Лихая Императрица (СИ) - Становая Светлана

— Нужна помощь друга.

Короткий телефонный звонок, Андрей, уже под руководством неизвестного хакера, опять заходит в программу и разочарованно отталкивает от себя мышку.

— Всё! Нет у неё больше телефона!

— Почему? — испуганно спросила Марина.

— Отобрал и сломал, чё же ещё, — тяжело вздохнул Саша. — Андрюха хотел по сигналу вычислить, а раз нет сигнала, значит и телефона нет.

Про сигнал Марина догадалась и до последнего надеялась, что сейчас Андрей назовёт им место.

Андрей встал:

— Не будем терять время. Саша, ты на какой?

— Без разницы, давай на южный, я в тех краях был, хоть и давно, пацаном с батей на рыбалку ездили.

— Тогда я на северный. Высматривай на берегу машину, она заметная, не мог он абы где припарковаться.

Саша тоже поднялся:

— Поехали. Катюха, ты дома, на связи.

Марина возмущённо вскочила с дивана.

— Я с тобой!

— Зачем? — удивился Саша. — Нет, дорогая, сиди здесь, будешь осуществлять общее руководство, — примиряющее улыбнулся он.

— Лучше останься, — согласился Андрей. — От придурка не знаешь, чего ожидать, ещё и тобой рисковать.

— Я поеду с вами или без вас! — разозлилась Марина.

Открыла шкаф, выбирая удобную и тёплую одежду. Джинсы, свитер, кроссовки, надо и Кате взять что-нибудь тёплое, сегодня заметно похолодало и ветер качает рябины под окном. Наверное, опять дождь пойдёт, вон как небо затянуло. Надо осторожно выяснить у Саши, хорошо ли Катя плавает. Опасно, конечно, до берега далеко, но на самый крайний случай… Сама Марина плавала отлично, может быть её тело вспомнит навыки, и они помогут Кате спастись от беды? Марина видела карту и на глаз прикинула расстояние до берега — вполне реально доплыть. Выбрать момент, когда похититель уснёт или даже оглушить его чем-то тяжёлым, и броситься в воду. Вода уже теплая, прогрелась, тренированные Маринины руки ноги автоматически поднимут тело над поверхностью.

Саша вырвал у неё джинсы, закинул обратно в шкаф.

— Я сказал — ты дома! Нечего тут из себя героиню строить.

Марина бесцеремонно оттолкнула мужа.

— Прости, дорогой, но я не спрашиваю твоего разрешения, — ответила она, с трудом сдерживая ярость.

Ещё один придурок! Жену в любой момент может маньяк утопить, а он тут домострой разводит! Впрочем, Саша же не знает, что на острове не начальница, а его любимая Катя, зайка, котёнок и кто там ещё, ах да, пушистый енотик.

Почему-то воспоминания ласковых прозвищ разозлили Марину ещё больше.

— Катя, ты остаёшься, что непонятно? — взревел номинальный супруг и выхватил из её рук свитера. — Я всё сказал!

— Саша, отцепись от меня со своим домостроем, — рассвирепела она и дёрнула свитер так, что затрещали нитки.

Андрей поспешил к выходу:

— Короче, я поехал на северный, — напомнил он Саше. — Связь по телефону.

Едва за них захлопнулась дверь — провожать Андрея никто не пошёл, Саша попытался обнять Марину и прижать к себе.

— Катюша, успокойся. Ты не спала, переволновалась, всё нормально, — резко изменил подход Саша. — Хочешь чаю?

— Я хочу поехать с тобой. И поеду.

Почему она раньше никогда не ругалась с Джоном? Откровенно, открыто, не следя за лицом и не контролируя ситуацию? Разве ей нравилось всё, что он говорил и делал? Нет. Почему она в душе гордилась тем, что может в зародыше задавить любой конфликт, что никогда не повышает голос, что умеет правильно и вовремя подыграть ему, пойти на уступки? Доходилась и доподыгрывалась — Джон её бросил!

Почему она молчала, когда надо было ссориться, уступала, когда надо было стоять на своём? Старалась сделать его жизнь как можно более комфортной и не думала о своей. Мать моя в кедах, как говорит Катя, она сама построила уродливую модель семьи и только сейчас, внезапно, поняла — а зачем нужна такая семья?

— Катя, ты не можешь поехать, как ты одна на берегу останешься?

— Я с тобой на остров поплыву, арендуем лодку.

— Лодку? Серьёзно? Ты готова сесть в лодку? — поразился муж. — Тебя же укачивает сразу, никакие таблетки не помогают.

Бедная Катя. Как она пережила дорогу, когда Павел вёз её по реке?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ну… может быть в этот раз помогут? — растерялась Марина. — Сама я, наверное, не доплыву.

Брови Саши, который раз за утро, полезли наверх.

— Катюша, извини, но как ты плаваешь, лучше не надо.

— Что, совсем плохо?

— Ты же дальше лягушатника никогда не заходишь. В бассейне можешь у бортика порезвиться, но чтобы ногами дно чувствовать. Катя, что с тобой последнее время? У тебя провалы в памяти? — заволновался Саша.

Марина вздохнула. Как бы у тебя не начались, дорогой, от наших общих приключений.

— Не знаю, устала, наверное. Саш, я всё равно поеду с тобой. Буду валяться на дне лодки, но поеду, не отговаривай меня.

— Да чего приспичило-то? Далось тебе это спасение, без тебя спасём! Что с Николаевной сделается, сама подумай? Она любому мозг чайной ложкой выест, это психа спасать надо, а не её! Он, небось, уже по берегу от неё мечется, кто с ней больше суток один на один переживёт?

Ах так? Ну, Саша, ты сам напросился!

— Там, на острове, не Марина, а Катя! Катя, понимаешь? Твоя жена!

Минаков застыл и выпучил глаза. Марина очень надеялась, что ему не понадобится медицинская помощь, иначе ехать на остров придётся одной. Ну же, Минаков, отомри! Ты столько лет с Катей живёшь. Женщина — огонь, олимпийский факел и креатив в одном флаконе. У тебя должен быть иммунитет на шоковую терапию!

Саша взял Марину за руку, ласково, как больную, повёл к кровати.

— Тебе надо прилечь, Катенька, — проворковал он. — Моя девочка устала, одни потрясения каждый день. Хочешь чаю? С мятой или с шиповником?

Марина несколько раз щёлкнула пальцами перед его лицом:

— Минаков! Очнись, не надо со мной сюсюкать, как с нервнобольной. Это я, Марина Николаевна, понимаешь? Тело твоей жены, а сознание моё. Очнись, а то оклад урежу!

Саша торопливо закивал, не оставляя попытки уложить её в кровать.

— Конечно ты, кто же ещё. Катя, покажи, пожалуйста, какие таблетки ты пьёшь? Тебе их врач выписывал? Можно мне рецепт посмотреть?

— Трудно поверить, да? Понимаю, сама не сразу поверила, — Марина достала из тумбочки рецепт. — На смотри, ничего наркотического нет, обычные препараты. Только быстро смотри, я пока переоденусь.

Когда она вернулась из ванной, Саша сидел всё так же, разглядывая рецепт.

— Катя, а давно это с тобой? — с тоской в голосе спросил он. — В смысле, раздвоение личности?

Пожалуй, одной Марине не удастся его убедить. Минаков готов верить во что угодно, но не в перемещение сознания.

— Нет, пару недель. Поехали, найдём Катю, и мы вместе тебе всё объясним.

Саша отрицательно затряс головой.

— Ты не можешь оставить меня дома одну, сумасшедшую и неадекватную, — объяснила Марина. — Вдруг решу, что я голубь и вылечу из окна на свободу? Поехали, теряем время. Если тебе так легче, можешь и дальше называть меня Катей.

— У меня голова кругом, — пожаловался Саша.

— Ничего, потом хуже будет. Ты едешь или нет?

Саша встал, молча натянул протянутый Мариной тёплый джемпер, проверил документы и ключи от машины. Марина удовлетворённо кивнула. Сейчас главное — спаси Катю, а кто в чьём теле они позже разберутся. 

Всё, как в страшной сказке

Катя

До вечера она пролежала на мху под сосной: Катю мутило, желудок плавал где-то между лёгкими и почками, голова кружилась, перед глазами мелькали белые искры. Отрава, которой усыпил её Павел, и путешествие в лодке не прошли даром — так плохо ей давно не было. Павел сказал, что никаких лекарств у него нет, вернуть её в город он отказался. Поставил рядом пластиковую кружку с водой и уселся на большом камне ловить рыбу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Катя то засыпала, то просыпалась, пила воду и пыталась сдержать рвущиеся из горла спазмы. К ночи стало значительно легче, захотелось согреться, вытянуть ноги. Шалаш Павел так и не построил, достал из лодки спальник, разложил на земле.