Обещай, что никому не скажешь - Дженнифер МакМахон

Через два года, после возвращения из центра для содержания несовершеннолетних правонарушителей в Братлборо, Ник наконец рассказал мне, что он видел на чердаке в тот вечер, когда нашел Дел. Мы с ним случайно встретились в городе осенним вечером и сидели на ступенях универмага, потягивая имбирное пиво. Нику тогда было шестнадцать лет. Он выглядел высоким и неуклюжим. Возможно, немного пристыженным. Больше всего мне запомнилось, что он не смотрел мне в глаза.

Мы с Ником встречались время от времени, но это был наш последний разговор перед моим отъездом.

— Она просто лежала там, раскинувшись на старом матрасе. Совсем голая. Только этот кожаный шнурок на шее. Ее лицо было лиловым, язык немного вывалился в сторону. Но там были порезы.

— Порезы? — спросила я.

— Да. Этот больной ублюдок срезал кусочек кожи прямо с ее груди. Как будто пытался пробить дверь к ее сердцу, или что-то в этом роде. Он забрал кожу с собой, словно гребаный трофей.

Тогда я поняла, что Ник не знал о татуировке. Кажется, никто не знал о ней, кроме меня, Дел и ее убийцы. После того как полицейские допросили всех пятиклассников, они поинтересовались тем, что я рассказала Элли и Саманте о татуировке. Напуганная, я ответила, что все выдумала и лгала другим девочкам обо всем, что якобы знала. На самом деле, говорила я, мы с Дел были едва знакомы. Мне просто хотелось произвести впечатление на Элли и Саманту. Я никогда не видела татуировку или даже ее краешек. Дел однажды упоминала об этом, но нет, я ничего не видела. И Дел все равно постоянно лгала, так что не знаешь, чему и верить. Если у нее и была татуировка, я не знала, что там такое. В то же время я полагала, что они видели татуировку, когда нашли ее. Зачем тогда я им понадобилась?

Когда Никки рассказал мне о срезанном с груди Дел кусочке кожи, я уже было решила обратиться в полицию. Я думала об этом, но мой двенадцатилетний разум внушил мне, что уже нарушила достаточно обещаний, данных Дел Гризуолд. Ее тайна останется со мной. Я рассудила, что это самое меньшее, чем я обязана ей.

Но много лет по ночам, когда я закрывала глаза перед тем как уснуть, то снова оказывалась в овощном погребе, где Дел раздевалась передо мной. Ты хочешь посмотреть, или как? — спрашивала она. А когда я отрывала взгляд от грязного пола, то видела букву «М».

Это хорошая боль.

Глава 12

15–16 ноября 2002 года

Все дети сказали полицейским, что видели звезду, приколотую к груди Дел в последний день, когда она была в школе, но среди одежды девочки, сложенной в аккуратную кучку возле ее тела, звезды не оказалось. И, разумеется, звезды не было в ее комнате, рядом с ее припрятанными сокровищами: мертвой горлицей, записками от немого Майка, карточкой с образцами красок и странным ожерельем, изготовленным из дерева, алюминиевых пивных крышечек и стреляных гильз. Было твердо установлено, что в тот день Дел так и не добралась до дома.

Теоретически предполагалось, что убийца столкнулся с Дел вскоре после ее ухода из школы. Возможно, они договорились встретиться в охотничьей хижине. Возможно, он даже увидел, как она идет домой, и предложил подвезти ее. Но, что бы ни произошло, серебристая звезда исчезла, и полицейские подозревали, что убийца взял ее вместе с квадратным кусочком кожи, аккуратно срезанным с ее тела старым ножом с костяной ручкой. Полицейские полагали, что это трофеи. Памятные вещи для маньяка.

Но теперь, спустя столько лет, звезда оказалась у меня, не так ли? Для того чтобы я могла носить эту важную пропавшую улику в своей сумочке, прикасаться к ее острым концам и проводить пальцами по выгравированному слову «ШЕРИФ».

Но я вовсе не собиралась долго хранить ее. Эта вещь была губительной для меня. Я уже солгала полицейским и сказала им, что практически не знала Дел. Мой швейцарский армейский нож забрали, подозревая, что именно им была убита кошка; хуже того, им могли воспользоваться для убийства Тори Миллер. Как я буду выглядеть, если полицейские узнают, что шерифская звезда все это время находилась у меня?

Я решила закопать ее.

Для этого я выбрала место, где Дел поделилась со мной своим секретом: старый овощной погреб. Я отправилась туда ближе к полуночи, спустя довольно долгое время после того, как мы доели лазанью, Гэбриэл вернулся в большой амбар и я заперла мать на ночь в ее комнате. Я взяла с собой карманный фонарик и лопатку и осторожно спустилась по тропинке через лес, потом прошла по старому полю и пастбищу к тяжелой двери, вделанной в склон холма за фермерским домом. Немного поколебавшись, я взялась за поношенную металлическую ручку и потянула на себя. Дверь медленно распахнулась на скрипучих петлях, словно я открывала вход в древнюю гробницу из кинофильма.

Холодная влажная земля. Просевшие полки. Гниющие корзины, некогда полные корнеплодов, которые давно обратились в пыль. Забытые консервы в стеклянных банках: помидоры, плавающие как куски соединительной ткани, груши, похожие на крошечные зародыши. Немного поодаль в треснувшей банке из-под джема стоял огарок свечи, который Дел зажгла и поднесла к своей груди, чтобы показать мне свой секрет.

Воздух был затхлым, полным запаха гнили и сырой земли. Это был запах Дел. Я задержала дыхание, торопливо спустилась по деревянной лестнице, наугад выбрала место на земляном полу и начала копать, испытывая ужасное ощущение, что Дел все время находится рядом со мной. Можно сказать, что я видела ее краешком глаза.

Если я покажу тебе свой секрет, обещай, что никому не скажешь.

Руки мои дрожали, но я постаралась как можно глубже закопать звезду, потом притоптала землю и воспользовалась висевшей на стене старой метлой, чтобы замести все свои следы перед уходом.

Потом я побежала к Нью-Хоупу, спотыкаясь о древесные корни и камни. Мое сердце стучало в ушах, словно звук шагов другого человека.

Догони меня, если сможешь.

Когда я миновала поворот к охотничьей хижине, то увидела свет, плясавший на тропинке передо мной. Я застыла как вкопанная и около минуты наблюдала за светом, качавшимся взад-вперед и приближающимся ко мне. Я с трудом успокоила хриплое дыхание, вырывавшееся из груди.

Дел?

Нет, не может быть. Дел давно мертва. А я не верила в призраков.

Я включила свой фонарик и направила луч прямо вперед, в сторону загадочного света.

К своему облегчению, я не увидела ни призраков, ни голодных духов. Это оказался человек из плоти и крови с собственным фонариком, одетый в джинсы и спортивную фуфайку с темным капюшоном. Как только мой свет упал на ночного путешественника, он (или она) обернулся посмотреть на меня и бросился бежать вверх по склону по направлению к Нью-Хоупу.