Перегрузка - Артур Хейли

Ниже следовали ее идеально напечатанные палочкой во рту стихи.

Попробуй отличить его конкретно от того,Кто знает фитиль шипящий,Хоть и тускло он горит,Но все же больше проку от него,Чем от кромешной тьмы и непроглядной ночи.Поскольку жизнь в условиях любыхГруз тягостный забвения отринет.

Да! Коль скоро эти «если только»Преследовать нас будут беспредельно.Как пустотелые парящие желанья, —Напоминанье собственных останков.Ах! «Если б только» в этот самый день,А может, в тот,Намек малейший прозвучал на перемены, Чтобы в реальности предстало то,Что было в забытьи.Иль чтоб забылось то, что состоялось!Тогда «быть может» и предстанет многоликим.И пусть безмерно бесконечно воплотятсяТот или этот, иль иной другой…«Быть может» да и «если только»Живут в нас, как двоюродные братья.

Прими ж не только их,Еще и всех других.

Ним долго и сосредоточенно читал и перечитывал слова Карен, поэтому не сразу среагировал на звонок телефона, причем дважды! Он поднял трубку и услышал задорный голос своей секретарши:

— Я вас разбудила?

— В каком-то смысле.

— Мистер Лондон хочет к вам зайти, — сказала Вики. — Можно сейчас, если вы не заняты?

— Пусть заходит.

Ним положил лист голубой почтовой бумаги в ящик, где хранил личные бумаги. В подходящий момент он покажет листок Уолтеру Тэлботу. Это напомнило ему, что он не общался с Ардит со времени их неудачного разговора в больнице, но он решил пока выкинуть эту тему из головы.

Дверь в кабинет Нима открылась.

— Пришел мистер Лондон, — объявила Вики.

— Заходи, Гарри.

Руководитель отдела охраны собственности в последнее время зачастил к Ниму, иногда по служебной надобности, но в основном просто так. Ним не возражал. Ему были по душе их крепнущая дружба и обмен мнениями.

— Только что прочел о решении, связанном с невыплатой дивидендов, — сказал Лондон, усаживаясь в кресло. — И подумал: для разнообразия тебе не помешало бы услышать и кое-что положительное.

Сообщение о прекращении выплаты дивидендов акционерам, со скрипом принятое советом директоров, вчера и сегодня оставалось самым главным. Реакция в финансовом мире была скептической, нарастали протесты держателей акций. На Нью-Йоркской и Тихоокеанской фондовых биржах паническая распродажа, начавшаяся после четырехчасовой приостановки сделок, сбила цену акций «ГСП энд Л» до девяти долларов за одну акцию; это составило треть ее цены до объявления о дивидендах.

— Какие же у тебя хорошие вести?

— Помнишь день «X» в Бруксайде?

— Разумеется.

— Уже вынесено четыре судебных приговора.

Ним мысленно прикинул случаи с кражей электроэнергии путем подделки показаний счетчиков, в чем он лично убедился в тот самый день.

— Кто же это?

— Парень с бензоколонки. Возможно, он и избежал бы приговора, только вот адвокат по ошибке представил его в качестве свидетеля. И тогда ему устроили перекрестный допрос, вот он и попался в ловушку пять или шесть раз. А другим был штамповщик. Ты его помнишь?

— Как же. — Ним вспомнил маленький домик, в котором никого не оказалось, но который Лондон тем не менее велел взять под наблюдение. Следователи не ошиблись. Соседи настучали кому следует, что «ГСП энд Л» ведет проверку, в результате чего был задержан человек, который пытался снять незаконное проволочное приспособление со своего электросчетчика.

— В обоих случаях, — сказал Лондон, — как и в двух других, которые ты не видел, суд постановил наложить на них штраф в пятьсот долларов.

— А что стало с тем врачом, который установил шунтирующие провода да еще переключатель сзади своего электросчетчика?

— У него еще такая надменная жена с собакой?

— Вот-вот.

— Их привлекать к ответственности мы не стали. Эта женщина предупредила, что у них есть важные друзья, и это в самом деле так. В общем, нажали на все педали, в том числе и в нашей компании. Впрочем, все равно мы могли бы довести эту историю до суда, но наш юридический отдел засомневался, смогут ли они доказать, что доктор все знал о переключателе и счетчике. Во всяком случае, они мне так изложили.

Ним скептически заметил:

— Похоже на старую историю. Существует два вида правосудия в зависимости от того, кто ты и кто твои знакомые.

— Это не редкость, — согласился Лондон. — Я часто сталкивался с таким случаями, когда был полицейским. По крайней мере доктор расплатился за долги и дело закрыли. А вот во многих других, в отношении которых имеются серьезные улики, мы продолжаем кое-что получать. Но у меня есть и другие новости.

— Какие же?

— Как я уже говорил, во многих подобных случаях воровства электроэнергии мы имеем дело с настоящими профессионалами, то есть с людьми, хорошо знающими свое дело. В результате мастерам из нашей компании приходится изрядно поломать голову, выискивая нарушения. Кроме того, мне кажется, что профессионалы могут работать в группах, даже в составе какой-нибудь одной большой группы. Понимаешь?

Ним кивнул, стараясь делать вид, что эта история не оставляет его равнодушным, тем самым позволяя Гарри Лондону добраться до истины в присущей ему дидактической манере.

— Только вот у нас случился прокол. Мой заместитель Арт Ромео получил наводку, что в одном большом административном здании в центре города позволяют себе незаконные манипуляции с трансформаторами тока да еще придумали параллельное подключение к газопроводу, что обеспечивает обогревание целого здания. Он устроил проверку и установил, что все так и есть. С тех пор и я там бываю — Арт завербовал сторожа, который стал работать на нас, он и следит, а мы ему за это платим. Да, Ним, это действительно крупная удача. И как сработано! Но без той наводки, которую получил Арт, нам бы, наверное, ничего не улыбнулось.

— И кто же его навел? — Ним раньше уже встречался с Артом Ромео. Это был маленького роста хитрющий тип, сам похожий на жулика.

— Хочу сказать тебе вот что, — проговорил Гарри Лондон. — Советую никогда не задавать такой вопрос полицейскому, да и агенту отдела охраны собственности тоже. Дело в том, что стукачи нередко завистливы. Как правило, охочи до денег. Но чтобы с ними ничего не случилось, их приходится оберегать. Но это не получится, если станет известно имя доносчика. Я даже и не спрашивал Арта об этом.

— Ну да ладно, — уступил в своем любопытстве Ним. — Однако если тебе стало известно, что там действует незаконное устройство, почему бы не пресечь это одним ударом?

— Да потому, что тогда мы накроем только одну точку и лишимся выхода на многие другие. Я расскажу тебе, что мы там обнаружили.

— Надеюсь, что расскажешь, — сухо заметил Ним.

— Группа, владеющая этим зданием, называется «Зако пропэртиз», — сказал Лондон. — «Зако» имеет и другие здания — жилые, офисные, несколько торговых помещений, которые сдает в аренду супермаркетам. И мы полагаем — то, что они устроили в одном месте, может повториться и в других. Не исключено, что это уже произошло. Только вот как проверить иные помещения без огласки — как раз над этим и работает сейчас Арт Ромео. Я избавил его от всех прочих обязанностей.

— Ты сказал, вы платите сторожу в первом здании, чтобы он следил. То есть следил за чем?

— Когда предпринимается столь масштабная операция, даже в связи с кражей электроэнергии, иногда необходимо проводить контрольные проверки, вносить в работу некоторые поправки.

— Другими словами, — заметил Ним, — тот, кто установил ту штуковину, должен контролировать работу счетчиков.

— Совершенно верно. И о каждом таком появлении сторож сообщает нам. Он из тех ветеранов, у которых зоркий взгляд на происходящее вокруг. Он уже много чего рассказал: не любит тех, на кого работает. Такое впечатление, что они ему чем-то нагадили. Он говорит, что первоначальную работу выполняли четверо мужчин. Они трижды приезжали на двух специально оборудованных грузовичках. Мне нужны номера одного из них или сразу обоих автомобилей, а также более детальное описание этих мужчин.

«Ясное дело, что сторож — прирожденный доносчик», — подумал Ним, но оставил этот вывод при себе.

— Предположим, ты соберешь все или большую часть улик, которые тебе нужны, — сказал Ним, — и что дальше?

— Дальше мы сообщим в прокуратуру округа и в городскую полицию. Я знаю, с кем там иметь дело и кто вполне надежен. Все пройдет быстро. И еще, чем меньше людей в курсе того, что мы тут накопали, тем лучше.

— Правильно, — согласился Ним. — Все это дает основание верить в успех операции, но запомни две вещи. Первое — предупреди твоего Ромео, чтобы был осторожен. Если эта операция действительно столь масштабная, как ты говоришь, она небезопасна. И второе. Держи меня в курсе всего происходящего.