Инженер. Часть 7. Вторая итерация - Евгений Южин

– Она уверена, даже чересчур уверена в себе. Такое ощущение, считает, что ей все должны. Ведет себя ровно, но очень удивляется, когда ей предлагают стул.

Я улыбнулся:

– Она скелле. Я же говорил вам. Видимо, ей так удобнее здесь, потому что реально на Земле она простая женщина. Что касается стула, то это культурный диссонанс – на Мау только высший может себе позволить встать, когда остальные сидят. Они ждут его приглашения. Когда вы пытаетесь ее усадить, вы как бы говорите ей, что не она решает, может она стоять или сидеть. Сказать такое скелле – верная дорога к не самым приятным ощущениям, а то и смерти.

– Интересно.

Я смотрел на Сергея. Было ощущение, что в нашем общении что-то изменилось. Он всегда был очень благожелателен, но, разговаривая с ним, я ощущал, что его добродушие – инструмент, что он прекрасно осознает цель и готов вести себя как угодно, лишь бы ее добиться. Сейчас в этом коротком «интересно» был совсем другой человек. Словно правдой оказалось то, чего он никак не ожидал, и теперь не знает, что дальше и как быть. Вот уже два дня он задавал мне вопросы, и по этим вопросам я узнал о его намерениях больше, чем он хотел. Так, его мало интересовала история, обычаи или культура чужого мира. Его не интересовало наследие древних! Даже осевой интерес – загадка моих прыжков, вертелся вокруг того, может ли повторить этот фокус другой человек, а если нет, то почему. Он как бы хотел сразу же построить самолет и не тратить двадцать лет на школу и университет. Я постоянно ощущал, что его вера в мои слова – обязанность, но терпел это. Какая разница как и через кого, все же я оставлял здесь мой опыт. Хотел Сергей или те, кто за ним стоял, или нет – я передавал послание Храма. Понемногу, по капельке. Сейчас же, на мгновение, он как будто очнулся – дикарь, страстно желавший летать, но с презрением относившийся к той нудятине, что втолковывал ему пришелец, вдруг осознал, что последний не врал – именно эта нудятина и есть путь в небо. И он разочарованно вопрошал скорее себя, чем меня, – интересно, неужели так и есть?

– Завтра с утра приезжайте в больницу. Пропуск уже готов – войдете без проблем, только не забывайте модуль. Если ваша супруга проснется, мы организуем связь. – Он кивнул дочери и внуку: – Спокойной ночи, Дарья, Федор. – Вновь задумчиво посмотрел на меня, но ничего спрашивать не стал, кивнул: – До завтра, Илья.

Мы остались одни. Ну как одни? Насколько это возможно в мире, где любой утюг следит за тобой парой глаз, как минимум.

Я не мог стоять. Возбуждение переполняло. Честно – я уже готов был потерять. Я лишь отдалял, как мог, этот момент – мгновение, когда осознаешь, что все твои близкие навсегда в прошлом. Все еще совсем рядом в памяти – может, обойдется? Знал, что не обойдется, но делал вид, что это такая затянувшаяся командировка – экскурсия в будущее родного мира. И тут – на тебе. Ана! Вот же женщина! Скелле! Я бы, небось, сопли жевал да рассчитывал, готовился да прикидывал, а она – как в омут! Декабристка, блин!

– Ну что, Володин – молодец!

– Спасибо, товарищ подполковник.

Володин не любил яркий свет ночью. Вот и сейчас в логове особого отдела царил густой полумрак, мечтая завоевать все пространство помещения для темного повелителя. Его планам, как это часто бывало, вновь мешал подполковник Жвания – позывной «Жвало». Он вольготно расположился на одной из стен в ярко освещенном окне, за которым прятался интерьер его кабинета.

– Чего это у тебя темень там? – вглядываясь за спину оперативника, поинтересовался начальник.

– Так ночь уже, товарищ подполковник.

– Ночь? Какая такая ночь? У нас, Володин, без разницы, ночь или день! Мы всегда на страже. Ты чего там, спать собираешься?

– Никак нет, товарищ подполковник.

– Ладно, – протянул Жвало. – Заслужил. Можешь хоть вообще весь свет выключить! – Он хихикнул. – Я тебя все равно вижу.

Александр замялся, не зная, что ответить, но, похоже, Жвало и не ждал никакого ответа:

– Написал представление на тебя, Володин. Готовься. Верти дырки в погонах. Но! – Он по своему обыкновению воздел палец и заговорил с грузинским акцентом: – Раньше времени не праздновать!

– Спасибо, товарищ подполковник!

– Тухлое дело с этим Злобиным. И благодаря тебе его у нас забрали. Считай, что мы его закрыли. Успешно. Еще раз – молодец.

– Так, товарищ подполковник, я же всего лишь ваше поручение исполнял.

Та область, где впервые удалось засечь Злобина, была тщательно исследована поисковыми модулями с ароматическими датчиками. Поиски привели к пустому полю, по периметру которого Володин и установил сторожевые станции – мало ли что еще проявится? И проявилось! Хотя, честно говоря, Александр на это и не рассчитывал. Сработала, скорее, обычная привычка к тщательной зачистке исследуемой территории – не важно, реальная ли это земля или лабиринты программных библиотек.

Не на этом поле, в полукилометре в стороне, но чувствительности станций вполне хватило, чтобы засечь появление человека, что называется, из ниоткуда. Пока местная полиция добралась до цели, последняя успела отмахать пяток километров и хорошенько искупаться при попытке форсирования небольшой, но плотно заросшей камышом речушки.

Надо было видеть лица стражей порядка, с матюками и нелестными комментариями в адрес Володина извлекших из камышового лабиринта модельной внешности темнокожую женщину, сразу же заявившую:

– Ана Злобин.

Она еще много чего говорила, но с переводом не справились не только штатные модули наряда, но и головной полицейский сервер. Последний, ясное дело, был оборудован аналоговыми сегментами распознавания всех известных земных языков, включая наиболее крупные вымершие. Отчего напрашивался вывод – задержанная несла откровенный бред, имитируя человеческую речь. Но оказалось, что Володин подсознательно и ждал чего-то подобного – история Злобина все же оставила зарубку в его сознании. И эта зарубка мгновенно воспалилась и страшно чесалась все время, пока ошарашенный опер таращился в экран на высокомерно поглядывавшую в ответ инопланетную красавицу. Попадись на эту удочку какой-нибудь бомж, хоть самого загадочного вида, и вряд ли эффект мог сравниться с этим. Не теряются в степи женщины такой красоты и стати. Разве что если бы на месте ее появления обнаружилось место боя, забитое телами павших охранников. Тогда – да. Но тщательно прочесанное поле не порадовало ничем, кроме пары зайцев, десятка куропаток и несчетного количества полевок.

– Вот я и говорю, Володин – молодец!

– Товарищ подполковник, так