Час перед рассветом - Анастасия Сычёва

— Откровенно говоря, я был готов к тому, что Дарий выкинет какой-нибудь фокус, — продолжил Адриан Вереантерский. — Я, правда, думал, что это будет просто побег. Но сейчас я нахожусь в некотором замешательстве. Олльфары… Их нападение невозможно подстроить или сымитировать.

— А что с магическим фоном? — к моему удивлению, это спросил Виктор. Неужели вампиры поверили Мариусу на слово и не отправили своего мага проверять место побоища?

— Так же, как это всегда бывает с олльфарами. Его нет. Из воздуха выпита почти вся энергия — такое не каждый день увидишь. Да и над трупами явно поработали именно олльфары.

Адриан лично был на месте моей «гибели»? Я польщена!

— А принцесса? — это спросил другой вампир. Я переставляла с подноса на стол бутылку с вином и бокалы.

— Маг ее опознал. И антимагический браслет на ней был — девчонка даже не могла защищаться магией. Я проверил, браслет работает. Вынужден признать — Этари действительно мертва.

Остаток разговора я не услышала, поскольку вышла из комнаты, полностью успокоенная. Все в порядке, и Мариус, и Адриан поверили. Служанке, дожидавшейся меня, я отдала пустой поднос и получила обратно корзину. Та, довольная, убежала, а я дошла до нужной стены, повернула небольшой рычаг и попала в тайный ход. Мой путь лежал уже к выходу, но, пробегая один длинный коридор, я остановилась. До меня донеслись знакомые голоса. Что ж, подслушаем тогда еще один разговор. Я подошла к стене и неслышно приоткрыла слуховое окошко.

— Мне жаль, Дарий, — в голосе мачехи звучало сочувствие.

Отец вздохнул, и я почему-то подумала, что он раздражен.

— Брось, Алина. Вы с ней всегда друг друга недолюбливали.

— Верно, но это не значит, что я желала ей подобной участи!

Они помолчали. Затем вмешался еще один голос, в котором звучала лишь скука:

— А что именно вас так удивляет? Ты знал, отец, что вампиры рано или поздно ее убьют. Олльфары просто ускорили неизбежное.

Мой сводный братец в своем репертуаре. Впрочем, мы с ним никогда не ладили, так что неудивительно, что моя смерть его совершенно не тревожит.

— Стефан, замолчи! — Отец и мачеха сказали это хором.

— Я просто хочу внести ясность, — невозмутимо продолжил наследный принц, пропустив их слова мимо ушей. — Ты лишил свою дочь титула, имени и сам добровольно от нее отрекся. Не поздновато ли кусать локти?

— Хватит, Стефан! — воскликнул девичий голосок, в котором звучали слезы. Я узнала Надю. — Нельзя же быть таким бесчувственным!

— Ты сама с ней почти не общалась, — брат все никак не желал угомониться, — как и ты, Фредерика. Так давайте хоть в кругу семьи признаем, что судьба Корделии была предрешена в тот момент, как начались мирные переговоры! Ее смерть была неизбежна. Что вас так сильно поразило?

Встав на цыпочки, я заглянула через вентиляционное отверстие в комнату. Это был будуар мачехи, где сейчас собралась вся моя семья. Здесь были и отец с мачехой, и брат, и обе сестры. Не удержавшись, я прислушалась к их эмоциям. Отец пытался сохранить спокойное лицо, но на нем время от времени проскальзывала подавленность. Моя смерть стала для него ударом, но я не могла посочувствовать ему. Сама не верю, что признаю это, но Стефан прав — отец знал, что этим все закончится. Леди Алина нервно вышагивала по комнате, и ее настоящие чувства были написаны на лице — озабоченность и тревога. Я не сомневалась, что беспокоит ее вовсе не моя печальная судьба, а то, сколько проблем я им принесла за последние сутки. Стефан сидел на диване и даже не пытался делать вид, что его волнует произошедшее сегодня. Сестрички сидели вместе, обнявшись, и всхлипывали. Опять-таки — не из-за меня лично, а от драматизма всей ситуации. Не каждый день умирает кто-то из более или менее близких родственников. В общем, их реакция была совершенно предсказуема и мало меня удивила.

В дальнейшем наблюдении смысла не было. Я незаметно закрыла окошко и молча пошла дальше. У меня больше не было сил смотреть на эту семью, в которой мне не было места.

У выхода я отбросила корзину с простыней и повесила сумку на плечо, а затем открыла проход и с удовольствием глотнула свежего воздуха. Я больше не чувствовала ни сомнений, ни сожалений и была готова идти дальше.

Впереди меня ждала новая жизнь.

Часть вторая

ОБРЕСТИ СЕБЯ

Я стал свободным от чужих команд…

ГЛАВА 1

Остаток лета я провела в Фертагаре. Этот большой торговый город раскинулся на западе Валенсии, из-за близости к границе он издревле был вотчиной купцов и торговцев. Граница с Аркадией пролегала лишь в паре дней пути отсюда, а чуть дальше на северо-западе лежала граница с Вереантером. Поэтому вампиры были в Фертагаре обычным явлением. Правда, сейчас, после войны, из-за недружелюбно настроенного населения на территории Валенсии их было не так много, но тем не менее они встречались. Помимо вампиров и людей в Фертагаре было достаточно эльфов, и темных и светлых, и даже иногда попадались гномы. Заезжали сюда и маги. В общем, население города было самым разношерстным, и это было одной из причин, почему я выбрала именно его в качестве временного пристанища. Мало того что здесь можно было встретить кого угодно, так еще и огромное количество народу бывало в Фертагаре проездом, и новые лица не вызывали никакого интереса. Затеряться здесь оказалось проще простого.

Забрав необходимые вещи из дворца, я поспешила покинуть столицу. Несколько дней прожила в таверне на окраине, где было полным-полно всякого сброда, но меня с моими магическими способностями это не смутило. Поскольку архимагам и архивампирам в этой дыре взяться было неоткуда, я спокойно использовала иллюзии и несколько раз меняла свой облик, не боясь разоблачения. Около трех дней я практически безвылазно просидела в своей комнате, поставив в ней защитный круг от крыс — качество обслуживания здесь было соответствующим месту — и раздумывала, что делать дальше. Самым простым вариантом было прийти в любую деревню и назваться знахаркой. С моим знанием целительских плетений и отваров какой-никакой заработок был бы мне обеспечен до конца жизни. Можно было бы даже обосноваться не в деревне, а в каком-нибудь городе, достаточно удаленном от любых столиц, и прожить спокойную жизнь, не опасаясь разоблачения.

Проблема была в том, что мне вовсе не хотелось всю жизнь прозябать Донер пойми где, влача жалкое существование лекаря. Глупо было бы подобным образом потратить с таким трудом обретенную свободу. У меня не было никакого желания скрываться и вздрагивать каждый раз, когда мне на пути встретится вампир или маг. Я хотела жить так, как мне нравится, не зависеть от других. Но как этого добиться? Надо стать сильнее своих врагов. Или если не сильнее, то, по крайней мере, такой силой, с которой им пришлось бы считаться. На данный момент ничего подобного я из себя не представляла. В магическом плане я была хорошим целителем и неплохо владела плетениями, изменяющими внешность, но не более. Прочие мои знания были бессистемны, поскольку получила я их благодаря своим снам. Воин из меня тоже посредственный — у того же Люция, который был высшим вампиром, я выигрывала пять поединков из десяти. Да, он многому научил меня, но до совершенства мне еще очень далеко.