Кот, который смотрел на звезды - Лилиан Браун

Тогда-то и произошло сверхъестественное событие, о котором Квиллер позже напишет в своём дневнике. Когда это случилось, он был слишком возбуждён для того, чтобы писать сразу. Он мерил шагами комнату, не в состоянии заснуть, а утром оделся и был готов к отъезду задолго до того, как накормил кошек. Они не успели ещё по-настоящему проснуться, когда Квиллер сунул их в переноску и отнёс в машину. Багаж, кофеварка, велосипед и всё прочее уже лежало там. Они немедленно поехали в Пикакс. Квиллер был погружён в себя, сиамцы с пониманием отнеслись к его настроению — с заднего сиденья не доносилось ни мяуканья, ни воя.

В своём амбаре, после того как он позвонил Полли, чтобы подтвердить их свидание за обедом, Квиллер почувствовал себя лучше. Он заказал их любимый столик, после чего провёл некоторое время в раздумьях, что бы надеть. Три недели он ходил в шортах, спортивной рубашке и сандалиях, и переключить рычаги было нелегко. В «Старой мельнице» не придерживались строгих правил насчёт костюма, однако посетители считали своим долгом одеться поприличнее.

В шесть часов вечера Квиллер и Полли вошли в «Мельницу» в приподнятом настроении. Оба несли в руках по плоскому пакету в разноцветной подарочной бумаге. Квиллер решил, что пакет Полли маловат для спортивного свитера, велик для компакт-диска и слишком плоский для статуэтки.

— Мы скучали без вас, ребята! — приветствовала их хозяйка.

— Я проводила отпуск в Канаде, — объяснила Полли.

— А я — у чёрта на куличках, — сказал Квиллер.

— Очень хорошо, — улыбаясь, заметила хозяйка.

— Вот видишь? — сказал Квиллер Полли, когда они уселись за столик. — Люди совершенно ничего не слышат. С таким же успехом я мог сказать, что провёл отпуск в тюрьме.

Прежде всего они выпили друг за друга: Полли — бокал шерри, а Квиллер — минеральную воду «Скуунк». Потом Квиллер вручил ей пакет. Внутри лежала карточка, на которой было напечатано: «Оригинальная модель Барб Огилви, связано вручную из некрашеной шерсти местных овец рельефным узором. Шерсть вымыта, расчесана и спрядена вручную». Полли пришла в восторг.

Квиллер распаковывал канадский сувенир с превеликой осторожностью, словно опасаясь, что в свертке бомба.

— Он не кусается, — сказала Полли. — Я надела на него намордник.

Это было что-то из ткани. Тартан Макинтошей. Жилет!

— Вот мы и узаконили[43] наши отношения, — произнёс Квиллер.

Забавная ситуация развеселила обоих, и обед начался шумно. Прежде всего Квиллер захотел узнать про франкоканадского преподавателя.

— Он был так добр, так любезен, так старался помочь! — говорила Полли. — Я пригласила его в Мускаунти.

— А он говорит по-английски? — Вопрос был задан, естественно, в шутку.

— Сразу на четырёх диалектах. Трудится сейчас над книгой о канадском влиянии на северных первопоселенцев Соединенных Штатов. Ведь многие из них, оказывается, прибыли сюда из Онтарио.

— Ну, мы получали из Канады ещё кое-что, — заметил Квиллер, вспомнив о временах «сухого закона».

Полли, со своей стороны, хотела услышать всё про «ливень века», который вызвал обвал на Песчаной дороге.

— Ты знаешь легенду о Песчаном Великане? — спросил Квиллер.

— Конечно! По-моему, это отголосок шотландских преданий. Серый Великан скрывается в горах Шотландии вот уже два века.

Потом Квиллер сказал про библиотеку НЛО.

Полли о ней тоже знала.

— Мы обсуждали эту тему вчера на библиотечном совете. Интересно взглянуть, какие там книги. У нас не меньше пятидесяти такого рода названий, некоторые экземпляры спрашивают ежедневно.

— Хм-м-м, — пробормотал Квиллер в замешательстве. Сутки назад он бы над этим разве что посмеялся.

Короче говоря, вечер был замечательный. Когда Полли вернулась в Индейскую Деревню, а Квиллер — в свой амбар, было уже поздно, и он уже в полной мере пришёл в себя для того, чтобы сделать запись в дневнике.

Пикакс, 16 июля, четверг

Вчерашний вечер был нашим последним вечером в коттедже. Мы сидели на веранде, было уже за полночь, свет я выключил и в доме, и снаружи. Как говорят в таких случаях, темно, хоть глаз выколи. Кошкам это нравится; они в восторге оттого, что видят и слышат недоступное чужому зрению и слуху.

Я растянулся в шезлонге, просто сидел и о чём-то думал, не замечая времени, так что знать не знаю, сколько так просидел. Небо, казалось, чуть-чуть посветлело, хотя на часах было без четверти три. Кошки что-то почувствовали и беспокойно зашевелились. Юм-Юм убежала в комнату.

То ли мне это привиделось, то ли небо действительно позеленело? Воцарилась мертвенная тишина. Внезапно сильный порыв ветра разметал по веранде бумаги, а Коко вспрыгнул ко мне на колени и вцепился в них когтями, словно в поисках защиты. Впрочем, продолжалось это всего несколько секунд.

Большой круглый диск стал опускаться откуда-то сверху, освещая побережье лучами света. Я увидел, что шерсть Коко стала дыбом, а хвост распушился. В следующее мгновение он уже находился возле затянутой сеткой двери и царапал неисправную защёлку.

«Коко!» — заорал я, но своего голоса не услышал. Я вскочил с шезлонга и выбежал за котом в распахнутую дверь, чтобы схватить его. Коко выскользнул из моих рук и понёсся вниз по дюне прямо на берег.

Я кинулся было за ним, но вдруг увидел, что из диска выбираются какие-то маленькие существа и соскальзывают вниз по лучам света. У каждого было по четыре лапы и но длинному хвосту! Коко хотел с ними встретиться!

«Коко!» — взревел я, но из моего горла не донеслось ни звука. Кот тем временем пробирался через высокую траву на песчаном склоне. В отчаянии я бросился вперёд и приземлился прямо на него. На какую-то секунду из моих глаз посыпались искры, а потом всё потемнело.

Когда я пришёл в себя, то лежал придавленный чем-то тяжёлым в полной темноте. Где я? Глаза мои были открыты, но я ничего не видел, и сердце в моей груди дико стучало.

Что-то коснулось моего носа. Тяжесть, придавившая меня, немного сдвинулась. Я с трудом поднял руку и нащупал под пальцами шерсть! Коко сидел у меня на груди и громко мурлыкал, а я опять лежал в шезлонге. Как я здесь очутился? Голова моя шла кругом. Зёленый свет исчез, на берегу было темно. Издали доносился плеск волн.

Я был ошеломлён. «Это был сон, всего-навсего сон», — повторял я себе… Вот только шерстка Коко оказалась почему-то в песке, и, поднявшись, я вытряс из своей одежды целую кучу песка.

Прошло двадцать четыре часа, прежде чем Квиллер сумел наконец описать невероятное событие в дневнике, и всё же он чувствовал некоторое беспокойство. Возможно, он сошёл с ума, но поклясться, что это был всего лишь сон, не мог.

Одна мысль преследовала его и щекотала усы. Не в этом ли ночном приключении скрывалась разгадка невероятной восприимчивости Коко? Каково его происхождение? Этого никто не знал. В один прекрасный день Коко взял и… появился.

Прежде Квиллер приписывал удивительный ум Коко шестидесяти волоскам его усов. А ведь тайна могла заключаться в чём-то куда более невероятном — в разуме инопланетной расы, представителями которой были вовсе не зелёные человечки, а зелёные котики!

Что же касается обладателя шестидесяти волосков, то он после случившегося ни на волосок не изменился. Коко оставался всё таким же умным, красивым, общительным, непредсказуемым, в меру властным и зачастую доводящим до белого каления представителем семейства кошачьих… А вот Квиллер изменился. Теперь он готов был согласиться с тем, что когда Коко смотрит на небо, он видит вовсе не звёзды, а зелёные вспышки.

Примечания

1

Четвертое июля — День независимости США.

2

Энн Ландерс (наст. имя и фам. Эстер Полин Фридман Ледерер) (1918–2002) — ведущая знаменитой колонки, которая 45 лет появлялась в разных газетах США. Отвечала на письма читателей, обратившихся за советом, как поступить в той или иной житейской ситуации.

3

Томас Грей (1716–1771) — английский поэт-сентименталист.

4

В 1947 г. возле городка Розуэлл (штат Нью-Мексико) произошёл инцидент, который уфологи рассматривают как крушение инопланетного корабля.

5

Гор Видал (р. 1925) — прозаик, драматург, эссеист, общественный деятель.

6

Онтарио — провинция Канады. Город Стратфорд на юго-западе штата Коннектикут, названный по имени родного города У. Шекспира, известен своим Шекспировским театром, а городок Ниагара-на-Озере — музеем и театром Бернарда Шоу.