поддержат выступлением.

Гудериан говорил уверенно, видимо, дело так и обстояло. Теперь без восточного фронта вермахт мог сосредоточить внушительные силы против союзников — мощного удара те просто не выдержат, не смогут попросту тягаться один на один, не та выучка и вооружение.

— Средиземное море мы контролируем пока до Балеарских островов. Люфтваффе уже начали переброску туда всей реактивной авиации — нам не нравятся ночные бомбардировки, а потому дадим ассиметричный ответ — будем бить по англо-американскому флоту «планирующими бомбами». У нас новая модификация «фрицев» — фактически самонаводящаяся по радару ракета, с системами преодоления помех, которые уже вовсю ставят. Ничего, мы нашли способы борьбы — технологии ведь совершенствуются.

На эти слова Григорий Иванович мог ответить только вздохом — действительно новейшего оружия у страны не имелось, то, что поставляли американцы, были давно отработанные у них образцы не «первой свежести»…

«Суперкрепости» бомбили Японию практически безнаказанно, сбросив две атомные бомбы. А вот в небе северной Кореи в «черный четверг» 12 апреля 1951 года столкнулись с МИГ-15 дивизии Ивана Кожедуба, и наступило протрезвление — бомбежки прекратились на три месяца…

Глава 46

— Когда у вас будет «бомба», Хайнц? И сколько вы их сможете сделать? Да и когда мы сможем направить своих ученых к вам для изучения действующего реактора и всех проводимых работ?

— Реакторов три, два в баварских Альпах и один в венгерских Карпатах. Мы время зря не теряли, программа с сорок второго года имеет приоритетное обеспечение и находится у рейхсминистра Шпеера на особом контроле, даже графит чистейший. Курчатов с товарищами может приехать в любое время, для нас очень важно, чтобы они не проболтались о том, что увидят, и не дали бы конкретной привязки к местности, иначе неизбежно последует налет «летающих крепостей», который снесет все вокруг.

— Не беспокойся, будут немы как рыбы, отправим с ними «компетентных товарищей» — вся группа будет на «самоизоляции», сколько нужно, пока «батоны» не будут готовы к применению.

— К февралю следующего года будут готовы к «употреблению» два первых «спецбоеприпаса» — действенные работы мы начали значительно раньше американцев, да и здесь много чего есть, — Гудериан выразительно постучал пальцем по лбу. — Хотя убеждать долго Шпеера не пришлось — он сразу поверил в мощь атомного оружия, все же архитектор, и многое понимает в технологиях. Средствами доставки «подарков» для «туманного Альбиона» являются ракеты ФАУ-3, это отнюдь не многокамерная пушка, к такому идиотизму не прибегали. Улучшенный вариант Р-2, так что Королеву и другим его коллегам тоже стоит приехать на наши полигоны — мы отработали программу на ФАУ-2, и провели успешные испытания. Боевые ракеты изначально крупнее, и созданы они исключительно под спецбоеприпас. Дальность полета баллистической ОТР удвоена — с трехсот сорока у «двойки», до семисот километров у «тройки», почти на тонну возрос вес боевой части. Вся территория Англии окажется под ударом, любой порт, любой город — при необходимости это будет уже отнюдь не тот «непотопляемый авианосец», а непригодная для жизни выжженная радиоактивная пустыня.

В глазах Гудериана полыхнула такая лютая ненависть, что теперь Григорий Иванович не сомневался, что перед ним сидит именно «некромант». А он даже задумываться не будет, и отдаст приказ о применении ядерного оружия, если сочтет, что время настало. Это и пугало — живой мертвец.

— В ноябре взорвем «испытательный» заряд, есть в Ливии одно местечко, там все готовится к акции. При необходимости используем одну горную долину в Трансильвании — там тоже создан полигон. Двенадцать килотонн немного, к тому же подрыв там будет шахтный, так что заразы вырвется немного. Стартовые площадки для атаки во французских Арденнах — если рванет там, «лягушатников» не жалко, не немцы.

Вот теперь у маршала не осталось сомнений, что Гудериан в этом разговоре стал реципиентом, как и в минуту покушения на Гитлера, о которой рейхсмаршал доверительно рассказал.

— К следующей осени будет пять боеголовок, четыре из которых поразят Англию, а одна станет головной частью специальной торпеды типа Т-15, только меньших размеров, и с атомной боеголовкой вместо термоядерной, понятное дело. Субмарина ХХI серии уже достраивается со всеми «новшествами» в измененном варианте. Дальность хода торпеды, как меня заверили, будет в шестьдесят миль — любому порту на восточном побережье США мало не покажется. С бомбардировщиком «америка-бомбер» не стали озадачиваться, собьют на хрен еще на подлете. Реактивная авиация еще крайне несовершенна — сейчас даже полдороги через Атлантику не сделает. Да и ракеты для ПЛАРБ так просто не создать, как и сами лодки, хотя работы идут круглосуточно. Ведь если имеешь фору во времени, то ей надо сразу воспользоваться. Тут все диктуется жестокой целесообразностью — теперь мы точно знаем, что «Манхэттенский проект» ведется на полную мощь, мы вышли на прямой контакт с одним из ученых. Убедили принять сотрудничество…

Гудериан не договорил, глаза стали пустыми, он так и сидел несколько минут, словно находился в прострации, погрузившись в себя. Кулик все понял правильно, курил папиросу, пока рейхсмаршал приходил в себя. Затем Гудериан тяжело произнес, постучав пальцем по лбу: