Обман - Алеата Ромиг

Делорес кивнула.

— Как ты знаешь, это мой приоритет номер один. Я должна быть с ним в Вашингтоне прямо сейчас…

Звонок.

— Если я не отвечу, он перейдет на голосовую почту.

Она дернула плечом.

— Разве это плохо?

— Ты видела экран?

— Да.

Мой телефон завибрировал, показывая, что звонок был отправлен на голосовую почту.

Хотя у меня не было ни малейшего желания отвечать на звонок или слушать сообщение, я без сомнения разозлила Алтона больше, чем обычно. Он не только думал, что я повесила трубку, но и теперь я отказалась отвечать на его звонок.

— Вот, — сказала Делорес, открывая фотографию письма, которое я нашла. Она пролистала до последней страницы с подписью. На нем просто было написано: "Брайс".

— Знаешь, — сказала я. — У него разные имена.

Делорес широко раскрыла глаза.

— Кажется, это тенденция, которую я замечаю у вас обоих.

Я склонила голову набок.

— В точку. Но я никогда не была Чарли́, до "Дель-Мара". Я даже не была Алекс до Стэнфорда. Я всегда была Александрией. Это было имя на конверте. Моя точка зрения заключается в том, что мой кузен, Патрик, знал, что Брайс… ну, всегда. Он зовет его Спенс. Я никогда не думала об этом до той ночи, когда Пат говорил о нем. Снова и снова он называл его Спенсом. Каким-то образом Нокс его знает и называет Эдвардом.

— Его первым именем.

— Да, Эдвард Брайс Кармайкл Спенсер.

— Что ты сказала?

— Я говорю, что только некоторые из нас, кто знал его всю жизнь, называют его Брайсом. По словам Нокса, в бизнесе его зовут Эдвард.

— Письмо было подписано "Брайс".

Я кивнула.

— Именно так он подписал бы его, если бы оно было от него ко мне.

— Хочешь сказать, что другие могут ошибочно использовать одно из его имен?

— Да. Например, если бы Нокс получил от меня письмо, и оно было подписано "Александрия", можно было предположить, что оно написано не мной.

— А как его называют твои родители?

Маленькая порция куриного салата, которую мне удалось съесть, наполнила тяжестью мой живот.

— Брайс. Его мать тоже так его называет.

— Что ты думаешь об этом письме?

Я пожала плечами.

— Это грязно. Это едва разборчиво, и вполне может принадлежать ему. Прошло много времени с тех пор, как мы передавали записки в Академии. Я бы сказала, что это его почерк, но… — мои глаза распахнулись. — … ты можешь попросить эксперта по почерку взглянуть на него.

— Могу, — подтвердила Делорес.

Мой телефон снова зазвонил.

Мне не нужно было смотреть на экран. Я узнала мелодию.

— Это моя мать.

— Или твой отчим пользуется телефоном твоей матери.

— Ситуация только усугубится, — предупредила я. — Доверься мне. У меня есть опыт.

Звонок.

— Моя работа — охранять тебя, — сказала Делорес. — Но ты не пленница. Хочешь поехать в Саванну? Ты бы чувствовала себя в безопасности в твоем доме?

Моем доме?

Я знала ответ. Я знала, где чувствую себя в безопасности, и это было в объятиях человека, который в Вашингтоне. Я не считала поместье Монтегю своим домом с того самого дня, как села в самолет до Стэнфорда. Мой дом был с Челси, и за последний месяц, с Ноксом.

— Нет. Я доверяю Ноксу. Он доверяет тебе. Я знаю своего отчима, и это меня не успокаивает. Я хочу заверить маму, что со мной все в порядке. Но я не хочу уезжать.

Звонок.

Она потянулась ко мне.

— Чем я могу помочь?

Неуверенность затопила мой организм, проверяя мое последнее утверждение, подталкивая меня к пределу. Если я отдам свой телефон Делорес, я совершу большой прыжок веры, доверяя ей не только в том, что касалось меня, но и моей матери, или, Боже упаси, Алтона.

Звонок.

Когда я протянула ей телефон, Делорес кивнула, не выказывая ни радости, ни недовольства моим решением.

— Алло? — сказала она.

Я снова услышала голос Алтона.

— Это миссис Витт, ассистент мистера Деметрия…

Взяв со стола стакан чая со льдом, я встала и принялась расхаживать возле окна, прислушиваясь к разговору Делорес с Алтоном. Мне нравилось ее спокойствие. Ничто не пугало ее, даже надутый хвастун, угрожающий судебными обвинениями.

— Уверяю вас, мисс Коллинз, совершеннолетняя, находится здесь в безопасности и по собственной воле…

Я огляделась в поисках часов. Который час? Был ли Нокс уже в Вашингтоне?

Я вздрогнула, когда чья-то рука коснулась моего плеча. Я повернулась к мягким карим глазам Сильвии.

— Алекс, мистер Деметрий на линии.

Мое сердце сжалось.

— Слава Богу! Наверное, он звонил мне на мобильный. Мои родители монополизировали его.

Я кивнула головой в сторону Делорес, которая все еще разговаривала с Алтоном.

— Это не Леннокс,