Лихая Императрица (СИ) - Становая Светлана

— За тебя, мой повелитель! — Катя подняла пустую кружку и бухнулась Павлу в ноги.

Спальник накрыл её с головой, под смех Павла она кое-как, падая и заваливаясь на бок, выпуталась и села на место.

— Какой ты добрый! И мужественный. У тебя подбородок, как у древнего викинга, а мускулатура, как у гладиатора, — соловьём заливалась Катя.

Павел кивал, позволяя ей продолжать. На миг Кате показалось, что он вполне адекватен. Сейчас Павел скажет, что пора возвращаться домой. Что будет, когда мотор не заведётся?

Павел вылил себе в кружку остаток виски:

— Допью и поедем кататься, — заявил он.

— Ты же устал? Скоро дождь пойдёт, давай останемся здесь, в нашем уютном шалаше? — попросила Катя.

— Нет. Мы едем кататься, — Павел достал из рюкзака кусок крепкой верёвки. — Протяни ноги.

— Зачем?

— Разве я позволял тебе задавать вопросы? Протяни ноги.

— Я так хорошо сижу, мягко, тепло. Хочешь, я просто придвинусь к тебе?

И долбану тебя по голове приготовленным камнем. Давай же, соглашайся, зря что ли два ногтя обломала? Больно, меду прочим. Зато теперь оружие удобно лежало в её руке, ожидая подходящего момента.

— Нет! Протяни ноги!

— Ты придумал сюрприз, да? Позволь я угадаю? Мне очень понравилось угадывать.

— Протяни ноги и не двигайся, — угрожающе сказал Павел.

Катя робко протянула к нему обе ноги. Павел накинул верёвку, пытаясь их связать, Катя резко оттолкнулась ногой, откатилась в сторону.

— Зачем ты меня связываешь, как я пойду в лодку? Ты же обещал меня покатать, — взмолилась она.

Ах ты, сволочь психованная! Хочешь из меня настоящую русалку сделать, да? Связать две ноги, типа хвостик? Держи карман шире!

— Я тебя понесу, как речную фею, — пообещал Павел и встал.

Как он был страшен! Горящие глаза, обострившийся длинный нос, скулы покрыты багровым неровным румянцем. По вискам стекали капельки пота, хотя вечер был пасмурный и холодный.

Катя вскочила, скинула себя спальник. Павел сделал к ней шаг, больно схватил за руку и рухнул на землю — барахтаясь в самодельной мантии у его ног, Катя успела связать шнурки Пашиных ботинок. Он с силой дёрнул ногой, ещё крепче хватая Катю за руки.

— Ты! Сука! — заверещал Павел.

Катя развернулась и толкнула Павла на газовую плиту. Сверху, не целясь, приложила по голове камнем. Едва Павел приземлился на конфорку, Катя сдёрнула с баллончика шланг и пырнула его концом Павла прямо в нос. Запахло газом, палёными тряпками и горелым мясом.

— А-а-а-а-а! — заорал Павел и прижал ладони к лицу.

Не теряя времени, Катя побежала к реке. Схватила из лодки спасательный круг, накинула на себя и бросилась в воду.

Если позволить течению нести себя, ничего плохого с ней не случится. Пусть она не самая лучшая пловчиха, но спасательный круг не даст ей утонуть, а потом, когда течение будет поменьше, она постарается подгрести к берегу.

Катя услышала какой-то шум и вытянула шею. Лодка! Большая белая моторная лодка, плывёт прямо к ней! Ура! Сейчас её спасут! Катя закричала, замахала руками. Человек в лодке тоже что-то кричал и показывал пальцем. Что он хочет показать? Павла, который возится со своей моторкой? Катя обернулась. К ней, разрезая воду мощными саженками, плыл Павел.

— Сука! — выдохнул он.

Нырнул, и Катя почувствовала, как непреодолимая сила тянет её ко дну. Катя барахталась, сопротивлялась, пыталась ударить Павла ногой. Круг отлетел куда-то в сторону, Павел вынырнул, сделал судорожный глубокий вздох, схватил Катю за волосы и потащил под воду.

Катя отчаянно отбивалась. На миг ей удалось вырваться из жесткого захвата, всплыть на поверхность и глотнуть воздуха. Павел, как водяное чудовище, с перекошенным от ярости белым лицом вынырнул рядом и с размаха ударил Катю в лицо. Инстинктивно она успела отклониться, но скулу обожгла острая боль, кажется, даже искры из глаз посыпались. Катя закричала, почувствовала, как вода заливает нос и рот. Павел, словно клещами, вцепился ей в плечи и потянул под воду. Катя лихорадочно молотила руками и ногами, уже понимая, что сопротивление бесполезно…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Она очнулась от того, что перед глазами опять была вода… Катя висела поперёк борта лодки и ненавистная вода, кажется, вытекала из всех её отверстий. Катя глухо закашляла, сильная рука обхватила её за талию и притянула в горячие объятия. Андрей!

— Всё, всё закончилось. Всё хорошо. Я с тобой, я рядом. Бедная моя, смелая девочка. Тебе лучше? Давай я помогу тебе лечь, вот сюда, смотри, будет удобно, — уговаривал он.

— Андрюшка, ты меня спас, да? — сипло спросила Катя.

— Конечно. Не мог же я позволить ему тебя утопить.

— Где Павел?

— Не знаю. Может ко дну пошёл — я его сильно приложил, а может назад на остров поплыл. До берега вплавь не добраться, видишь, какая волна. Тебе очень плохо? Потерпи, сейчас доплывём, сразу в машину и в больницу.

Катя отрицательно замотала головой — в больницу она не хочет. Скорее в тепло, поесть, согреться, забраться дома на диван и спрятаться под толстым пушистым пледом. В прошлом году Саша подарил ей мягкий, из альпийской шерсти, тёплый плед. На белом фоне гуляли кремовые смешные овечки с короткими хвостиками. В тот же вечер Катя забралась под плед и поняла, что для полноты уюта именно его не хватало в доме.

— Марина, — выдохнул Андрей, крепко прижимая её к себе. — Ты не представляешь, как я испугался.

— Представляю, — хмыкнула Катя, раздумывая, как реагировать на его ласки.

С одной стороны, он герой и спаситель, они с Мариной вполне друг другу подходят и дать себя поцеловать — самое естественное, что может произойти в такой момент. С другой — с какого перепуга она, Катя, будет целоваться с Андреем? Между прочим, у неё муж есть, любимый и единственный.

— Где Саша? — спохватилась она.

Удивление, смятение, подозрение — всё отразилось на лице Андрея.

— Они с Катей поехали на другой остров. Мы разделились, — объяснил Андрей, — потому что не знали точно, куда он тебя завёз.

Андрей словно закрылся от неё, отделился прозрачной, непроницаемой для чувств и эмоций стеной. Пусть. Она, даже изображая из себя Марину, никак не может ответить на его чувства. Нет, надо решать что-то с этим глупым перевоплощением, надоело уже! 

Не верь глазам своим

Марина

Когда закончились слёзы радости и волнений, Андрей уехал в полицию. Надо закрыть вопрос с похитителем. Они уже забрали Павла с острова и ждут свидетельских показаний. Катя, наконец-то сытая и в тепле, улеглась на любимом диване под пледом с овечками, Марина посадила Сашу в кресло и устроила мозговой штурм.

— Итак, на повестке дня два вопроса, — сказала она. — Первый — объяснить Саше ситуацию. Второй — извечный, затасканный всеми неленивыми классиками: что делать?

— Третий, — добавил Саша. — Кто из нас сошёл с ума?

Катя поправила себе подушку, подоткнула под ноги плед:

— Это всё к первому относится, Сашенька, — довольно промурлыкала она. — Мариша, поменяй мне повязку, а то высохла.

Марина смочила в растворе салфетку и заботливо расправила её на Катиной щеке. От удара Павла на скуле у Кати остался кровоподтёк, посинели и набрякли веки.

— Больно? — спросила она. — Может, всё-таки покажем врачу?

— До твоей свадьбы заживёт, не переживай, — пообещала Катя. — Как моего мужа убеждать будем?

— Всё просто. Вспоминайте что либо, что знаете только вы. Интимные моменты, например, я могу пока выйти.

— Сиди, у нас и без интима есть что вспомнить, — усмехнулся Саша. — Например, куда мы поехали в свадебное путешествие?

Катя засмеялась:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Начни с того, куда мы собирались. Ты обещал мне Сочи, помнишь? Только у нас на Сочи денег не хватило, и поехали к твоим родственникам, в деревню. Между прочим, меня у них собака чуть не укусила!

— Нечего было к ней в будку лезть, — заметил Саша. — Посмотреть она хотела… Кстати, что ты хотела посмотреть?