Кот, который смотрел на звезды - Лилиан Браун

Возможно, это она расписала Мускаунти как райское место. Откликнулся ли Оуэн на объявление Торговой палаты, привлечённый климатом или соблазнительной молодой женщиной? И как реагировала на переезд Эрни? Трудно что-либо сказать по этому поводу. Знала ли она об их романе? Были ли её протесты отклонены? Во всей ситуации загадочного гораздо больше, чем может показаться на первый взгляд. Ответы на эти вопросы способны объяснить подавленное состояние Барб после исчезновения Оуэна».

Квиллер был погружён в размышления, когда зазвонил телефон.

Это была Тэсс, она звонила из Хосредиша.

— Я слышала, у вас идёт дождь, — сказала она.

— Немного капает!

— Извините, пожалуйста, что вчера так внезапно уехала. Я чудесно провела у вас время. Благодарю, Квилл, за гостеприимство и за дельные советы по поводу сценария. Я вам оставила футболку на туалетном столике в «Приюте». Если размер не тот, дайте знать. Кстати, я рассказала Джоффри и Принцессе, какую отборную пищу получают ваши кошки, и теперь они ни в какую не желают есть кошачьи консервы.

— Понятное дело, — сказал Квиллер. — А как прошла семейная встреча?

— Как обычно. Сплетни о родственниках. Общий ужин. Он проходил в здании городского совета, и кузен Джо играл на рояле и пел. Он единственный, кто заинтересовался Республикой Карландией. — После чего она задала неизбежный вопрос: — А как вам понравились макароны с сыром?

— Никогда не ел ничего подобного! — с жаром ответил Квиллер, лишь слегка погрешив против истины.

Во вторник утром никто глазам своим не верил! Сияло солнце, дождь прекратился, и наступила благословенная тишина. Только для того, чтобы услышать свой собственный голос, Квиллер заорал: «Аллилуйя!»

Он стремительно написал тысячу слов о собачьих бегах и отвёз статью в банк, чтобы её передали по факсу.

Улицы в центре города были заполнены отдыхающими в тёмных очках — все смеялись, кричали и заходили в магазины тратить деньга. Ни малейших признаков предсказанного Милдред бедствия.

На ланч Квиллер отправился в «Бяку-Кулебяку», где заказал фирменное блюдо, которое приходилось есть двумя руками. Наслаждаясь простой пищей, Квиллер думал о ресторане «У Оуэна», который собирались сегодня открыть. Дерек будет выступать в роли управляющего и любезного хозяина, театральным жестом снимая у столиков картофель с вертелов. В два часа дня он освободится и пойдёт в «Чары Элизабет» доложить, как всё прошло.

Квиллер решил остаться до этого времени в городе. Он сможет попрощаться со знакомыми деловыми людьми и записать на плёнку их высказывания о невиданном дожде, которые использует в пятничной колонке «Из-под пера Квилла».

— Ничего не имею против сырости, но шум был такой, как будто живёшь в аэродинамической трубе.

— Моя собака выла всю ночь.

— Вся семья надела беруши. Только так и удалось заснуть.

— Как будто живёшь под Ниагарским водопадом.

Квиллер собирался начать статью взятым из словаря определением дождя: «Вода в виде капель, сконденсировавшихся из атмосферного пара. Также падение этих капель. См. Туман, дымка».

В начале третьего он отправился в магазин Элизабет, чтобы ему красиво упаковали свитер — подарок для Полли. Там уже было несколько клиентов, покупавших вертела и с пылом рассказывавших о картофеле и милом молодом человеке, который подавал его, снимая и поливая соусом прямо у столиков.

— Вот он! — закричали они, когда Дерек показался в дверях. Раздались аплодисменты, а Дерек, изящно раскланявшись, удалился в заднюю часть магазина.

Квиллер последовал за ним.

— Как прошло начало?

— Великолепно! Ничто так не привлекает клиентов, как тайна или скандал. Заказов на картошку было больше, чем вертелов, так что пришлось пуститься на обман. Мы нанизывали на вертела обыкновенную печеную картошку. Никто разницы не заметил.

— Эрни была довольна, что пришло много народа?

— Ещё бы! У неё глаза полезли на лоб, когда принесли цветы от доброжелателя. Я понял, что они от тебя, но ничего не сказал. Поставил на столик метрдотеля у входа. Шикарное зрелище! — Дерек глянул в переднюю часть магазина. — Идёт Барб Плохие Новости. Что-то с ней случилось, наверное, опять обманули и бросили. Не очень-то сочувствуй ей, Квилл: она охотится за пожилыми мужчинами.

— Откуда ты знаешь?

— Мы вместе учились в средней школе, и она всё время приставала к учителю физики, вдвое старше её, и к директору, у которого были внуки.

Вязальщица с хмурым выражением лица шла в их сторону, в руках у неё была коробка с дурацкими носками.

— Надо прикрепить ценники, — обратилась она к Дереку.

Тот взял коробку и направился в кладовую, а Квиллер спросил Барб:

— Вы вяжете мужские свитера? Я хотел бы заказать себе оливково-зелёный — какой-нибудь интересной вязки.

— Есть масса узоров, — проговорила Барб. — Могу показать вам образцы. Хотите, я покрашу на пробу несколько образцов пряжи?

Не успел Квиллер ответить, как в лавочке на мгновение наступила тишина, потому что всё здание задрожало. Затем раздался оглушительный удар — Бум! — и следом за ним треск и крики.

— Землетрясение! — заорал Дерек, вылетая из кладовой. — На улицу! На улицу! Все на улицу!

Он побежал к дверям, размахивая руками и подталкивая покупателей к выходу. Отовсюду неслись вопли, в них слышалось недоумение, замешательство, страх.

— Успокойтесь! — громко взывала Элизабет, запирая кассу.

На Дубовой улице царила суматоха. Из многочисленных лавочек и контор выскакивали перепуганные покупатели и работники и собирались на середине улицы, не понимая, что случилось и куда бежать. На Мейн-стрит, в квартале отсюда, выли сирены и мелькали мигалки машин «скорой помощи», спешивших в восточном направлении. Откуда-то из репродуктора донёсся властный голос: «Эвакуировать все здания! Приказ полиции! Эвакуировать все здания!»

Хаос на Дубовой улице усугубили пронзительные гудки медицинских и пожарных машин. Затем в толпе послышались возгласы: «Смотрите! Смотрите!» Люди показывали пальцами на восток, где в небо поднималось облако не то пыли, не то дыма.

Квиллер протолкался к Мейн-стрит, имея в виду две цели: выяснить, какова природа происшедшей катастрофы, и позвонить в газету. Он увидел, что принадлежащие городским властям машины сворачивают на Песчаную дорогу, в то время как владельцы личных автомобилей стремятся как можно скорее отъехать от мотеля «Большая Дюна» и соседних с ним домов. Жёлтые ленты, ограждающие опасную зону, уже были протянуты во всех направлениях. Квиллер показал свою пресс-карточку помощнице шерифа, охранявшей въезд.

— Простите, мистер К., - сказала она. — Приказано никого не пускать.

— Это что, землетрясение?

— Провал… Отойдите, пожалуйста, в сторону.

Проехала машина шерифа с собачьей клеткой на заднем сиденье.

В толпе людей, устремившихся к Мейн-стрит, был и знакомый антиквар, и Квиллер крикнул ему:

— Арнольд! Где он? Где провал?

— Позади ресторана. Огромная пещера! В неё провалились машины!

В эту минуту земля содрогнулась, громыхнула, как при раскате грома, и восточный конец Большой Дюны обрушился, завалив заднюю часть дома, в котором помещался ресторан «У Оуэна». Огромные деревья с пышными кронами, мощными стволами и корнями лавиной посыпались вниз.

Квиллер бросился к своей машине и позвонил в газету. «Слава богу, — подумал он, — ресторан был закрыт! — И тут его, словно молния, пронзила мысль: — А где Эрни?»

В кружащейся массе людей он заметил Дерека, который на голову возвышался над остальными. Квиллер закричал:

— Дерек! Она была в трейлере?

— Я в этом уверен! Я сказал полиции! Они привезли собаку-спасателя! — Дерек пробился сквозь толпу к Квиллеру.

— Кто-нибудь ещё работал в кухне, когда ты уходил?

— Помощник повара и судомойка. Но я уверен, что они выбежали, когда пол стал уходить вниз и дом затрясся… А Эрни пошла в трейлер — набросать меню обеда. — Лицо Дерека было бледным, осунувшимся. — Собака найдёт её, мертвую или живую. Хочу верить в лучшее, но чую нутром: она погибла.

Квиллер мрачно погладил усы.

— Пойдём в отель, выпьем кофе.

В кофейном зале они уселись в тёмной нише, а не у залитого солнцем окна, выходившего на пристань: это им показалось более уместным. Какое-то время оба молчали, подавленные. Квиллер вспомнил о рунических камнях Милдред и её зловещем предсказании. Потом подумал о Дереке и его горе. Юноша искренне восхищался Эрни, они отлично сработались. Кроме всего прочего Дерек потерял прекрасное место, которое сулило серьёзную карьеру.

Наконец Дерек заговорил:

— Как жаль, что я не сфотографировал Эрни в поварском колпаке и в халате с застёжкой на боку. Она так славно выглядела!.. Какой высокий профессионал!.. Во всём городе только я и понимал её. Мне она казалась замечательной. И тем, кто работал с ней на кухне, тоже.