Полет миражей (СИ) - Александрова Дилара

— Уже скоро, — предупредил остальных Морган.

— Откуда знаешь? — спросил Магдид.

— Знаю.

— Хватит спрашивать одно и то же! — осадила Магдида Бранна.

— Что, важная такая что ли?

— Ты задаешь глупые вопросы.

— Тебе, видать, транки уже не нужны? Или это тоже глупый вопрос?

— Да подавись ты своими транками!

Чем ближе следопыт подбирался к месту убийства, тем острее она ощущалась. Смерть. Тихая, молчаливая и неизбежная. Безвозвратная. Ее невозможно было не почувствовать. От нее невозможно было отмахнуться. Нужно было просто привыкнуть. Как и всегда.

— Морган, намечается что-то интересное, — цокнул в наушник Хамфрид.

— Уже понял, — замедлив шаг, ответил ему бывший наставник.

Прошло достаточно много времени. Несколько часов. И все эти несколько часов Морган пытался нащупать в себе нечто, что ускользало от его обостренного до предела внимания. В тот момент, когда он потерял нить страха своей жертвы, его собственный страх будто скользнул в одну из множества дверей его души и исчез. Мужчина знал, что это временно. Что он обязательно себя покажет, и случится это в самый неподходящий момент. Сидеть и ждать, пока панический ужас перед бездной начнет съедать с потрохами — означало расписаться в собственной несостоятельности. Морган понял, что ему не отвертеться. Рано или поздно придется столкнуться лицом к лицу с раздражителем и взглянуть в глаза собственному страху. Выстоять, а потом запечатать его навсегда. Там, откуда он пришел. И в этом деле главное было не разозлить Пламя.

Сигнальные огни ловушки, находящейся справа буквально в нескольких метрах, мигали еле заметным темно-зеленым светом: здесь уже кто-то побывал. Значит, добрались.

Камеры осветили отключенный механизм испытания. На земле валялись раскрытые стальные шары. Парочка из них, разрезанная пополам, так и не преодолела путь от центра и до края. Еще несколько, совершенно не тронутых, были небрежно разбросаны в дальнем углу ловушки.

— Пороюсь, может, найду че полезное, — воодушевленно сказал Магдид Бронк, поспешно направившись к целым шарам.

Безвозвратность смерти сменилась острым неприятием. Природу этой эмоции Морган найти так и не смог — внимание начало ослабевать. Раньше поисковую работу выполняли приборы, но сейчас их под рукой не было. Бранна Уна оказалась по-своему права: многочасовое поддержание концентрации притупило нюх, и образы стали смазанными. Сливаясь воедино, они переплетались между собой, таяли и возникали вновь, будто ниоткуда. Органы чувств работали на пределе. Сознание Жнеца начало путаться. Тошнотворное ощущение стало невыносимым. Морган уже не мог понять, слышит он настоящий трупный запах, или это все еще работает изрядно потрепанная концентрация.

Внезапно согнувшись, Жнец закрыл глаза и шумно выдохнул. Когда он отпустил напряжение, то покачнулся и чуть не потерял равновесие. От резкого расслабления закружилась голова. Ноги стали ватными, дыхание сбилось. В нос с новой силой ударил запах смерти, смешанный с вонью внутренностей и разлагающегося мяса.

Запнувшись обо что-то мягкое, Бранна Уна еле слышно пискнула. Далее послышалась парочка недовольных матов, а затем — не менее недовольное пыхтение. В следующую секунду виргово внезапно притихла. В те несколько мгновений, что разделили краткосрочную тишину и новый поток непотребной, излишне громкой лексики, Морган все понял.

— Камеры вверх и свет, — сдавленно выдавил из себя Жнец.

Суетливый рой поднялся ввысь и стройный яркий поток освещения разрезал плотный мрак окутавшей пространство ночи. Как только Бранна подняла голову, ее взгляд уперся в распахнутые глаза валявшейся неподалеку женщины. Вернее того, что от нее осталось. Верхняя половина туловища трупа лежала, высоко закинув руки над головой. Нижняя была неизвестно где. Замутненные, неподвижные и успевшие уже обзавестись вгрызавшимися в окоченевшую плоть личинками белки глаз уже много часов не могли видеть ничего вокруг. Запах гниения стал невыносимым. Бранна, несколько раз содрогнувшись, извергнула из себя остатки скудного ужина, совершенного на ходу.

— Я же говорю, неженка, — засмеялся Магдид Бронк, несший в руках несколько огромных стальных шаров, — Хотя, вонища та еще…

— Мда, — выдавила Бранна, борясь с очередным рвотным позывом, — Я достаточно повидала за свою жизнь, но такой херни — никогда.

Опустившись на одно колено, Морган слегка коснулся разреза, отделявшего ногу Клинча от его бедра. Аккуратно рассеченные мышцы, перебитая кость, слегка свернувшаяся на границах разрезов кровь и подгоревшее мясо — все это наталкивало на определенные выводы. Тонкий расчет угла атаки давал идеальные срезы без рваных краев. Следы воздействия высокой температуры были не так ярко выражены. Получается, что грамотная оценка собственных сил не позволяла раскаленным нитям задерживаться слишком долго в рассекаемой плоти. Не было заминок, неудачных выпадов и запутавшихся нитей. Это могло означать только одно: человек, применивший такое оружие, очень хорошо им владел.

Поднявшись, Жнец осмотрел освещенную камерами местность. Все видимое пространство было усыпано различными частями тел. Отрезанные руки, ноги, головы, даже нарочито вываленные наружу кишки выглядели слишком красочно, а оттого слишком неправдоподобно.

Морган задумался. Что это? Демонстрация силы? Глупо, очень глупо. Если бы тот, кто это сделал, а Жнец догадывался, кто именно это был, в полной мере оценивал возможности преследователя, то никогда бы так не поступил. Подобное оружие нужно держать в секрете, чтобы охотник не подготовился к встрече заранее.

Ближайшая голова пару раз медленно моргнула. Магдид хорошенько ее пнул, и та отлетела на пару метров в густую темноту. После сего действа тошнотворный запах многократно усилился. Среди трупов была Тень. После смерти ее сущность застряла в теле, растянувшись по всем отрезанным его частям и вызывая не только ускоренное гниение плоти, но и распространение неестественно-резкого гнилостного запаха.

— Это чем их так? — обеспокоенно спросила Бранна, — Что-то все это мне не нравится…

— Похоже на энергонити, — задумчиво бросил Морган, — Очень похоже… Длина до пяти метров, но это очень примерно.

— Что, испугалась? — засмеялся Магдид.

— Я на это не подписывалась, — громко огрызнулась Бранна.

Магдид поковырял в зубах грязным ногтем: — Интересно, кто устроил этот банкет?

— Лично я подыхать не собираюсь, — начала нервничать Бранна, — Ну их, этих гирру. Жнец, веди нас к детям!

— Эй, полегче, — осадил ее Магдид, — Не так уж все и плохо! У нас есть Жнец.

— Ага! Что, он за тебя и драться тоже будет?

Магдид не ответил, только крепче обнял стальные шары, норовившие выпасть из рук после авантюрного ковыряния в зубах.

Нахмурившись, Морган с досадой сплюнул: может быть, и не так глупо. Земляне прекрасно понимали, что со Жнецом им не справиться. Поэтому заставить преследователей переключиться на детей и повести его по другому маршруту — затея хоть малоперспективная, но, как показала практика, все же принесла свои плоды. Право выбора цели оставалось за торментерами, и следопыт не мог возразить — таковы были правила. Но зачем подвергать опасности детей, учитывая, что гон ведется за их гражданство? Местоположение подсадных оставалось загадкой для всех. Если только у гирру не было чего-то такого, что могло им помочь добраться до детей раньше торментеров. Морган уже догадался, что земляне добыли финальную карту.

— А я отрыл кучу ништяков, — начал показывать свою трофеи Магдид Бронк, — Тут и пожрать есть че и костер. Даже пара маячков… Правда, ума не приложу, куда их…

— Эй! Вы что, не слышите? Подыхайте сами, а я пойду за детьми! — не унималась Бранна.

— Слушай, может, действительно… ну их? — неуверенно спросил Магдид, задумчиво закатив глаза, — Троих так-то порезали, как салат…

— Считаешь ли ты себя хорошим бойцом? — спросил Морган Магдида.

— Чего?

— Сомневаешься, что сможешь победить пару не генмодных девок и одного хилого пацана?