Ложная девятка. Пятый том - Аристарх Риддер

троица этих хмурых типов. В московских кабинетах знали, что вопрос о совместном предприятии с итальянцами повис в воздухе и это соглашение может быть расторгнуто. И наверняка они как раз и были ко мне приставлены как надзиратели, чтобы не дай бог я не убежал, узнав, что никакой Италии не будет.

И именно эта мысль меня больше всего задела во всей этой ситуации — что советские чиновники изначально думали обо мне как о человеке, который может вот так вот наплевать на все: на семью, дом, обязательства, да даже на честь, совесть, Родину — как бы высокопарно ни звучали эти слова — и просто сбежать, погнавшись за длинным рублем. Ну, вернее, за длинной лирой. Как будто бы для меня, с их точки зрения, вопрос денег и какого-то личного, притом шкурного благосостояния мог быть выше всего остального.

Вот что больше всего мне было обидно — та подозрительность, с которой ко мне советские чиновники относились.

Хотя, если разобраться, я же не один такой. И советское государство, наше родное, оно с подозрением относится ко всем своим гражданам, ко всем гражданам первого в мире государства рабочих и крестьян. Выездные визы — вот от чего они существуют в Советском Союзе? Почему наша страна априори считает, что если дать советским людям такую возможность, они разбегутся?

Да нет, на самом деле, не разбежимся. Но тотальное недоверие к собственным людям, к собственным гражданам, оно лежит, наверное, в основе советского государства. Так что да, я в этом плане не уникален.

* * *

В Шереметьево меня встретил отец. Притом, по иронии судьбы он был за рулем как раз итальянской «Регаты», той самой, которую мне когда-то подарили.

Изначально я планировал встречать Новый год в Италии вместе со своими партнерами по команде. Но сейчас планы поменялись, и меня неожиданно ждало тихое семейное торжество.

Отец переехал в Мцентск после того, как был назначен главным инженером будущего завода. И первое, что я спросил у отца, это как раз, что теперь будет с этими планами. Ведь раз итальянцы, разорвали соглашение, то и завода никакого не будет нового.

На что отец ответил, что ничего подобног:

— На ЗИЛе, а также в Министерстве автомобилестроения и даже в ЦК было принято решение, что несмотря на то, что итальянцы нам больше не партнеры, проект будет продолжен. И как строительство нового завода, так и производство на нем автомобилей будет реализовано. Ну, само собой, с некоторыми изменениями от первоначального плана. И сроки сдвинутся вправо. Но отказываться от реализации этого проекта никто не собирается.

Оказалось, что в ходе переговоров и различных договоренностей советская сторона была достаточно настойчивой и, можно сказать, назойливой. И к текущему моменту итальянские партнеры не только закончили работу над внешним видом нового автомобиля, но и передали огромное количество технической документации, образцов, притом не только узлов и агрегатов новой легковушки, но и даже технологической оснастки.

— И объем переданных материалов такой, что, по большому счету, помощь итальянских специалистов даже на данном этапе не является критичной, — объяснял отец. И что в любом случае новой машине и новому заводу быть. Часть узлов новой машины придется импортозаместить, вот же, новое-старое словечко, но в успехе этого предприятия никто не сомневается.

Так что должность отца остается в силе, и по большому счету ничего не изменилось.

Но на самом деле я в этом сильно сомневаюсь. Потому что-то, что рассказывал отец до этого про новую машину, звучало в реалиях Советского Союза, прямо скажем, невероятно. Компьютерный блок управления, автоматическая коробка передач, подвеска «Макферсон», инжектор — все это для советского автопрома было даже не ближайшим будущим, как мне казалось. А АКПП так и вовсе…

Насколько я помню, не то что в Советском Союзе — и в Российской Федерации будущего тоже был камнем преткновения, и качественных автоматов у нас практически не выпускали. А здесь АКПП предполагался для старшей версии нового ЗИЛа.

Вообще, отец рассказал что в связи с изменениями, будут две версии, и сейчас они прорабатываются как на ЗИЛе, так и в НАМИ. Базовая с двигателем в 1,3 литра и мощностью 70 лошадиных сил, с механической коробкой переключения передач, с передним приводом, подвеской «Макферсон» и дисковыми тормозами. И улучшенная, люксовая, с двигателем в 1,6 литра, четырехступенчатой автоматической коробкой и даже с кондиционером. Электроусилитель руля при этом предполагается для обеих версий.

Не знаю, как насчет базовой версии, но люксовая точно станет к моменту выхода на советский рынок самым желанным автомобилем на одной шестой части света. Кондиционер, автомат: сказка, а не машина! Особенно если сравнивать с представительскими «Волгами», в которых даже и близко нет подобного уровня комфорта.

Так что, несмотря на произошедшее, будущее у советского автопрома все равно планируется лучше, чем-то, что было в моей реальности.

Ну а потом мы с отцом плавно перешли к обсуждению уже моих дел. И главным вопросом, который задал мне отец, который волновал его больше всего, было мое отношение к тому, что никакой Италии не будет.

И я в тот момент искренне ответил то, что на самом деле я даже немного рад этому и уж точно чувствую облегчение. Что как будто бы я сейчас свободен. До этого я был зажат в рамках этого перехода, а сейчас этой зажатости нет, и я снова стал хозяином своей судьбы.

— А как же Европа, сынок? Как же возможность сыграть в новой лиге, попробовать себя в других условиях? — спросил отец.

— Пап, я уверен, что такая возможность мне еще представится. И вполне возможно, что даже в те же сроки, что и были в этих договоренностях с «Ювентусом». Возможно, что я и так после Олимпиады, ну или уж точно после чемпионата мира в Италии, уеду играть в Европу.

— Ну, посмотрим. Если так и будет, то я буду только рад, — ответил отец.

* * *

TUTTOSPORT

31 декабря 1985 года

БОЛЬШАЯ ПОЛИТИКА НАНОСИТ СОКРУШИТЕЛЬНЫЙ УДАР МЕЧТАМ О СУПЕР-ЮВЕНТУСЕ

Американское давление разрушило не только выгодный экономический проект, но и планы создания сильнейшей команды в истории

Марко Тарделли, спортивный обозреватель

ТУРИН — Мечта о создании сильнейшей атаки в истории футбола рухнула не на футбольном поле, а в коридорах власти. Политическое давление Вашингтона на итальянское правительство привело к разрыву соглашения о совместном предприятии ФИАТ-ЗиЛ, а вместе с ним и к отмене перехода Ярослава Сергеева в «Ювентус».

Вчера вечером стало известно, что советская команда экстренно