Миг расплаты - Худайберды Диванкулиев (Дивангулыев)

участке — далеко не простое дело. Изучив геологические материалы о строении земли, в грудь ее вонзили бур с острыми зубьями… Очень сложным оказалось не только начало работы. Когда достигли глубины две тысячи метров, случилась авария. И днем и ночью находились на буровой… Перебрали сотни вариантов спасения скважины, и выход все-таки нашли. Оборвавшуюся трубу наконец извлекли. В три раза сэкономили время на ремонт. И, сотрясая землю, снова заработал мощный агрегат. Однако бригаду ожидали новые испытания. Каждый метр глубины давался с большим трудом. И стало совсем невмоготу, когда на пути оказался пласт соли толщиною в восемьсот метров…

Что делать? Уже несколько лет велись поиски ответа на этот вопрос. Когда разбуривались изыскательские участки в Фарабе и Уч-депе, из-за толстых слоев соли разведочные отряды сталкивались с подобным "что делать?". Ни одной бригаде не удалось преодолеть солевые пласты без аварий. Но люди не унывали! Убежденные, что под многочисленными пластами расположилось богатейшее газовое месторождение, первопроходцы продолжали штурмовать земные недра…

Коллектив, возглавляемый Сердаром, искал оптимальные варианты бурения… В ожидании чего-то страшного вышка замерла! И вот наступил критический момент: стенки скважины стали осыпаться, вся работа могла пойти насмарку… Спасая скважину, сообща решили: дабы не осела скважина, крутить буровые инструменты вхолостую…

И вот, в один из таких напряженных дней перед вышкой остановилась машина — лаборатория. Из нее вышли Ялкаб и геолог Джанмурадов.

— Куда торопишься, Ниязов? — обратился последний.

Сердар остановился. Подошел Джанмурадов и протянул руку, поздоровались.

— Как поживаешь, мастер?

— Наша жизнь и настроение зависят от работы, — Сердар протянул руку в сторону буровой. — Как она, так и мы…

— Значит, плохи ваши дела, мастер, если даже настроение зависит от этих железок, — осклабился Джанмурадов. — Попытаемся помочь…

— Милости просим… От помощи не откажемся!

— Вот, привез тебе молодого ученого! Подходи, Ялкаб, не стесняйся.

Парень смутился и пожал почерневшую руку Сердара.

— Не буду вводить вас в заблуждение, товарищ Ниязов! Насчет ученого — маленько преувеличено… В настоящее время работаю младшим научным сотрудником Центральной лаборатории.

— Очень хорошо! Мы уважаем и младших… Чем могу быть полезен?

Не торопясь, направились к вагончику, в котором жил Сердар.

— Мы задерживать тебя не станем и чаевничать особенно некогда, — заговорил Джанмурадов. — Ялкаб Эминов два года изучал химические свойства газовых пластов, их состав… Об этом написал ряд научных работ. Как тебе известно, Центральная лаборатория поддерживает с нами тесную творческую связь… Не посчитай за обузу, а помоги Эминову, чем можешь… Вот какая к тебе просьба, Сердар.

Мастер слушал и не знал, как быть и что отвечать.

Джанмурадов был наслышан о крутом характере мастера, поэтому старался не повышать голоса:

— Я тебе Эминова не навязываю. Только…

Недосказанная фраза не понравилась мастеру.

— Простите! — Он прямо посмотрел в глаза Ялкаба. — Чем вы собираетесь заняться на буровой?

Ялкаб пожал плечами.

Постояли… Помолчали… Под потолком вагончика клочьями пополз дым. Джанмурадов подошел к плотно закрытому окну…

— Песком забивает, поэтому и закрыто, — пояснил Сердар.

— Да, от песочка, видно, не видать покоя, дорогой мастер! Покой нам только снится… Тем более, таким молодым, как твоя бригада… Думаю, что в твоем коллективе Эминов быстро приживется, и вы сумеете понять друг друга.

Сердар не очень-то любил подобных гостей, но долг вежливости и работа обязывали быть терпеливым.

— Вы не обижайтесь, товарищ Эминов… Мне до сих пор не приходилось работать вместе с учеными, поэтому — не взыщите, опыта у меня нет! Но, прежде всего, конкретная цель вашего приезда?

— Я не собираюсь решать мировые проблемы, цель моя более скромная. — Ялкаб, наконец, обрел дар речи и протянул руку в сторону машины, стоявшей перед буровой. — Мы привезли две бочки раствора, который надеемся испытать вместе с вами…

Сердар насторожился:

— Какой раствор?

Ялкаб немного помедлил, расстегнул молнию лежавшей на столе папки, вытащил стопку бумаги, разложил чертежи.

— Я познакомлю вас с химическими элементами, которые вошли в состав раствора, и вы поймете. Вот…

К столу подошел Джанмурадов.

— Товарищ Эминов изобрел новый глинистый раствор для бурения глубоких скважин…

— Любопытно, — Сердар задумался. — Слушаю вас…

— Он сумел приготовить глину, которая терпима к высоким температурам… Привезли то, чего вам как раз не хватает…

— Заманчиво… Если это действительно так, то вы нам здорово поможете. Только что-то я впервые слышу о подобной глине… На каком участке, на какой скважине вы ее испытывали, каковы результаты испытаний?

— В том-то и дело, что раствор пока не испытан! Совершенно свеженький… Из лаборатории и сюда…

— Как не испытан?! — От неожиданного ответа Сердар даже опешил. — И вы об этом так спокойно говорите?! Это же дело огромной важности! Если ваш раствор окажется удачным, вы представляете!.. — Мастер задумался. — Хотя нам, честно говоря, не до этого, но ради науки и доброго дела на что не пойдешь… В ближайшее время начнем испытывать!

— Вот и отлично! — Джанмурадов схватил и крепко пожал руку Сердара.

— Я надеюсь, письменное распоряжение на испытание у вас имеется?

— Не будь формалистом, Сердар! Какие распоряжения? — Джанмурадов развел руками. — Ты — хозяин буровой, мы — хозяева раствора… Неужели не сможем договориться?..

— Вот оно что?.. Все хозяева! А если вышка кувыркнется, кому отвечать, хозяева?

Гости молчали.

— То-то же…

— Вот, Ялкаб, говорил я тебе, что номер не пройдет…

Минутная нерешительность Сердара подстегнула Джанмурадова на повторную атаку.

— Вы не сомневайтесь и откройте дорогу раствору товарища Эминова. В этом наш будущий авторитет… И не забывайте: если испытание окажется удачным, то диплом вам привезут прямо сюда…

Сердар от души расхохотался:

— А если окажется… неудачным?

— Шутник вы, товарищ Ниязов! — сразу перешел он на "вы". — Уверяю, что все будет нормально.

В разговор опять ввязался Ялкаб. Он начал рассказывать о свойствах изобретенного им раствора и выгоде, в случае удачного испытания… И Сердар убедился, что "изобретатель" и сам не уверен в положительных качествах своего детища… Бессвязный и путаный монолог Ялкаба надоел Сердару, и он принял окончательное решение:

— Спасибо, что уважили, приехали, только… Я не могу взять на себя такую ответственность.

Джанмурадов сжал от злости кулаки.

— Торгуемся, как на базаре: хочу, не хочу… Вы испытываете трудности из-за раствора. Того и гляди — обрушится скважина…

— Да, ее стенки не удерживают старый раствор…

— Вот и испытайте новый… Кто знает, может повезет?

— При нынешнем положении у нас нет возможности обновлять раствор, — отрезал Сердар.

— Не хитрите, Ниязов! При этом положении буровую вам не удержать. Осядет…

Сердар, убежденный в своей правоте и не привыкший отказываться от собственных решений, понял, что разговаривать дальше — все равно, что воду в ступе толочь. Он поднялся и направился к